Страница 22 из 100
Разобравшись и успокоившись, я теперь просто отдавался наслаждениям, не обращая внимания на работу своей энергии. А через неделю Линада и сама заметила изменения.
Обычно после наших развлечений она одевалась в спальне, у меня на виду. Вот и в этот раз надела бельишко, что-то поворчала про себя. Потом надела платье, но что-то её не устраивало. Долго крутила платье туда-сюда, потом зажала в районе талии, как делают женщины, когда хотят что-то ушить. Снова что-то не понравилось. Сбросила с себя всё и долго рассматривала себя в зеркале, поворачиваясь и так, и этак. Наблюдать за ней было интересно, но я не мог понять причину её недовольства. Может, и не супермодель, но очень даже близко. Фигурка стала гладкой, без лишнего жирка, и фотки можно было бы отправлять куда-нибудь на конкурс. У восьмерых мужиков из десяти точно бы слюни потекли ручьём.
Наконец, я не выдержал.
— И что тебе не нравится, что ты перед зеркалом крутишься так долго?
Линада покосилась на меня.
— Ты знаешь, а ведь я похудела, и довольно сильно.
Я самодовольно улыбнулся.
— Так я же старался, сколько сил потратил. Простыни, помнится, по два-три раза в день меняли. Да и все женщины, вроде, мечтают похудеть.
Линада снова покосилась на меня.
— И я словно помолодела, и как-то изменилась.
— Так все женщины мечтают о таком. Я слышал, что мужское семя очень полезно для женского организма, а уж сколько я его в тебя влил…
И снова расплылся в самодовольной улыбке. Приятно всё-таки чувствовать себя этаким мачо. Линада смотрела на меня, сердито поджав губы, потом буркнула.
— Теперь придётся платья перешивать или даже новые покупать. Позвать, что ли, мастера домой?
Мне неожиданно стало интересно.
— А что, позови. Давно хотел тебе бельишко поменять.
— Что⁈ — Линада ещё толком не поняла о чём я говорю, но чтобы мужчина посмел сказать что-то плохое о белье своей женщины⁈
А я уже рылся в ящиках комода — где-то я видел большие ножницы. Линада только открыла рот, хотела что-то сказать, а я уже взялся за её панталончики, висевшие на спинке стула. Хорошие панталончики, из отличной ткани, с кружавчиками по низу, но у меня давно уже чесались руки их укоротить, а то штанина до колена — это как-то не по-моему. Раз, и одна штанина отлетела.
Линада замерла.
— Ты… что творишь⁈
Раз, и вторая штанина отлетела. Получилось нечто вроде джинсов-шорт, которые у нас отрезают по самое не могу. Я протянул ей своё творение.
— Примерь.
Линада зло зыркнула на меня, но послушалась. Завязала поясок, потом долго разглядывала себя в зеркале. А что, неплохо получилось. Ножки стройные, пухленькие, животик плоский, грудь торчит как у девочки. Правда, шортики можно и поуже сделать. Я подвернул лишнее.
— Здесь надо будет подшить.
Линада снова долго рассматривала себя в зеркале.
— И куда я пойду в таком виде?
— А куда ты в панталонах ходишь?
— Ну… они ведь под платьем.
— Так и эти можно под платьем носить. А летом можно по улице гулять, загорать.
На лице Линады откровенный шок.
— Я… в таком виде… по улице⁈
Я только хмыкнул.
— А что, очень даже ничего. Во всяком случае, проблемы с поиском мужчины точно не будет.
— Да меня… ни в один приличный дом после этого не пустят.
Оставалось только вздохнуть.
— Ну да, не поймут. А лиф можно сделать из ленты или моей рубашки.
С ленточкой получилось убойно. Было достаточно одного взгляда на грудь Линады, ограниченную только контуром ленты, и я сразу потащил её (Линаду) в постель.Потом целый день рисовал ей идеи сексуального нижнего белья, и пока обсуждали рисунки, ещё раз легли «отдохнуть». Потом рисовал всякие мини юбки, топчики, платья с разрезами, декольте и вырезами на спине до самой поясницы. Линада очень удивлялась, но смотрела с интересом. Потом взяли передничек служанки, Линада надела туфли на высоком каблуке (больше на ней ничего не было), и несколько раз прошлась передо мной, пытаясь изобразить походку манекенщицы. Ну и что за этим последовало, и так понятно. Но никаких угрызений совести я не испытывал — мало ли какие эротические фантазии приходят в голову мужчине.