Страница 24 из 27
- Тебе нужно поесть. Твоя мама приготовила твой любимый овощной суп.
- Я не голодна. – Слезы впитываются в уголок одеяла, что я притягиваю к подбородку.
- Он простит тебя, - подруга оставляет затею с кормлением, и ласково перебирает мои волосы, соединяя их в косу. – Джаспер и Оук разговаривали с ним и убеждены, что спустя какое-то время вы помиритесь.
- Я лгала, Ипо. Я слишком долго лгала ему.
- Знаю, но…
- Нет никакого «но», я потеряла Энди и на этот раз навсегда.
Глаза Ипо, что выделяются своим зеленоватым оттенком на темной коже, расширяются, а потом я вижу в них то, что видела в глазах Энди – обреченность. Естественно, она будет утешать меня, и поддерживать, только мне уже не забыть истинную реакцию.
***
Дневник Анны в моих руках, призывает вернуть его владелице. Я неторопливо иду по больничному коридору, окинув Джаспера мимолетным взглядом. Друг напрашивался со мной, но я сказала, что хочу поговорить с девочкой наедине. Тогда он спустился обратно в холл, и я лелею надежду, что парень не станет выискивать Энди, чтоб нас свести, как неопытных практикантов.
В палате Анны светло от двух настольных ламп и домашнего торшера, что принесли ее родители. Девушка улыбается, да, она уже дышит полной грудью и может улыбнуться. Неделю назад, в тот день, когда я и Энди…она едва могла продержаться минуту без аппарата.
- Привет, малышка.
- Кани!
- Ты узнала меня?
- Конечно! Я же была в коме, а не в другой реальности. Хотя…
- Забыли, как ты себя чувствуешь?
Я присаживаюсь на ее кровать и скрещиваю ноги.
- Отлично, только всё тело болит. Я слишком долго не двигалась.
- Ничего, восстановительная терапия тебе поможет.
- Ага, доктор тоже так говорит.
- Я кое-что принесла тебе, - достаю дневник из-за пазухи и вручаю Анне. – Вот.
- Ты нашла его?
- Да, прости.
- Нет, всё правильно. Только я ничего не скажу.
- Анна…
- Нет, Кани! Посмотри, где я оказалась из-за него? Мои родители счастливы и не могут нарадоваться мне, я не буду обрекать себя и их на опасность.
- Я тебя понимаю и прошу только лишь обещать мне, скорее выздороветь, и прогнать, чертов ураган!
- Обещаю, - Анна излучает ликование. – Обещаю!
- Молодец, а теперь я пойду. Передавай родителям привет.
Я подбираюсь к выходу, и Анна окликает меня:
- Спасибо, что не проехали мимо и спасли мне жизнь.
- Не за что, у тебя впереди много чудесных лет.
- Кани? – Анна удерживает меня в шаге от исчезновения. – То кольцо, что было на мне, оно у Энди?
- Да.
- И он знает о брате?
- Да. – Снова отвечаю я.
- Тогда пусть будет крайне осторожен. Бен - волк в овечьей шкуре и уже ни один год.
Я ухожу, и прокручиваю ее слова на ходу. Ни один год? Значит, мы знаем этого парня давно! Рация в кармане, тяготит мое передвижение. Я решаю оставить ее на ряде металлических кресел вдоль стены. Сейчас она бесполезная вещица. Да и ничего от Роны не собираюсь принимать.
***
В «Хула-Хула» по-прежнему гуляет ветер. Мы с друзьями договорились о встрече только через два часа, и мне хватит времени, чтобы немного расслабиться. Только никакого релакса, из-за Энди у барной стойки. Наши мысли снова сходятся, знать бы на пользу или нет.
Стоун наливает в его бокал минеральную воду, а передо мной ставит рюмку с текилой. Знает же гад.
- Флинн тоже так делал. Вы все обладаете способностью предугадывать заказы? – интересуюсь у голливудского красавчика в тонком белом пуловере. Энди хмыкает в пустоту и пальцем просит повторить процесс наполнения. Я опрокидываю рюмку и закусываю долькой лайма.
- Выслушаешь меня? – я задаю вопрос Энди, и Стоун отходит на небольшое расстояние.
- Прошу, ты же все равно не уймешься.
- Зачем ты так, я целую неделю не нахожу себе места.
- Неделю? Ты сделала аборт больше полугода назад и только неделю мучаешься угрызениями совести? Странно.
- Я не жила все это время, я просто делала каждодневные дела.
- Умница.
- Энди?
- Ну что?! – он разворачивается на табурете и смотрит на меня в упор.- Чего ты хочешь от меня?!
- Я знаю, что предала тебя, что поступила, как эгоистка…
- Чертовски верное заключение! Ты говорила о доверии, но так и не научилась доверять мне.
- Прости меня, я умоляю, прости! Я готова встать на колени перед тобой, лишь бы ты простил.
- К чему такие жертвы. Ребенка этим не вернешь и нашу любовь тоже.
Энди спрыгивает и шагает к столу для пула. Я мгновенно бросаюсь за ним.
- Ты говорил, что дети это помеха, что нам рано их заводить!!!
Не реагируя, он натирает кончик кия мелом и загоняет шар в лузу.
- Отличная причина молчать и не ставить отца в известность.
- Ты постоянно обвинял своих родителей, что они загнали тебя в клетку, что ты не хочешь поступать также. И ты не представляешь, каково это быть нормальным отцом, потому-что наглядного примера не было. Что я должна была думать, увидев положительный тест? Что? Мой любимый вырос в отвратительной семье и не собирается повторять их ошибки, а я приду к нему и скажу, милый, я беременна!
- Именно, Кани. Ты была обязана придти и сказать мне об этом. Мы бы вместе сделали выбор, а не ты одна. Я словно носитель спермы, которого отымели и выпихнули за порог! Вот как я себя чувствую!!!
- Энди…я никогда так не думала о тебе. Я любила и люблю…
- Любишь? – он загоняет еще один шар и разламывает кий пополам. Его лицо налито кровью. Парень огибает стол и хватает меня за плечи. – Я всего лишь дополнение к тебе, секс-игрушка, если проще. Никакой любовью тут не пахнет!
Я хлопаю ресницами, смахивающими слезы, и бесшумно открываю рот, но не могу подобрать слова.
- Видишь, даже сейчас ты нема, как рыба!
Вместо долгих ребусов, вращающихся на языке, я тяну его и жадно целую.
- Ты мое всё, Энди. Мой воздух, мой рай и ад. Я никого не полюблю, сильнее, чем тебя. И не смей говорить, что я бездушная кукла!
Он отвечает на поцелуй и распахивает полы моей рубашки, чтобы сжать груди под майкой. Я без лифчика и соски рвутся наружу.
- Моя…шлюшка.
- Только твоя. Можешь ненавидеть меня вечно, только не бросай.
Глухой выстрел и мне в лицо прыскает что-то теплое и с металлическим привкусом. Энди опускает голову, и мы вместе смотрим на алое, неровное пятно у него на футболке.
- Кани…
Через секунду он падает навзничь, и я кричу на весь бар:
- Энди! Помогите!!!!!!
- Стой смирно, Вонг или я за себя не ручаюсь.
Ствол пистолета в руках Стоуна пригвождает меня к месту. Я плачу и растираю слезы тыльной стороной ладони. Энди лежит на полу и не двигается.
- Что ты наделал…ты убил его…
- Мой братец это заслужил.
- Бенджамин? – я хриплю неузнаваемым голосом.
- Дэниэл Бенджамин Стоун. На колечке ведь так написано? DBS*(Прим.автора на английском Daniel Benjamin Stone)
- Мерзавец!!! – я делаю шаг, и он цокает, водя пальцем на вытянутой руке.
- Хочешь отправиться следом за возлюбленным?
- Я ведь и так за ним отправлюсь?
- Верно, только сначала, я обставлю всё так, что ты грохнула его в порыве ревности и гнева.
- Никто не поверит.
- Если ты заметила, я мастер заметать следы.
- Можно вопрос?
Стоун толкает ботинком неподвижного Энди и усмехается:
- Один, пожалуй, выдержу.
- Мне все понятно с Руи, но каким боком Анна и Флинн?
В данный момент, я жалею, что выбросила рацию. Черт!
- Я приезжал к отцу девчонки перебрать карбюратор, она меня увидела, запала. Стала караулить на каждом углу, я позволил ей изливать мне душу, даже пару раз открылся ей. А потом, когда мы с Роной трахались, она застала нас и подслушала болтовню. Как понимаешь, мы трепались о миленьком братце.
- И ты выбросил ее на дорогу.
- Но для начала, хорошенько трахнул. Давненько у меня не было девственниц.
Я снова рыпаюсь, и он снимает спусковой крючок с предохранителя. Так вот почему, Бушелы от всех прятались и не давали приближаться к дочери. Она жертва насилия. А в городке с населением сто пятьдесят тысяч, слухи распространяются быстрее чумы.