Страница 10 из 29
Он смотрел на нее, невысокий китаец, с совершенно непроницаемым лицом. Глаза с набухшими веками не мигали, и вся его фигура выражала терпеливое ожидание. Из-за улыбки, словно приклеенной к лицу, стал более заметен маленький шрам над верхней губой. Ей была хорошо известна репутация этого человека — одного из приближенных лиц руководителя китайской разведки. Она никогда не участвовала в операциях, предварительно не изучив своего противника. Она знала об этом человеке всю, какую только можно было отыскать в архивах ЦРУ. А вот они-то ее не смогли идентифицировать!
Отследив с десяток операций, в которых совершенно определенно участвовал этот китаец, Лаура достаточно хорошо усвоила методы его работы. А методы его были просты и эффективны — никаких свидетелей. Тем более, когда речь идет о такой важной для его страны операции, как похищение чертежей нового двигателя для ракетоносителей.
— Это было бы весьма кстати! — ее глаза потеплели, а голос смягчился.
Так и должно было выглядеть — использованная и ненужная теперь немолодая «подстилка» превращается в человека с некоторым будущим!
— Я лишь соберу кое-какие свои вещи и спущусь вниз.
— Ваша проницательность делает Вам честь, мэм. И это еще больше убеждает меня в правильности и мудрости моего руководства… — слегка поклонился китаец и сделал знак остальным. Те подхватили тело и бесшумно вынесли его в коридор. — У вас пять минут… Мы вынуждены торопиться, как Вы прекрасно понимаете! — извиняющимся тоном добавил он и мягко притворил за собой дверь.
Лаура одним прыжком оказалась возле двери и прислушалась. Плавно прошуршал лифт. Тишина. Придав лицу независимый вид, выглянула в холл. Никого.
Тихо защелкнула дверь, провернула ключ, оставив его в замке и навесила цепочку. После этого подбежала к окну в кабинете, выходившему в тихий дворик, распахнула окно и дернула за свисающий с крыши шнур. Через миг Лаура уже ловко карабкалась по веревочной лестнице на крышу, стараясь не отвлекаться и не смотреть вниз — возраст все-таки…
— А, господин Раменов! — радушно воскликнул Эрик Штольц, совладелец и главный партнер юридической конторы «Штольц, Грубер и K°». Понятие «Ко», как водится, состояла из чисто мифических «младших партнеров», наличие которых превращало налоговое законодательство, и так весьма вольно трактовавшееся в этом кантоне, в полнейший фарс. — Проходите, дорогой друг! Я приношу свои извинения, пришлось сорвать ваш уик-энд с дочерью, но дела… дела! — Штольц виновато развел руками.
— Все в порядке, Эрик! Не первый год замужем. — Раменов вдохнул аромат коньяка, хотя прекрасно знал, именно этот коньяк — его любимый — до скончания веков будет подаваться во время его визитов в компанию. Бешенные гонорары Штольца включали в себя и оплату его обходительности…
— Не первый год… как? — переспросил Штольц, а затем расхохотался. — Вечно вы, русские, что-нибудь загнете эдакое! С таким настроением тебе лучше послушать моего нового клиента. — Он протянул руку к селектору и попросил секретаря пригласить посетителя.
Через секунду дверь раскрылась, и взору Алексея Раменова предстала очаровательная женщина. Ей было лет сорок или около того. Потрясающие рыжие волосы собраны в высокую прическу и отливали медью. Белую шею охватывало искрящееся колье, а смелый вырез обтягивающего черного платья, наверняка, притягивал восторженные мужские взгляды. Ее глаза остановились на русском бизнесмене, и в них полыхнул огонь, от которого Раменова кинуло в жар.
Он пожал протянутую ему маленькую ладошку с сухой и одновременно нежной кожей. Пробормотал «Очень приятно», и окружающий мир перестал для него существовать. Он совершенно растворился в ее зеленых глазах, понимая, уже не сможет оторваться от нее ни за какие блага в жизни. Ради нее он готов совершить любую подлость и с легкостью отдаст жизнь. Он понял, с этой минуты не принадлежит более себе…
— Миссис Брайтман, специальный агент Федерального Казначейства Соединенных Штатов. — с улыбкой представил ее Штольц. — Полагаю, будет лучше, мисс Брайтман если суть своего дела ко мне, точнее к нам, Вы изложите сами?
— Лаура. Просто Лаура. — поправила она глубоким голосом. — Господин Штольц весьма лестно отзывался о Вас, господин Раменов, а репутация господина Штольца слишком хорошо известна, чтобы сомневаться в его словах. Поэтому я отбрасываю любое недоверие и просто раскрою свои карты…
Раменов внутренне расхохотался. Ага, раскрыла…
— Вы, наверняка, представляете себе хотя бы в общих чертах основные направления внешней политики Соединенных Штатов…
Мужчины кивнули. От скрупулезного отслеживания ситуации в мире напрямую зависел их совместный бизнес.
— Хорошо. — Лаура приняла кофе и продолжила. — Помимо Ирака, нашим врагом на данный момент является Белград. В этом регионе мы стараемся как-то помочь нашим союзникам, которыми, как несложно предположить являются враги режима Милошевича.
— Не лишено логики! — улыбнулся Раменов.
Лаура улыбнулась в ответ.
— Я приношу извинения, если мое вступление покажется Вам чересчур затянутым, но я хотела бы ничего не упустить… У Белграда, как Вам известно, давние распри с оккупированной им провинцией Косово, не говоря уже про Албанию. Нашим правительством разработана специальная экономическая программа, призванная помочь вернуть экономику этого региона, в частности Косово, после его отделения от Югославии в нормальное русло, привязав ее к экономике Албании…
Раменов недоуменно поднял брови — он как-то не припоминал, чтобы Косово собиралось отделяться. Тем более он не мог представить себе югославского президента Милошевича, добровольно отдающего Косово албанцам. Сумасшедшей американку назвать было никак нельзя. Значит… Значит нужно очень внимательно слушать.
— …в том числе с целью поощрения разработок очень крупных месторождений редкоземельного металла иридия на границе Албании и Косово…
«Все и встало на свои места…» усмехнулся Алексей. «Иридий — это хороший стимул для помощи. И уж покруче какой-то там нефти будет…»
— В этом свете США реализует ряд мероприятий по восстановлению доверия к албанской национальной валюте — динарам. — Лаура похоже совершенно не обратила внимания на реакцию Алексея, вероятно делая ставку на мышление бизнесмена, для которого все сказанное ею, должно являться вполне естественным. — С тем, чтобы впоследствии в регионе была единая валюта. Вам может быть неизвестно, в настоящее время имеющими официальное хождение денежными знаками являются динары третьей серии. В то же самое время вышедшие из обращения или поддельные динары находятся в различных странах мира. Примерно пятнадцать миллиардов динаров… Казначейство выбрало компанию господина Штольца в качестве нашего агента…
Штольц в подтверждение помахал стопкой бумаг. Договором, надо полагать.
— В планы Казначейства входит скупка старых динар… — и добавила, заметив легкое движение раменовских бровей, — Конкретные серии и номиналы купюр отмечены в договоре… С ним Вы потом сможете ознакомиться, господин Раменов. Сейчас же я просто обрисовываю проблему…
— Хорошо. — покладисто согласился бизнесмен, уже примерно предполагая, чего же именно может потребоваться от него. Но влезать со своими измышлениями, разумеется, не стал.
— Итак, мы планируем приобретать через фирму господина Штольца старые динары по цене 0,7 доллара за один динар…
— При этом курс раньше динара колебался в районе одиннадцати — двенадцати долларов за динар! — хохотнул Штольц.
Лаура Брайтман вежливо улыбнулась.
— Для этих целей наше правительство выделило один миллиард восемьсот миллионов долларов, которые депонированы в швейцарском «UBS». Если дело пойдет хорошо, последуют дополнительные суммы.
— И моя роль… — Раменов отпил коньяк и подумал, эта операция в случае ее успешного доведения до конца, нанесет очень и очень мощный удар по сербской экономике…