Страница 28 из 58
К приезду Золотаревой я вся извелась, хотя иногда Антипов не давал мне время для посторонних мыслей, занимая собой.
— Привезла? — выпалила я с порога, едва Кира сумку на пол поставила.
— Обижаешь, — засмеялась подруга. — А я боялась тебе предлагать, думала, ты меня пошлешь. Одно дело, когда никто не видит наши номера, а тут… Горжусь тобой, Маш!
— Ты выбрала, под какую?
— Давай ту, что ставили летом?
— «Хаш, Хаш»? — у меня начал дергаться глаз. Эта хореография слишком дерзкая, но для моих целей подходила идеально.
— В точку!
— Давай только без переворота в шпагате и без поперечного?
— С ума сошла?! Это самое сладкое. Или ты в дерево превратилась? На мостик не встанешь? — съязвила Кира с хитрой мордахой.
— Не смешно, — передразнила ее.
— Со всеми связками, — утвердила план действий подруга.
— Черт! — я лихорадочно думала. — Я с собой взяла боди и накидку, которая не скрывает ничего. В поперечном будет треш.
— Класс, и я взяла боди и накидку. У дураков мысли сходятся, — засмеялась Кира. — Сегодня или завтра?
— Завтра. Встанем пораньше и попробуем найти укромный уголок, чтоб повторить.
— Че его искать? Тут можно. Места как на вокзале в зале ожидания.
— Спасибо, Кир, — обняла подругу.
— У меня свои цели, Маш. Спасибо, что позволишь мне блеснуть стратегически выгодными местами, — чмокнула меня в щеку Золотарева.
Когда мы спустились в гостиную, там, за пультом, уже пританцовывал татуированный фриковатый ди-джей. Зона танцпола освещалась светомузыкой, в зоне столовой выстроились фуршетные столы с закусками и спиртным.
— С Рождеством, — сказал Антипов, достав из кармана коробочку кремового цвета и вложив мне в руки.
Моя растерянность точно преобразила лицо. О подарке Леше я даже не подумала. Стыдно-о-о.
— Леш… — проблеяла, не зная, что сказать.
— Мой самый желанный подарок со мной, Маш, — Антипов все понял, как чертов экстрасенс! Притянул к себе и поцеловал при всех.
Глава 33
Едва поцелуй прервался, как появилась Соболева, чтоб ее разнесло. Сразу нашлись вопросы для Антипова и просьбы показать, помочь найти, проводить. Меня бесило это неимоверно. Ревность застилала глаза и хотелось наорать, а лучше разбить что-нибудь. И вот на этой ноте я схватила Киру и сказала:
— Нефиг ждать завтра. Будем делать сегодня!
Пока Антипов занимался гостями, мы с подругой смылись в комнату, чтобы повторить связки для танца.
Открыв подарок, я увидела платиновый браслет с двумя подвесками из объемных хрустальных букв «А» и «М», а внутри каждой от любого движения пересыпались мелкие сверкающие камушки. Кира благоговейно выдохнула: «Вау-у-у», — а потом помогла мне застегнуть его на запястье. На дне упаковки лежала записка: «Соберем алфавит вместе?»
Кто бы знал, что значил для меня его подарок. Хотелось побежать вниз и зацеловать Лешу. Но! План казался лучше.
Три часа с момента начала вечеринки, а мы с Золотаревой уже задолбались скакать вверх-вниз. Чтобы не вызывать подозрений, мы пятнадцать минут занимались в комнате, а потом летели вниз и делали вид отдыхающих. Конспираторы. Но это ерунда. Все было готово. Подруге предстояло подговорить ди-джея поставить нужный трек.
Мы осмотрели себя в высоком зеркале Кириной спальни. Подруга в черном боди, телесных колготках в мелкую сеточку со стразами, сверху полупрозрачная туника, расшитая золотыми пайетками, едва прикрывающая попу. По бокам на накидке разрезы, стянутые на талии завязками, что помогали ткани облегать фигуру. На ногах черные туфли на каблуках. Русые волосы стянуты в хвост на макушке. На лице яркий макияж, с упором на глаза и губы. Весь вид кричал о порочности! И вот я такая же… Только золотого цвета боди и полупрозрачная черная туника. Золотые туфли. На глазах больше блесток. И это мое первое выступление перед сторонними людьми.
Аут…
Кира, глядя на меня в зеркало, чувственно прогнулась, а я машинально повторила ее движение. Вот идиотки!
— Ты готова, Маш, — засмеялась подруга.
— Если меня прикончит Антипов, передай родителям, что я их любила.
— Вернее затрахает, и танцевать ты больше не сможешь. Но знаешь, что меня радует? — я вскинула голову в немом вопросе. — Что Соболева и ее подруженции будут в ужасе!
— А Ежов?
— Наверное, — отмахнулась Кира. — Все поймут, кто сегодня королевы танцпола!
Мы вывалились из комнаты. И сразу нарвались на Стаса Звягинцева.
— Пля-я-яха! — вскинул руки парень. — Призовите и мне такую нимфу.
— Тихо! — цыкнула Кира, пока я соображала что прикрыть: зад или перед. Да уж, нормально я собралась танцевать.
— А вы куда собрались в таком виде? — не унимался Стас.
— Увидишь, — шикнула еще раз подруга. — Помоги нам. Отвлеки всех.
— Вы будете танцевать?! Я уже в экстазе!
— Стас! — обиженно выпалила Кира, пока я настраивалась изображать стерву.
— Сказано — сделано! Уже пошел.
Перед нашим выходом свет в зоне дискотеки погасили и все разбрелись по сторонам. Звягинцев-второй, который Стас, привлек к себе внимание, заставляя всех сгруппироваться для фото. И мы выплыли, получая выразительное одобрение со стороны ди-джея.
— На всю, — скомандовала Кира, и мы замерли в исходной позиции: лицом к лицу, глаза в глаза.
Первые громкие аккорды погасили галдеж, и мы начали легкие связки на медленном вступлении. Световые пушки ловили нас, и мы напоминали солнечных зайчиков. Двигались синхронно, на определенных музыкальных акцентах совершали рваные, точечные движения. Выдали волну вперед-назад, ударились бедрами, разошлись в стороны. Сошлись бок о бок и вели партию опять синхронно. Я боялась смотреть в толпу, которая затихла. Сложность движений пошла по нарастающей. Перед ударным моментом мы с Кирой застыли в сексуальных позах и… А-а-а! Вот теперь мы двигались в любимом ритме. Движения быстрые, четкие, резкие, вызывающие. Задействовано все: руки, пальцы, ноги, ступни, бедра, живот, плечи, голова… Ох, что мы творили. Дошли до изюминки: я прогнулась на мостик, подняла ногу и ушла в шпагат, делая оборот, а Кира в этот момент проделывала это же, только вперед, с рук, и следом мы опустились на поперечный шпагат спиной к зрителям, натурально «играя» ягодицами. Уперлись руками в пол и медленно свели прямые ноги, поднимая попу вверх. И в этот самый момент наши задницы в боди отсвечивали до луны и обратно.
Мы танцевали с хищными, стервозными лицами, и я ловила настоящий кайф.
Не успела музыка закончиться, как ко мне подошел Антипов, снял с себя рубашку, обернул меня ею ниже талии, взвалил себе на плечо и потащил наверх под свист и одобрительные выкрики гостей.
Мамочки, я не просто нарвалась — попала по-крупному.
Только хотела открыть рот, чтобы успокоить парня, как он набросился на меня с поцелуями. Завалил на кровать, придавил сверху, стянул резинку с волос.
— Больше никогда… — целовал жадно, страстно, неистово, — … только передо мной… Блять, чуть не кончил просто от того, что смотрел. Сучка… Моя детка…
— Ты не злишься? — пискнула под его напором, помогая раздевать себя.
— Машк, — обхватил мое лицо ладонями, посмотрел серьезно. Кадык дернулся вверх-вниз. — Люблю тебя так сильно, что выразить не могу… И… у меня ни разу не было целки, но я постараюсь быть осторожным. Говори мне, если что-то не так.
— Хочу тебя… — прошептала я.
Глава 34
Все мои страхи оказались беспочвенными. Мой любимый мальчик не только заставил меня теряться в звездах от своих рук, но и вылизал всю, дважды доведя до оргазма. Когда я первый раз улетела в нирвану, Леша кончил, хотя на тот момент я его ниже пояса не трогала. Он задействовал мою растяжку и гибкость как мог. Заставлял раскрываться в поперечном шпагате, переворачивал вниз головой, прогибал на мостик, почти складывая пополам. Я умирала от близости с ним. Меня простреливало наслаждением физически и морально. Леша был прекрасен в своем безумии и дикости. Я буквально сцеловывала с его лица и тела каждое изменение. Он шептал мне пошлости, нежности, признания. А я ловила каждый его выдох ртом и стонала-стонала-стонала.