Страница 46 из 61
Сначала ничего не происходило. Мой нейролинк, казалось, вышел из строя. Изображение пропало, исчезли звуки, эфир молчал. Я замер в ожидании. «Домоклы» глазели по сторонам, видимо, ожидая приказов со станции. Или капитан ругался с командующим, окончательно ставя крест на своей карьере.
Джонни Бритс приветливо помахал мне из своей кабины. Я дёрнул в ответ плечом, типа тоже помахал. Руки послали меня на хрен и болтались как мокрые верёвки. Давясь, я проглатывал остатки кибернита и пытался не думать о гадостном привкусе. От этой дряни щипало язык, а в зубах застряло столько, что просто не могу.
Всё случилось так же резко и молниеносно, как первый контакт с колоссом, который мирно побулькивал в своём стрёмном самодельном теле.
Если варп сжимает пространство и пропускает его через поле, то кибернит сплетает все нейролинки, все чипы психоактивных систем, ядра управления искинами, точки доступа, подконтрольные модули кофеварок и кондиционеров и прочую подобную мелочь — в огромный копошащийся информационный ком, пульсирующую ноосферу, пронизанную незримыми кибер-нитями. И ты зависаешь в самом центре этой виртуальной сферы и можешь взаимодействовать с ней, молниеносно переноситься от узла к узлу, посылать команды, перенастраивать системы, и общаться со всеми обитателями ноосферы одновременно. Смотреть их глазами, слышать их ушами и другими органами восприятия. Я отчётливо увидел Сифри, Циклопа, Нанобота и целых двух Зорких глазов: у Кайоши стояло два чипа — основной и старый, работающий на низких частотах. Имплантированное киборгами Репозитория полушарие ноосфера воспринимает как отдельный личностный конструкт. Я отыскал Лию, в сопровождении конвоя, на пути к изолятору и чип Натана в спящем режиме. Нэша доставили в лазарет.
Даже тот бедняга в вегетативном состоянии, который остался в пещерах, посылал слабые сигналы в ноосферу. Значит, ещё жив.
Отдельными яркими пятнами засветились скопления кибернита. Мой взор проник на невообразимые глубины главной шахты, где раскинулось широкое море. Я увидел колоссов — огромные нервные клетки, дрейфующие в пространстве. Кибернит окутывал их полости под биоминеральной оболочкой. В пределах сектора их осталось ровно трое. Два колосса собирали остатки кибернита, третий стоял рядом со мной.
Наверное, так и выглядит Иро, о которой говорила Матерь. Слепок разумной жизни, ментальная карта мира, в моём случае — довольно маленькая. Но только представить, какие просторы откроются, если напичкать себя кибернитом под завязку! Понятно, зачем он нужен колоссам. Хорошо, что физиологические особенности человеческого тела не позволяют принимать такие огромные дозы, а эффект лишь временный. Иначе мир заполонили бы шаманы, могуществом превосходящие и Вафу с его неройлингвой и Шамбалу с их коллективным разумом.
И если бы у меня было в запасе больше времени, а тело не ныло от ран, я бы, может, провернул пару шуточек со станционными системами. А так я просто сосредоточился на разумных носителях мозговых имплантов, собрал в пучок нити их связей и посылал ментальные сигналы, заведомо зная, какой будет первая реакция:
— Раз-раз… Проверка! Внимание-внимание! Это не психологическая атака! Повторяю! Это не психологическая атака!
Разумеется, на станции тотчас же поднялось волнение. В строю боевых мехов тоже пошло шевеление, однако, не такое истерическое. Я заметил нескольких солдат в медицинском отсеке, излишне рьяно реагирующих на мои послания. Я слышал их мысли, они сговорились косить под дураков, чтобы не участвовать в обороне. Берегли свои трусливые задницы. Я гаркнул:
— Хватит орать! Да, вы трое, в лазарете! Задолбали уже симулировать! В роте Гамма людей не хватает, а вы гаситесь, придурки! Марш в казарму!.. И не орите там, вы мешаете восстанавливаться рядовому Нэшу.
Не сразу, но мои слова возымели эффект. Парни притихли.
— Вот, так-то лучше! И ещё кое-что… — я обратился в комендатуру на минус первом этаже, усилив сигнал специально для них. — В тоннелях между станциями терпит бедствие пилот «Домокла». Состояние критическое. Машина поддерживает в нём жизнь, но энергия на исходе. Его имя… Фёдор Никитин, рота Дельта. Примерные координаты прилагаю…
Схема сектора полетела в эфир, мгновенно появившись в памяти пятнадцати тысяч трёхсот двадцати двух человек. Я прикинул, не забыл ли ещё что-нибудь важное. В голову ничего не приходило. Младший лейтенант (оказывается, его понизили в звании) Френсис Далтон торчал возле кофеварки, когда его настигло сопряжение. Он неторопливо составлял черновик отчёта о нападении наёмницы и повторном бегстве двух опасных и одного особо опасного, а так же гнусного, двуличного, расчётливого и склонного к шизофрении (часть эпитетов хоть и зачёркнута, но грела его душу) рядового Сабаи. Едва он услышал мой голос, как впал в ступор и мысленно твердил: не думать, не думать, не думать, Сабаи, сволочь — чёрт! — не думать, не думать…
Я усмехнулся, но решил не бередить его редкие извилины.
— А теперь — внимание! Говорит рядовой Майкл Сабаи, бывший стрелок бывшей роты Альфа. Я нахожусь с одним из колоссов на объекте Кибер-2. Здесь же присутствует ударный отряд «Домоклов» под командованием, — я напрягся, считывая открытые персональные данные, — капитана Лазло и прошу его, а так же доблестного пилота Бритса (спасибо за попытку помочь, Джонни!) и остальных солдат быть свидетелями искренности и добровольности моих слов. Передавайте в штаб всё, что вы сейчас увидите и услышите.
Ряды мехов расступились, Лазло вышел вперёд и встал рядом с Бритсом, рассматривая меня через наголовный командирский бинокль. Некоторые смельчаки тоже подошли ближе к обрыву, но зловещие трещины в фундаменте не подпускали «Домоклов» слишком близко.
Временный командующий, Хатори Адано, яростно забрасывал Лазло приказами то отступать на базу, то немедленно арестовать меня и мою кампашку, но капитан, очевидно, выключил звук. Отряд, отряжённый на мою поимку, добирался до нас на челноке и находился в часе езды. Я принудительно понизил мощность их движка и запутал показатели приборов, увеличив время пути втрое. И продолжил речь:
— Впрочем, свидетелями сегодня станут все. Как мне известно, только что все колоссы покинули астероид… — я почувствовал, как какой-то умник из администрации запротестовал по поводу терминологии. — Сам ты планетоид, дубина! Для планетоида Кибер не соответствует целому ряду параметров!
Клерк тут же полез в Сеть искать статьи, подтверждающие его правоту. Душнила.
— Так вот! Колоссы покинули Кибер, чем бы он ни был. Сейчас станции и шахтам ничто не угрожает. Но, уверяю вас, это ненадолго. Колоссам нужен кибернит. Это неотъемлемая часть их жизни, основной рацион питания. Его невозможно воспроизвести или добыть где-то ещё, это и так всем известно. Поэтому колоссы вернутся. Но когда, а главное как это произойдёт, должны решить мы. Вот, передо мной посланник их вида.
Я напрягся, доковылял до колосса и похлопал его по механической руко-ноге. Зрители внимательно следили за моими манипуляциями. Их нейролинки работали на запись зрительных образов. Позади меня Нанобот и Зоркий глаз таращились в окно Крохи. Хулуд высунулся из люка и на всякий случай держал колосса на прицеле снайперки.
— Его немного потрепало, — я решил опустить подробности того, что именно его потрепало. — Но колосс подлечил себя и поставил на уши учёных в зоне исследований… Но, уверяю — это безобидное создание. Я постучал в окно от кабины и крышка откинулась. Колосс высунул наружу несколько щупалец и помахал ими как бы в знак приветствия.
— Эта вязкая субстанция — и есть колосс, а не его внутренности. Снаружи — биоминеральный экзоскелет, позволяющий совершать межпланетные перелёты. Но самое главное, о чём мы не знали наверняка: колоссы — разумные, высокоорганизованные существа.
В исследовательском центре поднялось возмущение, и возникли жаркие споры. Сразу оживились сторонники непопулярной прежде теории, которую я только что подтвердил. Их противники продолжали настаивать на том, что пришельцы просто пудрят нам мозги, и наверняка зомбируют.