Страница 6 из 77
Глава 2
— Ордер? — добавив в голос холода, переспросил я и почувствовавшие опасность бойцы специального назначения тут же повернули оружие в мою сторону.
«Они здесь вообще, что ли, охренели? Или это кто-то из представителей местной власти решил перейти от газетных статей к делу? А может, демонопоклонники сработали на опережение? Желая осложнить жизнь огромной занозе в своей пятой точке?» — подумал я.
Главный когниец на несколько мгновений изменился в лице, а затем, разозлившись из-за своей реакции, неожиданно для всех закричал:
— Да! Ордер! Ордер на арест! И я клянусь — вы сегодня же будете посажены за решетку, начнете давать признательные показания и ответите за все совершенные преступления!
— Если у вас проблемы с контролем эмоций, то советую выпить успокаивающее зелье, –тем же тоном сказал я. — Но перед этим хотелось бы узнать, в чем же меня обвиняют? В развитии чахлой когнийской экономики? Или в убийстве сильного демона, который уничтожил часть элитного квартала Заславля? А может, в спасении жизни рядовых граждан? Или тех лиц, которые присутствовали на благотворительном вечере?
В этот раз мужчина сумел сохранить бесстрастное выражение, однако его тон и слова говорили об обратном.
— Вы в республике, а не в империи! И обязаны соблюдать наши законы, гражданин Морозов! Мы, республиканцы, не потерпим проявлений ваших прогнивших имперских порядков! У нас прогрессивная страна!
«Пытается сохранить лицо и не показать страх передо мной? Или на самом деле такой идейный?» — подумал я и решил уточнить:
— Позвольте узнать, а что вы считаете прогнившими имперскими порядками? Желание обезопасить мирных жителей? Или отсутствие равенства, при котором демонопоклонники не могут найти пристанище и занимать государственные должности? Или вся гниль в том, что наши боярские рода не отлавливают своих сограждан для жертвоприношений⁈
— Еще хоть одно слово против достопочтенных жителей моей страны! И я велю атаковать! — вновь взорвался мужчина. — Генерал Замятинский — честный человек! За клевету и наветы на него вы еще пойдете под суд и будете выплачивать компенсацию! А те лживые новости про род Гаштольдов — всего лишь обычная информационная война! Это уже все давно выяснили!
— Как у вас все просто. Один — прекрасный и честный человек. На других просто наклеветали враги. Зато по столице совершенно спокойно разгуливают сильные демоны, которые могут убить главу государства и во время военного положения творить все, что им заблагорассудится, могут даже устроить бой в приличном районе, — холодно произнес я и предпочел сделать еще одну попытку ознакомиться с документом в отношении меня. — Не удивлюсь, если ордер на арест подписывали такие же предатели рода человеческого.
— Еще одно слово и вы поплатитесь за свое неуважение! — вновь прокричал мужчина, и по его руке пробежались мелкие разряды.
— Вы это уже говорили, — сказал я еще более безэмоционально. — На первый раз я вас пожалел и оставил угрозу без внимания, а вот после второго понимаю, что был излишне добр.
Выдержав паузу, я холодно произнес:
— Дуэль! Здесь и сейчас!
— Что⁈ — отшатнулся мужчина, заметив, что я оказался в центре небольшой, мерцающей синим цветом снежинки.
— Вы слышали! — произнес я. — Дуэль! Здесь и сейчас!
Мужчине понадобилось некоторое время, чтобы прийти в себя, и тогда он, собравшись с мыслями, выдавил:
— Вам не удастся перенести служебные отношения в личную плоскость. Я разговариваю с вами не от своего лица, а от…
— Значит, вы оскорбили меня от имени всех полицейских столицы? Или считаете, что должность позволяет не следить за языком? А может, полагаете, что из-за нежелания убивать весь присутствующий здесь личный состав я буду сдержанней?
Ответить полицейский не успел. Его подчиненные организованно отошли, пропуская дорогой черный седан, из которого не спеша выбрался высокий и полноватый мужчина в генеральской форме.
— Что здесь происходит⁈ — произнес он, оглядывая диспозицию, и, чуть повысив голос, добавил: — Опустить оружие!
— Господин генерал! — вытянулся мой оппонент.
— Полковник Егорчев, — произнес мужчина, — так что тут происходит? Вам была дана простая команда освободить Константина Леонидовича, а не устраивать здесь сражение! Вы выполнили мой приказ⁈
— Никак нет! — вытянулся мужчина. — Преступная группа гражданина Морозова совершила вооруженное нападение на резиденцию рода Замятинских и осуществила захват заложников…
— Ясно, — оборвал подчиненного генерал и бросил на меня быстрый взгляд. — Иван Егорович, как я полагаю?
— С кем имею честь? — уточнил я, развеивая заклинание «снежинки», и почувствовал угрозу от прибывшего дядечки и трех его телохранителей.
— Начальник полиции города Заславль генерал Шинкарев Илья Миронович, — спокойно ответил мужчина. — Кто дал вам право устраивать бойню на улицах нашего города? И осуществлять захват полицейского? Вы понимаете тяжесть содеянного преступления?
«Новоназначенный господин, — понял я. — Предыдущего убили на благотворительном вечере».
— У вас неверные данные, — вдруг произнес стоявший до этого молча инквизитор и привлек к себе внимание. — И полковнику Егорчеву отлично известно, что здесь проводилась совместная операция департамента имперской безопасности и церкви Спасителя, в которой Иван Егорович выступал консультантом, оказывающим практическую помощь.
— Пару оговорок, — произнес генерал, заглядывая инквизитору в глаза. — Во-первых, ведомства республики не согласовывали подобные действия. Во-вторых, ваша обязанность — оказывать помощь в поимке демонопоклонников, а не штурмовать резиденции наших коллег. В-третьих, вы не представились.
— Викарий Агафодор, — блеснул глазами инквизитор. — Князь Морозов был абсолютно прав, когда указал Егорчеву на присутствие демонопоклонников на высоких государственных должностях. Я, в свою очередь, могу констатировать, что дела обстоят еще хуже.
В следующую секунду часть каменного забора рядом со взорванным проемом обвалилась, и присутствующие увидели огромную серую фигуру, закованную в лед.
— Это и есть ваш коллега! — жестким тоном заявил инквизитор. — А те, что рядом — это его родственники. У вас еще есть вопросы относительно обоснованности наших действий?
Генерал поиграл желваками, бросил взгляд на Егорчева и произнес: