Страница 51 из 145
— Не много! — проворчал издатель.
— Конечно. Но зато теперь вы можете быть уверены, что эту книгу издавать не стоит. Вы застрахованы от неудач!
— А дальше?
— Что дальше? — не понял Кристи.
— Кто мне станет писать те замечательные бестселлеры, которые смогут набрать более четырехсот радостей по шкале Кристи? — не без ехидства спросил Дойбл.
— В том-то и дело, что их не нужно писать. Они уже написаны. Вспомните, как время от времени вдруг снова становится модной то одна, то другая старая, забытая книга.
— Это так. Но попробуйте угадать, какая именно забытая книга завтра станет бестселлером. Их же миллионы, этих старых книг!
— Конечно! Поэтому без электронного рецензента вам не обойтись. Как раз переиздание забытых книг я и имел в виду, предлагая вам свое изобретение.
Издатель задумался.
— А вам не кажется, что, прочитывая за день всего сто томов, ваш аппарат может и за год не найти того, что мне нужно?
— Закажите, и я создам для вас десять таких рецензентов. Тогда уж ни одна стоящая книга не уйдет от вас.
— Ну что ж, считайте, молодой человек, что мы договорились. Можете приступать к делу. И поторопитесь!
Уже целый месяц круглосуточно работали электронные рецензенты. Сотрудники издательства едва успевали доставлять из библиотек и отвозить обратно в библиотеки десятки тысяч давным-давно забытых книг.
Между прочим, как узнал Дойбл, один из королей-конкурентов, а именно Мойбл, тоже решил издавать забытые книги. Мойбл бросил на их поиски тридцать самых опытных рецензентов. Но что значила эта кустарщина по сравнению с мощной техникой Дойбла!
Был понедельник. И едва издатель вошел в свой кабинет. как ворвался возбужденный, взъерошенный Кристи.
— Вот она! — радостно закричал он. — Вот она. та самая! — И бросил на стол издателя бумажную ленту. — Вы посмотрите, какие невероятные показатели у этой книги! Доступность изложения — плюс сто, занимательность — плюс сто, описание радостей жизни — плюс сто, стимулирование приятных воспоминаний — плюс сто. успокаивающее воздействие — плюс сто…
Чем дальше читал Кристи, тем ясней становилось старому издателю, что это и есть та книга, которая его сделает королем королей…
Теперь уже Кристи и Дойбл хором выкрикивали каждый показатель.
— Но что это за книга? — спросил издатель. — Как называется этот шедевр?
— Здесь же указано название: «Каждому — свое». Автор Джинина Германолли. Издание 1925 года.
— Никогда не слыхал о такой. Тащите ее сюда.
— Джинину?
— Да нет, книгу!
— Видите ли, ее по недоразумению уже увезли обратно в библиотеку. Но это не страшно…
— Как не страшно?! Вы забываете про Мойбла. — Издатель схватил телефонную трубку. — Чочкинс, немедленно свяжитесь с кем нужно, узнайте, какая фирма имеет права на книгу «Каждому — свое». Написала ее какая-то Джинина Германолли. Перекупите права, сколько бы это ни стоило! Все! А вы, Кристи, пошлите кого-нибудь в библиотеку Книга должна быть в наших руках.
Не прошло и часа, как исполнительный Чочкинс сообщил, что дело улажено, и за полмиллиона Дойбл получил исключительные права на все будущие издания книги «Каждому — свое». Успокоившись, господин Дойбл стал еще раз с наслаждением перечитывать небывалые, фантастические показатели.
— Доступность изложения — плюс сто. Замечательно! Поднятие жизненного тонуса — плюс сто. Невероятно! Значительность затронутых проблем — плюс сто. Порази тельно!
А еще через пять минут на стол господина Дойбла положили только что доставленную из библиотеки книгу. На пожелтевшей обложке ее чуть ниже фамилии автора было написано: «Каждому — свое», а еще ниже — в скобках мелким шрифтом уточнялось: «Поваренная книга о вкусной и полезной пище».
ИЗБРАННЫЕ РАЗДУМИНЫ
И РАЗМЫШЛИЗМЫ
ЕВГ. САЗОНОВА
Вступление
В конце 60-х годов в «Клубе 12 стульев», что на 16-й полосе «Лит. газеты», появилось новое имя — Евгений Сазонов. Он оказался прямым потомком (по материнской линии) бессмертного Козьмы Пруткова.
«Клуб 12 стульев», как и всякий уважающий себя клуб, отличался почитанием традиций. Поэтому Евг. Сазонова — продолжателя поэтической, философской и людоведческой традиции своего знаменитого предка — приняли с распростертыми объятиями. (Правда, Козьме Пруткову не был знаком термин «людоведение», он считал себя просто знатоком человеческой природы, но, доживи философ до наших дней, он, без сомнения, овладел бы современной научной терминологией.)
Старейшины Клуба стали всячески опекать новичка и развивать его наследственные таланты.
На последующих страницах избранно представлен тот носильный вклад, который внес в творчество Евг. Сазонова В. Бахнов.
Размышлизмы — это короткие раздумины, а раздумины — это удлиненные размышлизмы.
Размышлизмы
о правилах уличного движения
Противопожарные размышлизмы
Раздумины
о вечном коловращении в природе