Страница 14 из 29
На следующий день…
— Послушайте, Владимир! Я, я буду с Вами откровенен. Да, откровенен. Предельно откровенен! Ситуация мне… мне не нравится! Она просто вышла из-под контроля! Да, из-под контроля.
Человек не был взволнован. Просто он быстро говорил. Просто скороговоркой он высказывал очевидные и будничные для него вещи. Просто ошибались очень многие, принимавшие быструю речь за признак тревоги или даже, смешно сказать, паники. Просто был он невысок, слегка сутулился и был черняв, а это, как ни крути, не могло добавить ему любви со стороны очень уж разборчивой российской общественности.
Собеседник за маленьким столиком, сервированным приборами с кофе, являл собой (по крайней мере, внешне) само спокойствие. Был подтянут, и весь вид говорил о непоколебимой уверенности в контроле над ситуацией. Любой. Слишком мощные силы стояли за этим невысокого роста худощавым человеком, чтобы он проявлял признаки волнения. Волновать его мог лишь паршивого качества, по сравнению с собеседником, костюм-тройка. Однако и эта проблема его не волновала.
Он вжал подбородок в грудь, грустные (а может — усталые) глаза некоторое время наблюдали за золотой ложечкой, которой он помешивал кофе.
— Так. Давайте поговорим более определенно. — Губы его сложились в решительную складку. — Скажите конкретно, кто или что Вас беспокоит, и мы примем меры.
— Кто меня беспокоит? — человек потер свою голову, где так катастрофически не хватало черных жестких волос, бегло улыбнулся. — Володенька, меня все беспокоят. Вы меня тоже, кстати, беспокоите! — Заметив недоуменный взгляд, добавил. — Перед Вами открываются блестящие перспективы, а Вы, так сказать, ничего не предпринимаете!
— А что, конкретно, Вы предлагаете? — тон стал деловым.
— Милый мой, это, извините, Ваше дело — предлагать!
Помолчали. Померялись взглядами. Попили кофе.
— И все-таки, в чем конкретно нужна моя помощь?
— Да не тычьте Вы «конкретикой»! Всего лишь небольшое содействие, Володенька! Есть несколько направлений, по которым… гмм, Вы понимаете…
— Какие именно?
— Господи, Володя! Ну, ладно… У Вас остались связи в разведке? Хотя, что я говорю… У Вас их и раньше-то… не очень… Ладно, оставим это…
— А что это Вы имеете в виду? — обидчиво поспешил уточнить собеседник чернявого. — Я, между прочим, сам уволился!
— Ладно, ладно… сам… с блестящими результатами… просто Вас не совсем оценили, да? Ничего, Бог даст, сможете поквитаться. Пока же меня Ваш бывший начальник беспокоит…
— А чем Вас Премьер-то не устраивает? — тон искренний и снова деловой.
— Вы шутить изволите, Володя? Однако…
Вздутые желваки на лице отзывающегося на имя Володя.
— Да на меня сейчас всех собак спустили! — скороговорка. — А знаете, если накопают? Куда протянутся нити? Наши друзья на Западе и рады бы глаза закрыть… да только… Да что я говорю, сами же видите под кого сейчас копают! Ничего святого… — смешок, — не осталось… Сможете прищучить хоть этого прокурора косноязычного?
— Посмотрим. — На лице спокойная уверенная задумчивость. — По крайней мере, могу обещать адекватные действия! Но… но у него поддержка… и народ…
— Народу, Володя, до чертиков! Это НТВ-шники искренне считают, народ днем и ночью следит за политической жизнью страны. А сие есть миф, Володя! За политикой, как и положено, следят только те, кому это положено, простите за каламбур! Народу же — наср… Народ водку пьет. И последний лихой год правления нашего общего друга лишь подтверждают этот тезис!
— И каким же образом Вы намерены…
— Не вопрос, Володя! Примаков и так подорвется! В настоящее время три проблемы определяют политику России. И по всем трем направлениям у милейшего Евгения Максимовича большие проблемы, знаете ли!
— А эти направления… Вы имеете в виду нефть?
— И нефть тоже. Да. И ВТО. А вступление в эту организацию для России будет увязываться с созданием с Киргизией зоны свободной торговли и затем неизбежный выход Киргизии из Таможенного Союза. Это станет дополнительным стимулом для США и ЕС попытаться вырвать из Союза и Казахстан, а затем и Белоруссию. А так как Примаков слишком уж державно повел себя, то западники будут дожимать свои условия до конца. Поэтому разрубать этот узел, как обычно, придется мне… Или на России как на мировой державе — пределе мечтаний народа — можно будет поставить крест.
— А третье направление? Коррупция?
— Далась всем эта коррупция! — нервно воскликнул невысокий человек. — При главном коррупционере в лице Вашего скромного слуги! Нет, Володя, не коррупция, будь она не ладна… А экономика. Экономику, Володя, нужно знать! Циферки разные, знаете ли, графики. А у нашего премьера, видите ли, ни малейшего представления, как эту экономику двигать. И в каком направлении! Ему бы все национализировать! А Западу это не нравится, Володя! Они в этих действиях большевистские замашки усматривают. И не без основания, кстати! А слова о национальной идее чего стоят! А ставка на военный потенциал! Да это же прямой вызов! Как бы тут до какого-нибудь переворотика не дошло, а, товарищ чекист? — он выразительно посмотрел на собеседника. — Сумеете на этом направлении принять меры?
— А… имеются основания? — удивился Владимир. — Мне пока ничего неизвестно…
— Вам все станет известно, дорогой! — обнадежил его невысокий. — В свое время. И тогда уж не оплошайте… И про коррупцию, Володенька, мы с Вами поговорим подробнее!..
— А нефть? — наморщив высокий лоб, проявил настойчивость собеседник. Видно, эта тема волновала его больше остальных, даже больше угрозы какого-то нелепого переворота. — Здесь-то все в порядке? Ведь он сможет на одной нефти выехать…
— Мог бы, Володя. Безусловно, мог бы… Если бы не наш Кавказ… Как Вы понимаете, я слегка разбираюсь в этом вопросе… Когда был… гм… миротворцем… Так вот… Я Вам скажу, если Вам, конечно, интересно… ничего привыкайте… сегодняшняя кризисная ситуация на Северном Кавказе явилась следствием резко обострившейся в последнее время конкурентной борьбы за раздел нефтегазовых запасов Каспия. И, по моим источникам, эта ситуация была инспирирована Баку и Вашингтоном, которые напрямую заинтересованы в укреплении своих позиций в прикаспийском регионе. Для окончательного закрепления выгодной им схемы перекачки туркменского газа в Турцию. Помяните мое слово, Володя, Россия будет втянута в затяжную войну. И война эта ограничит, а затем и сведе к минимуму влияния России в регионе Каспия. А там, кстати, сосредоточены вторые в мире запасы нефти и газа.
— То есть Вы полагаете… снова Чечня?
— Чечня, Володя, Чечня! А мы будем снова миротворить. Кстати могу Вам сообщить по секрету, ха-ха… Глен Хорвард…
— Этот тот, который из Центра стратегических оценок США? — проявил осведомленность человек, деловито сжав губы.
— Он самый, Володя, он самый. Вы знаете, из Турции он направился в Грозный?
— Мне докладывали об этом. Мне также известно, об обсуждаемых перспективах создания нефтепроводного коридора из Чечни через Грузию в Турцию. Nichts Neues![3]
— А Вам докладывали о другой его миссии? Мои источники сообщили, речь шла также и возможной поддержке США и Турцией чеченских сепаратистов. И это нам впоследствии может пригодиться!
— А откуда Вам это известно… — несколько растерянно спросил худощавый человек.
— У меня есть свои источники, Володя. Переговоры-то вести с кем-то надо.
— А обойтись без войны никак нельзя? — тихий голос, напряженный взгляд в черный и уже холодный кофе.
— Никак, Володя… — казалось, его собеседник пронзил черными глазами стену позади него. — И запомните на будущее… Без войны не обойтись… Слишком много проблем завязано на ней… И большие деньги… Но даже если и забудете… Вам напомнят… Всему свое время…
3
Nichts Neues (нем.) — ничего нового.