Страница 295 из 553
Бессмертный — 103
Когда начал спускаться с крыши, решил оставить свою самодельную мишень на чердаке. Вряд ли на неё кто-то позарится. Более того, я уверен, что оставь я тут паллет с золотом, накрытый брезентом, и спустя месяц не пропадёт и слитка. Это место не то, в котором хочется находиться дольше обычно. Тут сыро, темно, воняет тухлинкой и птичьим помётом. Стены и потолок оплетает вездесущая паутина, а на голову постоянно что-то сыпется. В общем, я уверен, что ни представители провайдера, ни лифтёры тут долго задерживаться не будут.
Поэтому, бросив мишень в один из тёмных углов, я пошёл по лестнице вниз. Когда есть настроение, я и поднимаюсь тоже по ней. Времени занимает не сильно дольше по сравнению с лифтом, а тренировка вполне себе неплохая. Может выносливые ребята от поднятия собственного тела на пять этажей вверх ничего и не почувствуют, а я же вполне себе выдыхаюсь. И даже зелье жизненных сил не сильно улучшило ситуацию. Если бы не моя врождённая лень, может быть и вовсе ходил бы пешком постоянно. Помню, как в детстве застрял в лифте. Мне тогда пришлось просидеть в нём почти два часа. Лифтёры не торопились, ага. После того случая я несколько лет не пользовался этим “страшным” средством передвижения в вертикальном пространстве. А потом страх поутих, и лень вновь взяла своё.
Подходя к своему этажу, услышал на площадке шаркающие звуки. Кто-то там ходил. Или скорее топтался на месте. Замедлив шаг, постарался идти как можно тише. Не сходя со ступенек, выглянул за угол. Возле моей двери стояли двое мужчин непонятной наружности. Может охотники? В голове сразу закрутились мысли о том, как они меня смогли вычислить и зачем вообще припёрлись. Ну, на первый вопрос ответ довольно прост. Если у них есть связи, то они могли пробить мой номер машины. А вот, почему они пришли? Может хотят “пригласить” меня на подпольные бои? Я-то и так планировал приехать, но видать им захотелось убедиться в том, что я точно буду.
— Господа, вы к кому? — вышел я из-за угла, решив, что нападать первым не стоит. Всё моё оружие при мне, а расстояние между нами слишком маленькое, чтобы они смогли своевременно воспользоваться огнестрелом. Даже держи они стволы в руках, я бы всё равно успел подскочить в упор и отвести от себя выстрел.
— А вы случаем не Минников? Дмитрий Анатольевич? — начал говорить кучерявый блондин, чьё осеннее пальто по своему виду, казалось, досталось ему ещё от деда.
— А вы по какому вопросу? — не стал ни подтверждать, ни опровергать его слова. Хотя, наверняка для себя они уже всё решили.
— По поводу ограбления и вандализма в музее, — после этих слов я так и застыл. Я ожидал кого угодно, но не следователей. Охотников, магов из коалиции, посланников от Владыки, да даже если бы ко мне демоны из Ада наведались, я бы не так удивился. Это ж где я так прокололся, что меня выследили всего за несколько дней?
— Документы покажете? — не зная, что делать, решил хоть немного потянуть время. Убить я их не могу. Просто убежать, тоже. Если покину квартиру сейчас, то вернутся уже не получиться. Меня будут пасти, и забрать свои вещи не выйдет. А оставлять тут Абрахама и Дусю я не намерен. Да и Мару надо забрать. Куда же я без неё?
На мой вопрос второй мужчина хмыкнул и потянулся рукой к внутреннему карману куртки. На вид, этот следователь был старше первого лет на десять. Может, новичка тренирует, от того и молчит? Я же на его действие слегка напрягся. Кто знает, что он там сейчас вытащит? Он стоит чуть дальше и если в его руке вдруг возникнет ствол, я просто не успею ничего сделать. Максимум отпрыгну обратно за угол. Но тогда путь к квартире мне будет отрезан.
— Прошу, — мне повезло, и следователь достал из кармана не оружие, а какой-то документ.
— ФСБ? — я поднял глаза от удостоверения, осматривая своих гостей. — А где группа захвата? Мне казалось, что федеральная служба безопасности в таких вопросах не церемонится.
— Если диалог не получится, то и нас двоих вполне хватит, — ответил мне старший со слегка пресной улыбкой на лице. — Пустите в квартиру? Или тут поговорим?
— Если что-то пропадёт, напишу на вас заявление, — на полном серьёзе ответил я, отдавая корочку и перемещаясь ближе к своей двери. — Прошу. Большая комната справа.
Когда вошёл вслед за представителями закона, увидел Перлу, сидящую на диване рядом со старшим следователем. Младший же расположился в кресле.
— Присаживайтесь, — махнул он рукой, будто бы это не они ко мне пришли, а я к ним.
Я завалился в кресло, периодически поглядывая на девушку, которая делала вид, будто пришедших людей не существует. Она сидела полубоком, смотря в сторону окна.
— Дмитрий Анатольевич, расскажите нам, зачем вам понадобилась невзрачная статуэтка? И зачем вы разбили экспонат, представлявший наибольшую историческую ценность?
— Сначала вы расскажите мне, с чего вы решили, что я что-то там украл. А то без хоть каких-то доказательств нам с вами не о чем разговаривать, — я знал, что они знают. Но делиться с ними информацией на безвозмездной основе в мои планы не входило. Нужно же, в конце концов, понять, где я наследил.
Старший хмыкнул, но ничего не сказал, давая право вести допрос своему коллеге. Кучерявый же без лишних слов залез в карман брюк и вытащил оттуда смартфон. Спустя полминуты я смотрел на самого себя, идущего по улице под дождём. Мужчина провёл пальцем по экрану, переключая на следующее видео. Дождь почти кончился и видно, как та же самая фигура, уже не так сильно укутанная в дождевик, идёт в обратную сторону. Ещё одно движение пальцем, и вот я сажусь в машину.
— Ну а что было дальше, вы, наверное, и сами догадываетесь? — я мысленно ударил себя по лицу. О камерах в самом музее и рядом с ним я позаботился, а вот про все остальные позабыл. А ведь там Москва, а не какое-то захолустье. Камеры стоят чуть ли не над каждой дверью, возле каждого подъезда. Да и магазины видеозапись ведут. Наверняка мне показали лишь самые удачные кадры. В то время как фактически я прошёл мимо двух десятков следящих устройств.
— Проследили за машиной по дорожным камерам?
— До первой из них, — самодовольно ответил следователь. — А дальше уже по номеру вышли на вас.
Мне снова захотелось себя ударить. Да побольнее. Желательно так, чтобы навсегда запомнить в какое время я живу.
— Ну так что? Поделитесь с нами вашими мотивами? Или к нам в отделение поедем?
— Я коллекционер, — начал врать я, смотря мужчине прямо в глаза. — Люблю всякие редкости.
Вообще, мне было совершенно непонятно, почему эти люди так церемонятся. У них на руках есть улики, которые даже я считаю вполне себе неопровержимыми. Так зачем весь этот цирк? Или их целью является прямое признание вины? Ну, так бумажки никакие подписывать я не буду. А в крайнем случае на суде скажу, что меня вынудили. Я это понимаю, они это тоже наверняка понимают. Так в чем же причина столь милого обращения ко мне? Я не вижу всей картины, и это очень сильно раздражает.
— Как, например, эта книга? — блондин пододвинулся ближе к журнальному столику, потянувшись к артефакту. — Она зачарована? — этот вопрос мужчина задал, развернув талмуд на середине. И не дожидаясь того, пока я соображу, что сказать, продолжил: — Вы можете это прочитать? — он слегка приподнял книгу, повернув её в мою сторону.
— Могу, — ответил я лишь на последний его вопрос, проигнорировав остальные. Когда он сказал слово “зачарована” в моей голове будто бы поднялся целый шторм из мыслей. Жаль, но большая часть из них были вопросительны. Кто на самом деле эти люди? Откуда они знают про зачарования? И что в реальности им от меня нужно? — А вы не можете? — косить под дурачка всегда легко и приятно.