Страница 1617 из 1625
– Господи, ты ребенок что ли? – было заметно, что вместе со злостью девушка сильно расстроилась, жалея его. Она быстро принесла пакет со льдом и, обернув его полотенцем, отдала мужчине, чтобы приложил к ране.
– Чем же тебя так… Что весь синяками покрылся… – спросила Мария, передавая лед.
– Кулаком, – честно ответил Сунан.
Мария на мгновение дар речи потеряла. Позже она собиралась нанести мазь на рану, и только тогда заметила, что с некоторых мест на спине были содраны струпья, так что рана снова открылась. Девушка не могла не разозлиться:
– Ты что, забыл, что ранен? Обязательно было драться, точно дети в песочнице?
Сунан, слушая, как она ругается на него, не только не злился, а, напротив, с любовью во взгляде смотрел на ее надувшиеся от возмущения губки. Лежа на кровати, он, наконец, ответил:
– Я специально. Иначе смог бы я увидеть, как ты жалеешь меня?
– Это кто тут кого жалеет? – в этот раз Мария специально глубже втерла мазь, чтобы доставить ему легкую боль.
Сунан зашипел, тут же перевернувшись и, схватив ее своими крепкими руками, заключил девушку в объятия. Приблизившись, он подарил ей поцелуй, но не такой нежный, как обычно. И мужчина продолжал упорно углублять его.
Мария замерла на месте, не смея шелохнуться и позволяя влажным и горячим губам крепко прижаться, исследуя ее и переплетая языки в жарком танце. Она ощутила, как тело постепенно обмякло в его руках. Смотря прямо на лицо мужчины перед собой, так неприлично близко, она могла ощутить легкий запах испарины на его теле, смешанный с запахом лекарств, отчетливо слыша его тяжелое дыхание.
Внезапно, у Сунана завибрировал телефон.
Мария резко пришла в себя, поторопив его:
– У… У тебя… телефон… звонит…