Страница 45 из 83
Как в ответ, стена под моими подошвами дёрнулась раз, другой — совсем не так, как при работе маневровыми или маршевыми двигателями судна. Ответный огонь с «Рыбы» достиг цели. Быстро, я думал, у нас побольше времени… Что ж. Значит, возвращаемся к прежнему плану… с некоторыми, не самыми безопасными корректировками. Увы, возвращаться в шаттл времени нет — особенно мне: через все эти плавающие обломки и осколки в другой конец супер-трюма… ладно, придётся в очередной раз понадеяться на спецброню… кажется, я начинаю становится ярым фанатом промышленности Империи. Остаётся Флоя… но она не такая хрупкая и уязвимая, как я уже успел убедится и узнать от неё самой, да и собственная защита у неё тоже совсем не простая: явно из дома прихватила.
— Всем беречься! Сигнал — четырнадцать!
Внимание! Передача широковещательного сообщения: «Сигнал-14»
«Умные» боеприпасы всем хороши (кроме цены), но умный человек никогда не направит их в тех, у кого купил. Командира «Карата» извиняет только то, что он не посчитал нас агентами корпов… и решил, что у временных владельцев просто нет нужных кодов. А теперь все ещё не выпущенные снаряды одновременно сдетонируют через пять секунд после получения моей команды. Надеюсь, у Пака, Ена и Чоки хватило их искусственных мозгов, чтобы не спрятаться в потенциально опасном месте: с планом-то они были знакомы… Это была моя последняя мысль перед тем, как переборка, по ощущениям едва не сломав мне ноги, вышвырнула меня через весь объём грузовой палубы. Удары посыпались со всех сторон, замигали красным отметки повреждённых газовых сопел системы ориентации, вырубился до того заливавший огромное помещение свет. Врывающиеся в трюм языки плазмы, прочерченные кое-где натуральными молниями и выбрасывающие целые облака крупных и мелких обломков конструкций, показались мне похожими на цветы или фонтаны… в один из которых я и влетел головой вперед. Новый пинок — и, наконец, «приземление» на стену, то есть — в стену. Похоже, ранцевому двигателю тоже конец. Зато — удалось закрепиться… и даже ничего не болит. Так, окно состояния команды… фух, все «зелёные»!
— Мерх, это Флоя. «Помощники» вышли на связь.
— Лучшая новость за последние тридцать секунд. — Я отстегнул двигатель и, машинально пригибая голову, поднялся на ноги. Над головой и вокруг меня вился густой «суп» из ежесекундно сталкивающихся обломков, такой плотный, что закрывал обзор дальше десятка метров, как туман. Завораживающее такое зрелище — движущаяся мозаика-калейдоскоп. Похоже на зимнюю метель, изменчивую и холодную, блестящую в свете ранних вечерних фонарей…
…Когда из «метели» буквально в двух метрах от меня вынырнул обломок силового набора судна толщиной в хорошее такое дерево и
— Они подключились к корабельной сети? — спросил я старшую напарницу… хотя, наверное, уже просто напарницу. Опыт я вполне у неё перенял.
— Да. Уже доступна частьуцелевших внешних сенсоров.
— Оценка обстановки? Как протекает бой?
— Нет данных.
— Что, вообще никаких? — Удивился я. — Так мало сенсоров уцелело?
— Около тридцати процентов… мешает атмосфера НК-4−8*.
— Какая ещё атмосфе… — Я заткнулся, рассматривая раскрывшуюся картинку. Действительно, в наличии плотная желтоватая дымка, уплотняющаяся к горизонту настолько, что скрывала место космического боя. К горизонту. Дымка. М-мать вашу.
[*Стандартное обозначение планеты в звёздной системе: имя системы — номер планеты от ближайшей к звезде к дальним.]
24.
— Вау. Мы падаем. — Прокомментировала увиденное Лисса таким тоном, каким хозяйка кота «удивляется» разодранным обоям в комнате после нахождения спёртой из супа полусъеденной куриной ноги на кухне. Меня, правда, больше интересовало нечто другое:
— Флоя, сколько выживших из экипажа «летающей батареи» фиксируют внутренние сенсоры и каковы основные повреждения самого корабля?
— Не менее десяти человек. Множественные серьёзные повреждения обшивки, внутренних помещений и коммуникаций, незначительные повреждения силового набора в центральной части корпуса. Нет связи с Центром Управления, вышел из строя третий маршевый двигатель.
— То есть, мы сможем вытащить «Карат» назад на орбиту, если перехватим управление, и он, скорее всего, не сломается посередине? — Резюмировал я, одновременно споро перебирая руками и ногами в сторону ближайшего замеченного пролома в переборке. Получить по хребту многотонной балкой или ещё чем-нибудь столь же неприятным отчаянно не хотелось, кроме того, я никак не мог сориентироваться, куда именно меня отбросило. Опять же, система ориентации в невесомости «ёк», и маршевый двигатель тоже: если меня оторвёт от поверхности и затянет в «суп» из осколков и обломков, выбраться назад своими силами будет сложно. Когда я упустил в «свободное плавание» ручную рельсовую пушку — вообще не помню: перед первым взрывом я её ещё сжимал в руках… впрочем, в узких корабельных коридорах «дырокол», пожалуй, поудобнее будет.
— Шанс успеха, из расчёта по текущим полученным данным, — не менее восьмидесяти шести процентов…
— А вот у экипажа, кажется, совсем другое мнение. — Весело перебила мехну Нурс. — Смотрите!
Развернувшаяся проекция переделанного в мобильную батарею ПКО транспорта-носителя была далеко не полностью интерактивной: сенсоры или линии связи к ним уцелели сильно не везде. На трёхмерной карте корабля, там, где наблюдение было возможно, отметки выживших членов экипажа, вместо того, чтобы расползаться по ключевым для борьбы за живучесть точкам, целенаправленно двигались к корме. Корма «Карата» оказалась наименее повреждена при детонации корректируемых боеприпасов, что, в общем-то, было логично: конструктивно там труднее всего врезать в корпус систему подачи боепитания для стреляющих снарядами орудий — тупо места под обшивкой нет. Ремонт маршевого двигателя? Не смешно — это не та операция, что можно проделать даже в открытом космосе, а не медленно падая в атмосферу планеты-гиганта… если, конечно, в экипаже нет своего выходца из Коалиции. Да и смысла в этом ремонте: оставшихся даже не трёх, а двух эффекторов вполне хватит, чтобы «всплыть». Вывод? Движутся они туда не за ремонтом. Что там ещё такого есть? Только…