Страница 103 из 176
Он подошел к масляной лампе в углу комнаты и принялся разглядывать осколок. Рубиновые кристаллы в нем вспыхивали и казались живыми. Постепенно Таита начал понимать, что в камне заключена частица сущности Эос. Вгоняя осколок в глаз Мерена, Эос, должно быть, наделила камень своей магической силой.
«А я едва не выбросил его в озеро. Теперь я точно знаю: в озере что-то ждало его».
Он вспомнил мощный всплеск под поверхностью. Что бы это ни было, крокодил или большая рыба, на самом деле это было очередное явление самой Эос. Кажется, Эос придает этому скромному камешку большое значение. «Мне следует отнестись к нему с уважением».
Таита раскрыл медальон амулета и положил камень на пряди, взятые у Лостры в обеих ее жизнях. И почувствовал себя сильнее и увереннее.
«Теперь я готов сразиться с ведьмой».
Утром его храбрость и решимость нисколько не ослабли.
Не успели позавтракать, как пришла Ханна, осмотреть новый глаз Мерена. Зрачок потемнел и стал почти неотличим от природного. Когда Мерен сосредоточивал взгляд на пальце Ханны, которая двигала им из стороны в сторону или вверх и вниз, оба глаза поворачивались одновременно.
Когда Ханна ушла, Мерен взял свой лук и кожаный колчан со стрелами и вместе с Таитой пошел на поле у озера. Таита установил мишень – раскрашенный диск на коротком столбике, и отошел, а Мерен тем временем выбрал новую тетиву для лука и повертел в пальцах стрелу, проверяя ее симметрию и баланс.
– Готов! – сказал он и повернулся к мишени. Натянул и отпустил тетиву. И хотя ветер с озера заметно отклонил стрелу в полете, она вонзилась в цель на расстоянии пальца от центра.
– Сделай поправку на ветер, – сказал Таита. Когда-то, когда Мерен совсем еще молодым человеком готовился вступить на Красную Дорогу с Нефером Сети, Таита натаскивал его в стрельбе из лука. Теперь Мерен утвердительно кивнул, натянул тетиву и выпустил вторую стрелу. Эта попала точно в яблочко.
– Повернись спиной, – приказал Таита, и Мерен послушался. Таита переместил мишень на двадцать шагов ближе. – Повернись и сразу выстрели.
Мерен повиновался. Для столь рослого человека он двигался на удивление легко. К нему вернулись уравновешенность и осанка, которых он лишился, ослепнув на один глаз. Стрела чуть покачнулась на ветру, но он сделал на это поправку. Расчет Мерена оказался точен. Стрела опять попала в центр мишени. Они упражнялись все утро. Постепенно Таита переместил мишень на двести шагов. Но и тогда три из четырех стрел Мерена попадали в участок размером в грудь человека. Когда сделали перерыв, чтобы перекусить простой едой, принесенной служителем, Таита сказал:
– Хватит для одного дня. Пусть твои руки и глаза отдохнут. А у меня есть дело.
Он взял посох, убедился, что амулет Лостры на золотой цепочке висит на шее, и быстрым шагом направился в верхнюю часть садов. Он шел к гроту чертенка. И чем ближе подходил, тем сильнее становилось радостное предвкушение. Таита понимал, что причин для этого нет, что его по-прежнему ведет внешнее воздействие. И лишь слегка удивился, быстро и беспрепятственно добравшись до грота. Он ожидал, что в этом саду неожиданностей грот «спрячется» от него, но здесь все было так же, как в прошлый раз.
Таита сел на травянистый берег и принялся ждать, сам не зная чего. Все казалось мирным и естественным. Он слышал щебет золотистого колибри; подняв голову, маг увидел саму птицу: она в своем алом оперении парила над цветком и длинным изогнутым клювом высасывала нектар. Потом упорхнула, как яркий солнечный блик. Таита ждал, собираясь с силами, готовясь встретить то, что грядет.
Он услышал знакомое размеренное постукивание, хотя не сразу сумел понять, откуда оно ему знакомо. Таита повернулся на звук. Стук оборвался, но вскоре возобновился.
На тропинке показалась высокая сутулая фигура с посохом в руке. Именно стук посоха о каменистую тропу и слышал Таита. У человека была длинная серебристая борода, но, сутулый старик, двигался он с проворством молодости. Казалось, он не видит Таиту, бесшумно сидящего на берегу, но идет в обход пруда. Добравшись на противоположную сторону, он сел. И лишь тогда поднял голову и прямо взглянул на Таиту, который молча смотрел на него. Таита почувствовал, как кровь отхлынула от лица; потрясенный и изумленный, он стиснул амулет в кулаке. Он смотрел в собственные глаза и знал, что видит свою точную копию.
– Кто ты? – наконец шепотом спросил Таита.
– Я – ты, – ответил незнакомец, и Таита узнал свой голос.
– Нет, – выпалил Таита, – я это я, а ты легион! Ты носишь черный знак кошачьей лапы. А у меня знак белый, знак истины. Ты призрак, созданный Эос Рассветной. А я настоящий.
– Твое упрямство ставит нас обоих в затруднительное положение, – ответил старик с противоположного берега, – потому что мы одно и то же. Отрицая меня, ты отрицаешь себя. Я пришел показать тебе сокровище, которое может стать нашим.
– Не буду смотреть, – сказал Таита, – ибо я уже видел созданные тобой пагубные образы.
– Ты не можешь отказаться: поступая так, ты отрицаешь себя, – сказал двойник. – То, что я тебе покажу, никогда раньше не видел смертный. Смотри в пруд, ты, который есть я сам.
Таита посмотрел в темную воду.
– Там ничего нет, – сказал он.
– Там все, – возразил второй Таита. – Все, чего мы с тобой страстно желали, ты и я. Открой Внутреннее Око, и давай поглядим вместе. – Таита послушался, и ему предстала туманная картина. Он словно смотрел на обширную пустыню, покрытую барханами.
– Эта пустыня – наше существование без знания Истины, – сказал другой Таита. – Без истины все безжизненно и однообразно. Но загляни за пустыню, моя голодная душа.
Таита повиновался. Он увидел на горизонте величественный маяк, божественный свет, гору, вырубленную из цельного алмаза чистой воды.
– К этой горе стремятся все посвященные, пророки и маги. Но напрасно. Ни один смертный не может увидеть божественный свет. Это гора всех знаний и мудрости.
– Она прекрасна, – прошептал Таита.
– Мы смотрим на нее с огромного расстояния. Смертный не в силах представить себе красоту, которая открывается с ее вершины. – Таита увидел, что старик плачет от радости и почтения. – Мы можем подняться на эту вершину вместе, мое второе я. И получить то, чего не получал еще никто. Большей награды не бывает.