Страница 30 из 44
-А с чего это вы решили, что Корнев Никита, какой-то там агент? Сами вы, кто будете?
-Сержант, тебе не кажется, что мальчик ведет себя не стандартно? Подойди, покажи ему «бамажку».
Никита посмотрел на удостоверение.
-А Ваше?
Капитан не стал возмущаться, встал с лавки, где лежали вещи, достал из левого кармана удостоверение, на вытянутой руке, на несколько секунд, задержал перед глазами Никиты.
-Доволен?
-Теперь доволен…
Серега крутил головой с Никиты на капитана Стрижова, ничего не понимая.
-Ножичками, смотрю, балуешься? Правое плечо развито чуть лучше левого. Хороший ножичек… - Стрижов взял в руки нож, положив Браунинг на лавку.
-Балуюсь… А куда надо попасть?
-А вот сюда, - Стрижом метнул нож в правую стенку от ребят.
Никита, от низа живота, резко дернул рукой с тряпкой в сторону. Тряпка еще не опустилась на пол, как рядом с первым ножом воткнулся второй.
- А теперь можно одеться?
-Теперь … можно. - почесал подбородок капитан.
В комнатке – кабинете находились четверо. За столом сидел капитан, напротив него - Серега и Никита, у выхода дежурил сержант.
- Ну, рассказывай, «Кукушонок»…
-Сперва, возьмите со стола мою книгу: Генкин «Восстание на броненосце «Потемкин Таврический». На задней обложке – присмотритесь… Увидели? Аккуратно, ножичком, пожалуйста…
-Где ж ты такую достал? 1925 год. К 20-тилетию восстания! Раритет – тираж 5.000! – капитан вытащил из тайничка бумагу. – Волков! Это оказывается, наш «коллега»! Не поверишь –ГРУ. Подписано подполковником Смирновым!
-Вот они, теперешние мальчишки. Я не удивлюсь, что и младший сержант, не просто Сережка Партизанов. А тебе точно был нужен майор Смирнов, а не подполковник?
-Майор, армейская разведка… - раскололся Серега.
-Ну, давай, рассказывай, что можно, генштабист…
-Как я понял, мы работаем по одному делу: по «Абверкоманде -203» или операции «С-1»… Серый. Я тебе потом поясню… Нам надо взять, активно работающего на немцев «Сыча» (все остальные ребята уже сдались) и куратора - Дядю Лёву, который скорее всего - Краузе.
-Вот скажи мне, -поинтересовался Стрижов. – Зачем ты брал нож, когда шел мыться?
-Идея с помывкой - здоровская, я чуть не попался. Как вы и просчитали, я с собой, при Сереге, оружие не взял. Одежду - вещи: улики - шифровки, зашитые в одежду, – документы – возможный яд в воротнике, тоже сам вам на блюдечке отдал. Я сержанта и лейтенанта на рынке заметил, как они Серегу вели. Решил перестраховаться. Вас не заметил… А вот скажите мне, если бы я не открылся, «Сыч» бы Серого зарезал. Вы что, сделали бы так, чтоб Серегу убили?
- Так уж и чуть не попался? А за Серегу зря беспокоился: из снайперки с «Брамитом» все контролировали. Только бы хлопок раздался бы и все – повязали бы подстреленного «Сыча». Только, думаю, где живет Краузе и когда он придет, «Сыч» не сказал бы, он просто этого не знает.
-Ладно, завтра - посмотрим. Грязную форму Серого не стирайте, мне ее надо «Сычу» отнести. Думаю, старлей и лейтенант – пасут «Сыча»?
-Догадался?
-Так ваша группа 4 человека – Серый рассказал, сложил два плюс два.
-Что собираешься делать с «Сычом»?
- А делать будем вот что…
На Восток.
Дед Иван, скрипя сердцем, отпустил Илюху в новолуние, 4 апреля 1943 года. Днем и ночью уже стояли плюсовые температуры. Но не это беспокоили деда Ивана: он то видел, что Илья холода не боится – бегает и делает работу по двору с обнаженным торсом (как говорил мальчишка: «Форма раз – трусы, противогаз!») Когда увидел, как еле передвигающийся малец, в таком виде, в феврале вылез на улицу и стал обтираться снегом, деда, чуть «кондратий не хватил». Мальчишка быстро креп, заживало на нем все, как на собаке.
Есть было что – охотились, ставили силки, живность была, бульба, мука… немцы к нему не добрались. Да и как к нему доберешься, леса дремучие да болота кругом… Иногда только приходили люди за помощью, но в таких случаях, Илья старался «не отсвечивать».
Илья спрашивал у женщины, что его привезла на санках для хвороста, тети Матрены, искал ли его кто-либо? Оказалось, что никто не искал. Значит, решил Илюха, группа партизан, что его спасла, погибла. Его описание известно фашистам и полицаям – в Барановичи возвращаться опасно…
Вот и деда волновало, куда пойдет мальчишка. А мальчишка сразу заявил, что ему надо на восток – в Полесье. А чтобы попасть в Полесье, парню надо перейти через серьезно охраняемую трассу Барановичи - Ганцевичи – Лунинец. Кратчайшая дорога была через Ганцевичи, но мальчишка, хоть и говорил, что ему 13, но выглядел старше, а с 14 лет нужен – аусвайс, или сразу загребут, как партизана или просто угонят на работы в Германию.
Дед сам довел Илью до старой просеки, что шла небольшой дугой через весь лес и выходила к дороге чуть севернее местечка под названием Полонь. Хоть мальчишка и был, по меркам деда Ивана «городским», но ориентировался в лесу не плохо, кое-чему его и дед подучил, так что, старик не волновался, что Илюха заблудится.
- Ну, с Богом, Илюша! И дай Бог – увидимся! – дед перекрестил мальчишку. – Постой! Не спеши. Не хотел тебе давать… но – надо!
Дед достал из кармана тулупчика наган.
-Держи, тебе пригодится… Вот еще восемь патронов, больше нет. – дед Иван развернулся и пошел не оглядываясь.
«Уж ты! Императорский тульский оружейный завод! Поручику Ивану Стрельникову за отличную стрельбу. Именной. Ай да дед…»
-Деда! Жив буду – верну! – крикнул Илья. Дед, не оборачиваясь, поднял и опустил правую руку.
До дороги Илюха дошел за 2 часа – 6-7 км, не торопился, осторожничал и, как говорится: «И никого не встретил».
А вот дальше начиналось «интересное». Дорога, с двух сторон – до леса, метров по 50. Движение, достаточно активное, могут быть засады – пулеметные гнезда. Днем – не пойдешь. Да и ночью – страшно, Илюха помнил по фильмам и книгам, что фрицы минировали подходы к важным дорогам. Вот эта дорога важная или нет?
Наступила непроглядная ночь – новолуние ведь. Илюха рискнул - каждое мгновение думал о минах. Видать, повезло, или на этом участке их не было – юркнул в лес на другой стороне.
Правее, по рассказам деда. Должно быть селение Полонь начнется самое интересное, от соединения двух рек – Выдренка и Цна прямо на восток должна вести тропа – вырубка, только вот она по пути пересекалась отводными каналами. Не глубокими, но их было семь или восемь. Но, это апрель и разлив речушек… дед посоветовал дойти восточного края леса, на той стороне дороги, пойти на юг – обойти Полонь с востока, а там будет мост, а дальше иди по дороге – если повезет. До моста Илюха добрался почти к рассвету. У мостка горел костер, ходили вооруженные люди – явно не партизаны. Илья решил переждать, осмотреться, чуть углубился в лес, нарезал лапника, постелил его под соседней густой елочкой и прилег. Из полудремы его вывел гул автомобиля и крики на русском и немецком. Илюха всматривался в ту сторону. Немцы и полицаи в лес не пошли.
«А, была - не была! Надо глянуть, что там происходит.» - решил Илья.
Как понял Илья, вся эта местность была «зачищена» от партизан, и немцы с полицаями совсем не боялись, что в 30 метрах от моста лес.
Между мостом и лесом, стояла виселица. У виселицы стояли 12 немцем, 5 полицаев и пятеро связанных пленных, видимо, партизан или помогавшие партизанам.
Четверо взрослых и мальчишка…
Илья отлично видел и слышал, что там происходило.
-Разувайтесь, – скомандовал один из полицаев. Разуваться никто не стал. Их сбили на землю… разули. Полицаи начали смотреть по размерам: кому подойдет – одни отбросили в сторону, дырявые.