Страница 120 из 176
– Я здесь по приказу доктора Ханны. – Маленький человечек не переставая кланялся и неискренне улыбаться. – Я брадобрей.
– Я не нуждаюсь в твоих услугах, – резко сказал Таита и хотел пройти мимо него.
Брадобрей преградил ему дорогу.
– Прошу вас, властительный. Доктор Ханна высказалась весьма определенно. Мне достанется, если я не выполню приказ.
Таита колебался. Он очень давно не обращал внимания на свой вид. Маг провел пальцами по длинным волосам и серебряной бороде, доходившей почти до пояса. Конечно, он мыл волосы и расчесывал их, но позволял пышно расти как им вздумается. По правде говоря, до подарка доктора Рии у него не было зеркала. Он с сомнением взглянул на брадобрея.
– Боюсь, что, если ты не алхимик, тебе не удастся превратить это барахло в золото.
– Прошу, господин, позвольте по крайней мере попробовать. Иначе доктор Ханна будет очень недовольна.
Волнение маленького брадобрея было комичным. Он чрезвычайно боялся ужасной Ханны. Таита вздохнул и согласился:
– Ну хорошо, но побыстрей.
Брадобрей вывел его на террасу, где уже поставил на солнце стул. Инструменты у него были с собой. Через несколько минут Таита обнаружил, что манипуляции брадобрея действуют на него успокаивающе, и расслабился. Пока брадобрей стриг и расчесывал Таиту, тот думал о свитке, оставленном в библиотеке, раздел за разделом вспоминая прочитанное в предыдущие дни. Он решил, что анализ автора неполон и что при первой же возможности он сам представит недостающий материал. Затем мысли его обратились к Фенн. Он очень скучал по ней. И все думал, как она живет и что стало с Сидуду. Таита не обращал внимания на частое щелканье ножниц и на седые пряди, падавшие на пол как осенние листья.
Наконец маленький брадобрей прервал размышления мага, поднеся к самым его глазам большое бронзовое зеркало.
– Надеюсь, моя работа тебе понравится.
Таита замигал. Неровная поверхность металла искажала изображение, заставляя его дрожать, неожиданно оно обрело четкость, и Таита изумился. Он едва узнавал высокомерно смотревшее на него лицо. В зеркале он казался гораздо моложе. Брадобрей подстриг ему волосы до плеч и связал на затылке кожаным ремешком. Бороду он подрезал и сделал квадратной.
– У тебя череп хорошей формы, – сказал брадобрей. – Широкий, высокий лоб. Голова философа. То, как я убрал назад волосы, позволяет показать все ее благородство. До сих пор борода скрывала силу твоей челюсти. Я ее подрезал и подчеркнул эту силу.
В молодости Таита себе нравился – возможно, слишком. Когда-то красота отчасти искупала утрату мужественности. Теперь маг видел, что, несмотря на множество прошедших лет, какая-то ее часть сохранилась.
Фенн удивится, подумал он и от удовольствия улыбнулся. Он увидел в зеркале блеск своих новых зубов, и в его глазах зажегся огонек.
– Ты хорошо поработал, – сказал он наконец. – Не думал, что можно сотворить такое из столь безнадежной основы.
Вечером к Таите зашла Ханна. Она задумчиво поглядела на его лицо.
– Давным-давно я решила, что праздность поглощает время, которое можно потратить с гораздо большей пользой, – сказала она. – Однако теперь я понимаю, почему женщины считают тебя красивым, господин. С твоего разрешения я в интересах науки хотела бы пригласить несколько тщательно отобранных членов Гильдии, чтобы они познакомились с тобой и оценили то, что твои достижения.
– Достижения твои и твоих коллег, – поправил Таита. – Я у тебя в долгу.
Через несколько дней его отвели туда, где проходила операция, в кабинет Ханны. Войдя, маг увидел, что кабинет преобразован в импровизированную лекционную аудиторию. Каменный стол полукругом обступили стулья. На них сидели восемь человек, среди них Джибба, Рии и Ассем.
Ханна провела Таиту к столу и попросила сесть лицом к публике. Из собравшихся Таита знал только врачей, участвовавших в операции. При том, что он так давно жил в Облачных Садах, это было очень странно. Должно быть, лечебница гораздо больше, чем он думал, или другие отделения отъединены от главного и, как библиотека, запрятаны где-то в лесу. Однако вероятнее всего, большая часть Облачных Садов скрыта от него темным искусством Эос. Словно детская игрушка, где множество ящичков вставлено один в другой.
Среди незнакомцев была одна женщина, остальные – мужчины, но все казались достойными и много знающими мудрецами. К Таите они отнеслись внимательно и серьезно. Представив Таиту в самых лестных словах, Ханна принялась описывать проведенное лечение. Рии рассказала, как удалила изношенные или прогнившие зубы и засеяла углубления в деснах. После этого она пригласила всех по очереди осмотреть новые зубы. Таита стоически переносил осмотр и отвечал на вопросы. Когда все вновь заняли свои места, Ханна опять встала рядом с ним.
Она описала результаты оскопления и степень причиненных Таите увечий. Слушатели пришли в ужас. Особенно тронута была женщина-врач, на ее лице ясно читалось сочувствие.
– Спасибо за сочувствие, – сказал Таита, – но это дело очень давнее. За долгие годы воспоминания потускнели. Сознание человека обладает способностью глубоко погружать самые болезненные впечатления.
Все кивнули и одобрительно зашумели.
Ханна продолжила описание проведенных ею предварительных анализов и подготовки к вмешательству.
Таита ожидал, что в этой части лекции она расскажет о подготовке семени к засеву, о чем он ничего не знал, но очень хотел узнать. Однако его ждало разочарование: об этом Ханна не сказала ни слова. Он предположил, что присутствующие хорошо осведомлены; все собравшиеся, вероятно, используют в работе ту же технику. Во всяком случае Ханна перешла к описанию собственно операции, рассказывая, как удалила омертвелую ткань шрамов, расчищая место для засева. Слушатели задавали множество вопросов, свидетельствовавших о большой любознательности и эрудиции, и Ханна подробно на них отвечала. Наконец она сказала:
– Как вам, несомненно, известно, властительный Таита – маг высочайшего уровня, а также врач и посвященный. Для него восстановление репродуктивных органов стало уникальным и глубоко личным опытом. Нет необходимости упоминать о том, что эта чрезвычайно болезненная процедура стала серьезным испытанием для достоинства и скромности этого выдающегося человека. Тем не менее, он любезно позволил нам осмотреть и оценить плоды вмешательства. Поймите, я уверена, что это решение далось ему нелегко. Мы должны быть благодарны ему за позволение.