Штурмовик-5. Кондотьер

Айвор ушел, пощелкивая набойками сапог по полу. А я расположился на низеньком диванчике, закинул ногу на ногу и стал размышлять, как лучше выстроить беседу с девушкой. Слова капитана о ее беспокойстве за меня приятно грели душу. Тира, конечно же, никогда не признается в своих переживаниях, но когда смотришь в ее глаза, то и слов не нужно.

До меня донеслись невнятные мужские голоса. Они раздавались откуда-то слева, где находился центральный зал всего особняка. Я даже увидел спины трех человек, сопровождаемых седовласым стариком в серой ливрее. А потом за мной пришел Айвор и проводил до рабочего кабинета.

— Не сочти за оскорбление, Игнат, но ты должен отдать мне свои пистолеты и кортик, — посмотрев на меня недрогнувшим взглядом, капитан стражи протянул руку. — Так заведено в этом доме. Кроме высокородных никто не имеет права встречаться с госпожой при оружии.

Я молча вытащил из-под ремня «Уничтожитель» и «Руку смерти» (старые и верные одноствольные оставил в мешке со своими вещами) и отдал пистолеты Айвору, который старательно скрыл разгоревшееся в глазах любопытство. Руку даю на отсечение, сейчас будет их тщательно изучать, а потом попросит пострелять из них. Вояка…

Кортик я отдавал с опаской. Черт его знает, как он себя поведет в чужих руках.

— Только не вытаскивай кортик из ножен, — предупредил я. — Он заговорен на мою кровь.

— Да ладно, — улыбнулся Айвор, не поверив в мои слова. Но забрал кортик с осторожностью, будто протянутую ему шипящую змею. — Иди, она ждет тебя.

Я одернул кафтан и толкнул резную дверь, покрытую темно-вишневым лаком. И сразу увидел Тиру в зеленом платье из атласа с оборками на открытых плечах. Аккуратно распущенные волосы черным водопадом спускались по спине. Девушка разглядывала что-то интересное за окном, раз не отреагировала на мои шаги. Пришлось тихонько кашлянуть.

Тира обернулась. Мне показалось, что я не видел ее так давно. Мягкие обводы скул и линий лица куда-то исчезли, уступив место настороженному и цепкому взгляду. Теперь передо мной стояла молодая женщина, наделенная не только статусом высокородной аристократки; на ее плечах сейчас лежала невероятная ответственность за спасение рода Толессо, в котором осталась только она и эрл Эррандо, ее дед. Про младшую ветвь, отпочковавшуюся от основного рода, можно не говорить. Зная Тиру, можно предположить, что ни ее дядьям, ни кузенам Фальтусам ничего не светит.

И тем не менее, это была все та же девушка, к которой меня тянуло со страшной силой.

Тира невероятно быстро оказалась возле меня и неожиданно обвила руками мою шею, прижавшись столь близко, что мое сердце едва не выскочило наружу — так мощно оно застучало, разгоняя кровь по всему телу. «Жаль, не удостоила поцелуем вернувшегося из похода героя, — мелькнула огорченная мысль. — Но ничего, ты все равно будешь моей».

Я даже не успел удержать ее за талию, как леди Толессо, словно устыдилась своего порыва и отпрянула назад. Легкий румянец на щеках сделал ее еще более прелестной.

— Я рада видеть тебя, Вестар Фарли, — негромко произнесла она.

Неужели гордая Тира обратилась ко мне на «ты», отбросив ненужную сейчас вежливость? Это серьезный шаг к сближению!

— Как и обещал, я вернулся живым и невредимым, — я скинул треуголку и прижал ее к груди, обозначив поклон. — Господин Боссинэ весьма доволен работой моей кондотты. Он обещал разослать рекомендательные письма в торговые компании Суржи, Скайдры, Акаписа и других портовых городов. Надеюсь, теперь контракты не придется вырывать с боем, как в первый раз.

— Было тяжело? — Тира сумела укротить свои эмоции и присела в кресло, после чего показала на соседнее, куда примостился и я.

— Охранять торговые корабли, оказывается, куда сложнее, чем брать их на абордаж, — улыбнулся я, разглядывая Тиру без всякого юношеского смущения. Я хотел эту женщину, и понимал, насколько тяжело будет завоевать ее сердце в моем нынешнем положении.

— Надеюсь, ты сегодня останешься на ужин? — Тира тоже умела выдерживать взгляд. — Расскажешь о своем путешествии, о впечатлениях. Каково это — быть кондотьером? Я слышала, на Пламонт стянули большое количество патрулей, что-то искали.

— А, да там пустяки, — я беззаботно улыбнулся. — Контрабандисты стали чересчур дерзкими, вот их и отлавливали.

— Ну да, — Тира задумчиво подперла пальцем подбородок. Блеснул темно-красной кровавой каплей камешек в изящном золотом кольце. — А каковы твои дальнейшие планы?

— Я охотно принимаю твое предложение остаться на ужин, а завтра планирую поехать в имение к твоему деду, эрлу Толессо. Он, кстати, очень хотел встретиться со мной, да все времени не было.

Тира, к моему удивлению, побледнела и сжала губы. Потом резко поднялась и подошла к двери. Напряженно замерла, как будто пыталась выяснить, не подслушивает ли кто-нибудь снаружи. Возвращаясь обратно, остановилась за спиной, положила ладони на мои плечи. Негромко, почти шепотом, проговорила отчетливо:

— Дедушка мне все рассказал о твоем сговоре с лордом-канцлером. Если ты хочешь стать дворянином Дарсии за счет смерти эрла Толессо — я тебе не позволю. Пусть лучше выйду замуж за этого ублюдка добровольно, но единственный родной мне человек останется жив.

— Ты же знаешь, что моей целью является не получение дворянства как такового, — я почувствовал, как тонкие сильные пальцы вдавились глубоко в плечи, но оборачиваться не стал. — Тем более, оно у меня номинально есть. Но я помню слова, что путь к твоему сердцу и руке лежит через статус. Я очень настойчиво отговаривал старика от этой идеи, но эрл Эррандо уперся как гранитная скала и не отступил ни на шаг от безумного плана. Знаешь… там, на Рокане у меня появилось гораздо больше времени, и я стал обдумывать со всех сторон слова Эррандо. Он не такой безумец, Тира. Не захочет твой дед даже ради спасения фамильных богатств принять смерть. Ты еще очень молода и неопытна. Чтобы окружить себя преданными людьми, понадобятся годы. А их может не хватить при таких раскладах. Поэтому… мы что-нибудь придумаем.

Хватка пальцев ослабла. Тира, словно из нее вытащили стержень, на котором держалась ее стать, прошла к своему креслу и опустилась в него.

— Пожалуйста, Вестар Фарли, не причини вреда моему деду, — попросила она дрогнувшим голосом. — Должен же быть какой-то выход.