Страница 14 из 87
Однако недолго длится одиночество почтенного старика. Его обнаруживают и вскоре устраивают пышное приветствие.
Хор
Пышный прием со всем его наивным подхалимажем из своего угла комментирует Правдин. Мы его трактовали так: молодой, да ранний. Этакий цинический первач.
Между тем по подворью бродят без дела Митрофановы учители: отставной солдат Цыфиркин да бывший семинарист Кутейкин, никому до них дела нет. Они и поют:
Митрофан же в предвкушенье скорого богатства об ученье не помышляет. «Час моей воли пришел! — кричит он. — Не хочу учиться, хочу жениться!» И запрыгал, и заплясал, а с ним. по мысли режиссера — несметные полчища таких же Митрофанов заплясали, запели по всей Руси:
Сидит малый на возу.
Хочет ехать во поле —
А у мерина его
Клопы копыта слопали!
Эгей!
Сидит кура на насесте,
Ждет-пождет петуха,
И неведомо невесте.
Что сожрали жениха,
Ха-ха!
Ты моя душечка.
Да ты голубушка —
А выйди на часок
Да погулять в лесок!
Да не пужайся, что ты, Господи!
Отец запорет, чай, не до смерти!
Сидит барин в кабинете.
Деньги прячет про запас,
А того, дурак, не знает.
Что подохнет через час!
Эгей!
Не люби меня, отец.
Не люби меня, родня —
Ты люби меня, маманя.
Ведь иссохнешь без меня!
Ха-ха!
А вот полтиннички —
А я их спрятаю!
А вот калачики —
А я их стрескаю!
А вот кобыла, глянь, богатая —
А я посватаю!
Я не побрезгаю!
Эх, барыня-барыня!
Сударыня ты моя!
Матушка, однако, уговаривает Митрофана поучиться хоть для вида, чтоб прибывший дядюшка оценил, по крайней мере, усердие. Только Митрофан сел за грамматику с арифметикой, как появился главный наставник, Адам Адамыч Вральман, недообрусевший немец, как выяснилось впоследствии — бывший кучер, коего потому и взяли в учителя, что немец. Он здесь за приживала и потакает всем капризам барича — при этом в душе вполне издеваясь над ним: