Узник Гримуара

Снова мы стоим друг перед другом. Он стабилизировался через пару секунд, во время которых я даже не думал подходить к этому «нечто». Все это время щупальце извивалось предо мной. И стоило сектанту стабилизироваться, как я заметил, что в глазах помимо страха у него появилось что-то еще. Он мерзко улыбнулся. А в следующую секунду он снова стал прозрачным и начал изменяться. Его тело потемнело, балахон превращаться в некое просторное одеяние, а лицо скрыл капюшон. В итоге он стал напоминать кого-то вроде назгула из властелина колец, только почти невидимого. Его кинжал превратился в массивный посох с острием на конце.

Я был настолько шокирован таким преобразованием, что просто стоял и смотрел. Прям как баран на новые ворота. Продолжал стоять даже когда он вытянул левую руку в мою сторону. И, наверное, благодаря тому, что все внимание было сконцентрировано на нем и его изменениях, я кое-что уловил. Внутри полупрозрачного тела сектанта зашевелилась некая субстанция и пошла от груди к протянутой в мою сторону руке. В следующую секунду пространство в моем направлении словно исказилось. Воздух задрожал, и весь этот дрожащий воздух очень быстро полетел в меня.

Я не даже моргнуть не успел, слишком все быстро произошло. А потом меня словно сбила машина. Мое призрачное тело взорвалось болью. Я пролетел на пару метров, после чего покатился по полу, собирая спиной каждую свечку и знакомясь с каждой неровностью. Остановился, лишь ударившись головой в алтарный камень.

Противник засмеялся каким-то безумным смехом с примесью злорадства. И с садисткой улыбкой снова направляя на меня свою руку. Опять энергия перетекает из центра его груди в руку. Но что-то изменилось…

Точно! Его тело стало чуть прозрачнее. Или мне это показалось? Голова страшно гудела, а тело не хотело слушаться. Я начал вставать и тут на меня словно обрушился потолок. Ноги меня подвели, и я упал на спину. Сплошной напор марева, выходящий из руки сектанта, вдавливал меня в землю. Почва вокруг меня стала проседать. Проседал и я. Не с первого раза, но мне удалось чуть привстать. Подниматься было очень сложно.

Давление было ужасным. Хотелось упасть и лежать. Хотя, казалось бы, тела уже нет, но я чувствовал, как тяжело моему нынешнему состоянию выполнять команды. Ужасно болело все. Я осмотрел себя. Мое тело шло мелкой рябью. Но я поднимался, затуманенным сознанием слушая вопли сектанта. Хотя последнее что я хотел слышать, когда в голове все шумит, это истерично-хриплый голос сектанта.

— Тварь! Ты убил меня, когда я почти был на вершине! Я должен был получить настоящую силу и стать хозяином иного мира!.. Ты… Ты поплатишься! А твоя душа станет моей! Почувствуй разницу между нами, почувствуй силу истинного колдуна!

— Не колдун ты, а куколд гребаный, — хрипло произнес я, стараясь удержаться на ногах.

В ответ он еще противнее стал верещать о каком-то колдовстве и величии. Я его уже не слушал. Так как я точно понял, что он не в себе. Возможно, конечно, что он самый настоящий поехавший колдун. Но с крышей у него точно все плохо. Помешательство налицо.

Понимая всю глубину той жопы, в которой оказался из-за своей самоуверенности, я стал быстро прикидывать варианты. Единственное, что пришло мне в голову, это кинуть нож. Никогда особо не умел кидать ножи. Так, баловался. Но было четкое понимание — по-другому никак. В своем нынешнем состоянии, я могу только лечь, и сказать: «убей меня побыстрее, пожалуйста». Так что особо раздумывать было некогда.

Бросок ножа вышел фееричным. Вместо того, чтобы воткнутся в грудь этому утырку, нож под воздействием странного потока колдуна — прилетел мне обратно и воткнулся в бедро. Это было чертовски больно. И обидно. От боли нога согнулась, и я припал на колено здоровой ноги. Мое полупрозрачное тело стало еще больше дрожать. Смотря на мою неудачу, эта тварь стала хохотать. Вспышка ярости, и вот я схватился за кинжал, одним движением выдергивая его из раны. В голове словно взорвалась сверхновая. На секунду мир потускнел и покачнулся. Как я не растянулся на полу, чудо, не иначе.

И я понял, что если я щас не придумаю хоть что-то против этого куколда, то он меня грохнет.

— Нет, сука, так просто ты меня не возьмешь, — прошипел я.

Я попробовал повторить его действия, послав свою энергию в руку, вытянув ее в сторону этой твари. Даже попытался повторить его абракадабру. Ничего не получилось. Моя неудача вызвала очередной приступ смеха со стороны упыря. В моей же голове билась лишь одна мысль: «Убить, убить, во что бы то ни стало».

И мне в голову пришла идея. Ассоциативная цепочка. Колдун — энергия, которой управлял для заклятий оккультист, ее движение по телу — полупрозрачный нож.

Встать я даже не пытался, нога словно онемела. А противник приближался. И чем ближе он был, тем сильнее было давление. Вот он уже в паре метров и поднимает свой посох с острием. Явно собирается меня добить. В это время я начал действовать.

Кинжал засветился. Это явно не понравилось сектанту. Тот перестал смеяться и сделал большой шаг, замахнувшись для удара. Но было поздно. Я повторно метнул кинжал. И о, чудо! В этот раз он словно не заметил магию сумасшедшего колдуна.

Бросок вышел не особо точным. Я целился в грудь. Но кинжал прилетел в левое плечо. И его рука, из которой шел поток, сразу повисла плетью. Раздался крик, полный боли. Сектант пошел волнами, становясь все более прозрачным. Он споткнулся и начал заваливаться набок.

Я же почувствовал небывалое облегчение и без давления магии смог приподняться. А ещё я заметил одну деталь. Клинок, что попал в плечо сектанту, все сильнее пылал. Явно выкачивая ту самую энергию из самого сектанта. Недоколдун упал на раненое плечо. Взвыв еще сильнее. Я не растерялся и, оттолкнувшись от пола здоровой ногой, прыгнул на него сверху.

Приземлившись на него, стал подниматься, ухватившись в посох. Мои две руки против его одной. Ведь его левая рука так и лежала без движения. Борьба за посох была недолгой. Сектант на глазах бледнел и слабел. Стоило мне вырвать посох из его рук, как я почувствовал силу. Нет, неправильно. СИЛУ! Она вошла в меня потоком из посоха. Боль в ноге исчезла, словно ее и не было. А сектант вконец ослабел и перестал сопротивляться. Он стал почти прозрачным, лежал, сжавшись в комок, скуля на одной ноте. Не теряя времени, я занес над собой посох и ударил острием прямо в грудь своего врага. Одного раза не хватило. Пришлось повторить второй раз. Только после этого он с тихим пшиком исчез.

В тот же момент снова прогремел голос.

— ХОЗЯИН ОПРЕДЕЛЕН! ЖЕРТВА ОПРЕДЕЛЕНА! СОХРАНЕНИЕ ЛИЧНОСТИ И ПАМЯТИ ХОЗЯИНА В ПРИОРИТЕТЕ СОГЛА…

На этом моменте все в очередной раз померкло. Единственной моей мыслью было: «Вырубаюсь за один день чаще чем за год. Еще и помер к тому же…». На этой «позитивной» ноте я погрузился во тьму.