Артария

И вот теперь я с садистским удовольствием проследил взглядом, как один из смельчаков снова бросился к стволу. Шмель настиг его в прыжке. Взревевший зверь не успел среагировать, и глефа почти до середины древка вошла в оскаленную пасть. Один удар и подо мной пополнилась горка лута. Неужели крит? Опустив ногу с ветки, я подразнил лобастых, поигрывая стопой. Вожак с рыком что-то обнюхивал, двигаясь вокруг ствола. А вот более не сдержанный родич решил как и все разбежаться, оттолкнуться от ствола и достать меня. Этого я и ждал. Шмель рванул навстречу. Укол, рев летящего ко мне зверя, глефа вонзающаяся в пасть.

Я с удивлением посмотрел на осыпающийся пепел. Снова крит? Стоило последнему соплеменнику пасть, как вожак закинул голову и протяжно завыл прямо подо мной. На каких-то игровых инстинктах я рассек веревку и прыгнул прямо на воющего моба. Шмель рванул из ладони и перед самым приземлением, я взмахнул глефой. Волк, пронзенный насквозь, дернулся, но удар ногами в спину заставил огромного зверя припасть к земле. Что-то звериное проснулось во мне и вместо того, чтобы уйти в сторону и достать клинки, я выпустил когти и с рысьим ревом бросился на оскаленную морду.

Боль рванула грудь, но я не переставал полосовать голову врага, даже впился в нос зубами, продолжая гортанно реветь. Вокруг полетел серый пух, по ушам ударил болезненный, но яростный рев. А потом все быстро закончилось. Кажется, в запале боя, я выплюнул флакон с маной.

Рухнул без сил, тяжело дыша, и уставился на крону сосны, отмечая как красиво сквозь ветки виднеется синее небо. Вроде бы шкала бодрости даже не тронулась с места, но почему-то тело окутала усталость. Шкала здоровья угрожающе мигнула желтым, и застыла на отметке в двадцать четыре процента.