Страница 12 из 29
– Какое потрясающее совпадение! – воскликнули мы в один голос.
– Я как раз ехала домой через парк и случайно встретила Герду, – начала рассказывать Эмилия. – А потом мы опять-таки случайно встретили Мари.
– Солнышко, а почему ты не на свадьбе? И где Дарэн? – воспользовавшись паузой, задал мне вопрос папа.
– Потому что шла на свадьбу, а попала в дурдом, – ответила я отцу как можно более равнодушным тоном. – Дарэна очаровала одна из особо резвых гостий, и он остался под ее чарами. Его дальнейшая судьба мне не известна. И не интересна. Пусть катится колбаской с пригорочка.
– Что-о? – воскликнул папа, выглядя при этом ошарашенным.
Его взгляд опустился на мое запястье, где должен, по идее, красоваться анитари, который я сняла еще в парке.
– Пап, Свен! Давайте без лишних вопросов, а? – промолвила я, предвосхищая их дальнейшие расспросы. – Все остальное расскажу дома. А вообще, это не самая приятная и легкая для меня сейчас тема. Так что лучше ничего у меня пока не спрашивайте. Просто знайте, что я снова свободна, как муха в поле. И на этом пока все.
– Хорошо, – ответил ошарашенный Свенельд. – Расскажите хоть, как вы сюда попали.
– Благодаря Джерану и его феерическому умению находить приключения на то, что пониже спины, – пояснила Эмилия. – Заявился в трактир, где мы сидели, весь в перьях и начал возмущаться, что ему пришлось убегать от барана, принадлежащего хозяину трактира. А там на него на скотном дворе еще и индюк напал…
– А может, стая индюков. Вот тут мы точно не разобрались, – добавила я, еле сдерживая смех. – А дальше случилась драка с барменом, втянувшая в это эпичнейшее действо всех присутствующих.
Мужчины, переглянувшись, разразились басистым хохотом.
– У Джерана что, пунктик на животных? Почему у него вечно стычки происходят с животным миром? – усмехнулся Мариус.
– Твоя будущая жена, кстати, сказала то же самое. Мысли влюбленных звучат в унисон, – заметила я.
Наш смех вдруг был прерван громовым ором, огласившим, наверное, весь участок.
– А-а-а-а, дружище, ты ли это? Хо-хо-хо! Ха-ха-ха!
Повернувшись на источник шума, мы обомлели. Кто-то из присутствующих в шутку ругнулся. Кажется, мой папа.
Джеран радостно обнимался и шутливо бился плечом к плечу с каким-то господином, одетым так же оригинально, как и он сам.
– О-о-о-о, а вот и подмога для Джерана подоспела, – протянул папа, глядя на картину приветствия двух мужчин. – Теперь у представителей фауны Альтарры появится еще один объект обожания.
– Пап, это кто? – спросила я.
– Ты тоже не узнала его? Если мне не изменяет память, то этот господин – давний друг Джерана, с которым они еще в студенчестве куролесили, – поведал нам папа. – Потом он вроде как решил пожить на Земле по каким-то семейным причинам. А сейчас, видимо, вернулся. Надо же, и как я мог не узнать его там в харчевне!
– Джеран Мирайл! Какая встреча!
– Эверд Каргайл! Кого я вижу! Какой сюрприз! – радостно вопил Джеран, продолжая здороваться со своим давним другом с помощью немыслимых комбинаций таких же немыслимых жестов и действий.
– Вот это поворот! Эверд вернулся, – пробормотал Свенельд, посмотрев на папу. – А ведь я тоже не узнал его. Удивительно, как, находясь даже на расстоянии, два этих обалдуя навели шороху, обеспечив сегодняшней смене дежурных жандармов веселую ночку. А если они теперь еще и объединятся?
– Тогда все. Нашей столице каюк, – в шутку промолвил папа.
– А больше у Джерана нет закадычных друзей? – спросила Эмилия у Свенельда.
– Нет, а что?
– Ну и слава Богам! – ответила подруга. – А то тревожно как-то за нашу столицу. Я уже начала беспокоиться. Джеран в одиночку – ураган, а вдвоем с другом это уже начало армагеддона.
– Можешь быть спокойна, – заверил ее папа. – Таких уникальных экземпляров в нашей империи только два.
По рядам нашей компании прокатился смешок.
– Так, поручик Нортон! Ведите этих двоих буйных господ к майору Эльсинейру! Пусть разбирается, – крикнул полковник Дартейли и направился к нам. – Когда эти двое попали в этот участок впервые, я в те времена сам был еще поручиком. Сегодняшний вечер просто-таки погружает меня в ностальгию, – промолвил он с улыбкой. – Пройдемте в мой кабинет. Запишем ваши показания и отпустим домой. А с непосредственными зачинщиками будем еще разбираться. Надеюсь, что лорд Каргайл не надумает идти устраиваться на работу поближе к своему другу в Академию?
– Упаси нас Боги от этого! – воскликнул Делайл со смехом. Нам одного магистра Мирайла хватает с головой. Мы еще вспоминаем его выходку в конце прошлого учебного года, когда он рано утром в одних кальсонах бегал по территории академгородка с криками: «Пошли все к демонам, я в отпуске!» Слава Ар-Лиинн, что почти все адепты к тому времени уже разъехались по домам! Хотя, должен признать, что без лорда Мирайла наш коллектив будет неполным. Мы очень дорожим его персоной.
Тихо посмеиваясь, все направились в кабинет полковника Дартейли.
Спустя час мы возвращались домой в одном экипаже – я, Эмилия, Марьяна, Свенельд и папа. Мариус и Делайл развозили остальных гостей мальчишника по домам.
– Ну что, девушки, вы готовы к девичнику, который состоится уже сегодня? – озорно улыбаясь, промолвил мой братец, наблюдая за нами. – Только, пожалуйста, давайте в этот раз без жандармерии.
– С удовольствием, – ответила я, подавляя зевок. – Мне сегодняшнего раза хватило. Но до вечера все же хотелось бы выспаться. Мне, в отличие от некоторых клыкастых и рыже-мохнатых особ, сон необходим каждый день.
Марьяна с Эмилией еще о чем-то тихо переговаривались, но меня вдруг сморила усталость просто-таки вселенского масштаба, веки будто налились свинцом, и не став бороться со сном, я задремала.
И снова ставшая знакомой пристань. Стоя на самом ее краю, я смотрела на пришвартованный величественный драккар. Сейчас здесь никого не было, кроме меня. Вода с тихим плеском билась о его корму. Свежий прохладный ветер приносил запах горящих дров, и я с наслаждением вдыхала его полной грудью. Любимая тальхарпа, подаренная мне еще в детстве, лежала рядом, обернутая сукном.
Я настолько погрузилась в свои мысли, что не услышала шагов позади себя. Из задумчивости меня вывели сильные руки, обвившие мою талию, и поцелуй в макушку.
– Я был в доме у Ньорда. Звуки твоей тальхарпы слышны даже там, – тихо промолвил низкий голос с хрипотцой, принадлежавший мужу.
– Тебе не угодна моя игра?
– Как ты могла подумать такое, Ингерд? – удивился супруг, развернув меня к себе лицом и заглядывая мне в глаза. – Играй, милая, если просит душа. Пой, если хочется песен. Музыка заставляет твои глаза сиять. Если это – твоя радость, я не смею отнимать ее. Ты – очаг моего дома, Ингерд. Его душа. Если душе отрадно, то отрадно и мне. И тогда в доме будут мир и лад.
Его слова согрели меня, и душу до краев заполнила нежность. Не найдя слов, я порывисто обняла его в ответ.. От его плаща пахло дымом и хвоей.
– Иногда ты словно дитя, Ингерд, – смеясь, промолвил он и еще крепче меня обнял.
– Эрик! – отстранившись от него, я посмотрела ему прямо в глаза. – Обещай мне, что никто и никогда не узнает о том, что я… Что я… Сам знаешь.
– Что ты провидица? Но что здесь такого, любовь моя?
– Т-с-с! Тише! – шикнула на него, прикоснувшись указательным пальцем к его губам. – Эрик, никому никогда не говори! Обещай мне это! Я не хочу, чтобы люди знали об этом.
Взяв меня за руку, он оставил на запястье невесомый поцелуй, разбудивший в душе трепетное томление.
– Ты можешь мне верить, Ингерд. Мы муж и жена, одно целое. Я никому не открою твои секреты. Это навеки будет нашей с тобой тайной.
– Спасибо тебе! – прошептала, прежде чем ощутить его губы, подарившие поцелуй, опьяняющий не хуже крепкого заморского вина.
Мне с детства твердили, что самое главное в браке знатных особ – взаимное уважение. Любовь? Это не главное. Династические браки заключаются не по любви. Когда речь идет о единении двух старинных могущественных родов, не время вспоминать о чувствах. Хотя мой отец никогда не выдал бы меня замуж за того, кто мне не люб. И все же так хотелось знать, что я не просто нравлюсь своему мужу. Услышать от него что-то большее. Как это, наверное, глупо, но в этот раз желания сердца не подчинялись голосу разума. Недаром, наверное, отец всегда говорил, что женщины любят ушами.