Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 19 из 77

Преодолевая сильную боль, сжав зубы и не оборачиваясь, на четвереньках она поползла прочь с бетонного квадрата площадки, пробираясь в нагромождении обломков сложившихся стен. Не оборачивалась, она двигалась так быстро, насколько хватало сил — понимая, что в следующий раз Павел Иванович может и не промахнуться.

Ползла небыстро — тормозила боль. Глаза слезились, горло рвал сухой кашель, рядом снова загудело вернувшимся магическим смерчем, встала стеной пыль. Прасковья Богдановна двигалась по каменному крошеву как слепой котенок. Спину неприятно морозило холодком страха, внутри поднималась паника — если Байков найдет подходящий камень, он его сейчас кинет. Снаряд Павел Иванович нашел, но и Прасковья Богдановна успела — она отползла на достаточное расстояние, так что следующий запущенный Байковым камень цели не достиг.

Услышав звук удара сзади, Прасковья Богдановна вздрогнула и упала со всхлипом — когда она дернулась, у нее после резкой вспышки боли подломилась опорная рука. Сжав зубы, Прасковья Богдановна сразу же попробовала подняться. Понимая, что на полпути принявший решение кардинально закрыть проблему Павел Иванович не остановится. Поэтому, собирая все силы, она все же встала на ноги.

Первые шаги дались немалым трудом, но она смогла, ковыляя прочь и выходя на открытое пространство. Поодаль творилось самое настоящее буйство стихии — кружились смерчи, сверкали молнии, вокруг амфитеатра земля вставала дыбом: бугрились дорожки и рвались в клочья изумрудные газоны. Очередной разрыв земли пришелся совсем неподалеку, дорожка по которой она шла подкинула ее словно встряхнутый сильной рукой ковер, так что Прасковья Богдановна снова упала. Боль в падении оказалась такой резкой, что она ненадолго потеряла сознание.

Очнувшись, Прасковья Богдановна неожиданно увидела перед собой босые ноги. Лежала она на боку, так что смогла поднять взгляд. И, сквозь слезящиеся глаза, рассмотрела стоящего прямо перед ней Дмитрия Новицкого. Это было очень неожиданно. Она даже не сразу поверила, что видит именно его, а не смотрит галлюцинации.

Взгляд Новицкого горел отблеском молний — глаза были полностью заполнены голубым сиянием. Подобное Прасковья Богдановна видела впервые, и без отрыва смотрела в столь нечеловеческие глаза. Но даже на фоне такого взгляда Прасковья Богдановна не могла не обратить внимание на то, что Новицкий совершенно обнажен.

Не говоря ни слова, он уже присел рядом с ней, положив руку на плечо успокаивающим жестом. Оценил повреждения, потрогал плечо, потом мягко потянул вверх, помогая подняться. Оказавшись на ногах, Прасковья Богдановна всхлипнула — не от боли, а от радости. Понимая, что избежала смерти, неожиданно для самой себя обняла своего ученика, разрыдавшись.

— Не переживайте, вы в безопасности, — произнес Новицкий.

Голос его звучал крайне необычно и странно. Спокойно, ровно и безо всяких эмоций.

— Я… я… меня… — никак не могла справиться с голосом Прасковья Богдановна.

— Все хорошо, — снова спокойно и ровно произнес Новицкий, погладив ее по голове.

Как раз в этот момент Прасковья Богдановна увидела Павла Ивановича. Он, в порванном и растрепанном мундире, гораздо более грязный чем совсем недавно, вышел из пылевого облака, заметно прихрамывая. Видимо, не очень удачно спустился с оставшегося на месте целым лестничного пролета.

— Павел Иванович, — все тем же ровным голосом произнес Новицкий.

— Он хочет меня убить! — наконец-таки смогла справиться с комом в горле Прасковья Богдановна.

От испуга она даже отпустила Новицкого, не замечая боли отскочив так, что юноша теперь оказался между ней и Байковым.

— Она врет! — моментально ответил Павел Иванович.





Говорил он уверенно и громко, но при этом замер на месте; поза его выдавала крайнее напряжение. Пару секунд сохранялась тишина. Прасковья Богдановна с трудом держалась на ногах — пришла забытая было от испуга боль. Новицкий же внимательно и холодно, совершенно без эмоций, смотрел на Павла Ивановича.

— Ваша машина на ближней стоянке? — показал вдруг Новицкий в сторону парковки, на которую имели право заезжать только работники школы и высокие гости.

— Да, — кивнул озадаченный Байков.

— За мной, — произнес Новицкий.

Обернувшись и подойдя, он вдруг подхватил Прасковью Богдановну на руки. Сделал это легко и непринужденно, безо всякого напряжения — несмотря на то, что сам легче ее раза в полтора. Прасковья Богдановна обхватила юношу за шею, и почувствовала, какая у него холодная кожа.

Глаза Новицкого — такие же холодные, как и тело, оказались совсем рядом. Лицо его не выражало никаких эмоций, а сам он… Прасковья Богдановна не могла определиться, что именно в нем ее настораживает и даже пугает. Не желая дальше смотреть в такие страшные глаза, она зажмурилась и сдавленно всхлипнула — от боли и страха.

— Павел Иванович, я сказал вам следовать за мной, — не оборачиваясь, вдруг произнес Новицкий.

Вроде и спокойно он это сказал, но от его ровного и безэмоционального голоса Прасковья Богдановна буквально оцепенела от страха.

— Быстро! — резкий оклик Новицкого заставил Павла Ивановича — судя по шуму позади, все же побежать следом.

Обходя нагромождения бугрящейся земли и вырванные с корнем деревья, по пустой территории столь неожиданная троица попутчиков довольно быстро направилась ко стоянке машин. Видимость вокруг до сих пор была ограничена — по территории школы носились воздушные и огненные смерчи — меньше размером, чем сразу после взрыва. К счастью, вереницы смерчей обходили группу стороной. Пару раз мимо проплывали облака тумана, которые Новицкий обходил по дуге, где-то вдали встретились Свет и Тьма, били вверх молнии, один раз в десятке метров с неба упал огненный шар, сжигая зеленый лабиринт из кустов.

Новицкий на буйство стихии просто не обращал внимания — шел уверенно, каким-то чудом избегая опасностей. Прасковья Богдановна просто обхватила его за шею, закрыла глаза и всей душой хотела выжить.

Когда они оказались на парковке, в зоне условного спокойствия — смерчи и разрывы земли сюда не приходили, Новицкий — не показывающий и тени усталости, вдруг опустил Прасковью Богдановну на земли.

— В машину, садитесь в машину, — произнес он.

Прасковья Богдановна заметила, что навстречу им бежит один из охранников школы. Она с трудом держалась на ногах, и охранник подхватил ее под руку. За ту самую руку, за которую ее только что держал Новицкий.