Страница 19 из 44
Загремел замок, взвизгнула и отъехала в сторону дверь теплушки:
-Ком айн ман! – скомандовал немецкий солдат.
Серёжка тут же выскочил из вагона, понимая, что другого шанса спастись не будет.
Ему досталось нести в свой вагон помойное ведро с непонятной по цвету дымящейся жидкостью. Охранник был взбешен: все его товарищи уже отдыхали от «трудов праведных» греясь у костра, а этот заморыш, недобитый, все еще возится с ведром.
Серёжка взвыл от боли, фашист, желая поторопить, ударил мыском сапога по ведру, недавно кипящее пойло обожгло через штанину ногу мальчишки. До вагона осталось несколько метров.
«Неужели все? Мне с этим верзилой не справиться, а он еще и с автоматом. Что же делать? Бросить ведро и попробовать убежать, нырнув под вагон? Нет, пристрелит…»
Немец приоткрыл дверь в теплушку, Серёжка приподнял ведро и … плеснул в лицо охраннику. То, схватившись за обожженное лицо, дико заорал и, упав, стал кататься по земле. Серёжка, схватив автомат, коротко, в 2-3 патрона добил ошпаренного немца. Отдыхающие от охранных трудов немцы собрались у костерка, метрах в 50-ти, и пока еще не поняли, что произошло.
-Бегите, - крикнул он в вагон. – Может спасетесь, я прикрою.
Из вагона выпрыгнуло семеро: две женщины и пятеро детей, две семьи (видимо, партизанские), нырнув под вагон, бросились к лесу, а остальные побоялись, надеясь выжить в концлагере…
Серега, несколькими короткими очередями, заставил охранников у костра залечь, выиграв секунд 10. Когда охрана попыталась подняться, вновь прижал к земле короткими очередями. Ему было проще, он под защитой рельсов и колес вагонов, а немцам надо было преодолеть открытое пространство - хотя бы до вагонов. Выиграв еще пару десятков секунд, Серега сам бросился по снегу в лес, благо, деревья начинались метрах в 20 от вагонов...
В партизанском отряде.
Самым трудным оказалось найти своих, ведь после карательной экспедиции отряды поменяли места базирования. На седьмой день Серёжке удалось выйти на партизанский маяк, откуда его переправили в один из лесных госпиталей Пинского соединения. Раны на голове и ноге загноились, но все обошлось, Серёжка быстро поправлялся.
Мир тесен: командиром отряда оказался старый Серёжкин знакомый – старший лейтенант НКВД Василий Кутин. А ещё здесь оказался Сашка и его родители. Сашок щеголял с новенькой медалью «За отвагу» на груди и немного задирал нос.
-Сидим, значит, в дозоре, а тут немцы. Много немцев! Ну, я как дам длинную из автомата. Они залегли и давай по нам лупашить! Я туда гранату и мотать! Тимофеич тоже… Потом смотрю – один остался. Потом не помню как около лагеря, в окопчике оказался. Тут и началось… Сам понимаешь! Вдруг справа наш пулемёт накрыло, я туда, за «дегтярь» и давай чесать …
-Ну и горазд ты, Сашка, языком чесать!
-Серый, не веришь?
-Да верю, верю… погнали к Никитке заглянем.
Партизанский врач Петрович сначала не хотел пускать ребят к раненым, но потом решил, что Никите от этого хуже не станет, а наоборот он будет быстрее поправляться. Хоть раны и были тяжелые, но опасность уже миновала.
-Привет, Никита!
-Здорово, народ! Как дела? – хоть и через силу, с трудом, но радостно ответил Никита.
-Ол райт, Христофор Бонифатиевич! Ол райт!
-Чего-чего? Ну-ка, повтори, Серёжка?
-Ты чего, Никит? Это я так, дуркую…
-Ну, и чего вы друг на друга уставились, как на икону? – нарушил неловкую тишину Сашка. – На, тебе клюквы передали.
-Кто передал? Такой седой старик, который всё время молчит? Он что, немой? А, Саш?
-Ничего он не немой и не старик он. Это Алексеев. У него сын погиб, наш ровесник. Чуть постарше был. Николай. Помнишь, Серенький, я про бой рассказывал? Так вот, их группа наш отход прикрывала. Ну, сами понимаете, почти все погибли. Отход они прикрыли, стали сами уходить болотом, а у его сына, Николая, две пули в груди… Заховались они посреди болота, на островке, немцы кругом, а у Николая горячка началась, стал он метаться, кричать. Фашисты, конечно же, в болото не попрутся, но у них ведь минометы…Что делать? Эти гады услышат – всем кранты! Ну, отец тогда своему сыну ушанку на рот… Ну, зажал. Николай и затих. С тех пор отец и ходит седой и молчит, слова вымолвить не может.
Гормоны.
Через три недели на базу Кутинцев прибыли командиры нескольких партизанских отрядов для координации совместных действий. К этому времени Сашка, Никита и Сергей уже ходили троицей и приставали к Кутину с требованием дать им задание. Командир быстро нашел им задание: помогать по кухне (приказав, чтоб Никита не напрягался). Там и нашел их командир отряда «Борец».
-Сергей, Никита! Что это вы своего командира не замечаете!? Ну, что, «начальник разведки», молчишь? - командир отряда присел на табурет. - Как же вы с дедом-то не убереглись?
- Так мы же …
- Знаю, все знаем, что холуй фашистский выдал… Ладно, не грусти, слава Богу, ты живой остался. А за деда мы этим гадам здорово отомстили.... Да - Герои… Но тебя, Серёнька, леший тебя раздери, сперва ремнем выпорю по заду, как сидорову козу!
Серега с серьезным видом расстегнул ремень и стал снимать штаны…
-Серёнька? Ты чего это? Зачем?
Серега подтянул штаны и застегнул ремень:
-Товарищ командир, вот так всегда! Вы только обещаете! - то ли шутя, то ли серьёзно ответил ему Серёжка.
-Ах ты, засранец, шуткует он с Николаичем! Ну, подожди до бани! Я Соколову передам, чтоб для тебя он приготовил веничек, да чтоб листиков на нем было поменьше!
Все, кто видел и слышал этот «цирк», от души посмеялись.
-Шутки шутками, но если бы не ты, то неизвестно, были бы мы сейчас живы. Мальчишки, дорогие мои, если бы не вы… - командир прижал их к себе, взлохматил им волосы на головах. – Молодцы, что выжили, а за погибших мы им ещё покажем! Эх, если было можно обойтись без вас - я бы с радостью… Не воевать бы вам, а за девчонками бегать, но вы ведь там можете пройти, где ни один взрослый не пройдёт… А девчонки-то, говорят, на вас уже и глаз положили, а, женихи?
Сашка после этой фразы засмущался и покраснел.
-Ладно, не буду вам мешать, мне еще с командирами отрядов надо переговорить, но… не прощаемся! Я вам еще кое-что привез!
Когда командир отряда «Борец» скрылся из виду, друзья начали подкалывать Сашку:
-Никитос, ты знаешь, а ведь сегодня борщ будет! – очень серьезно начал Серый.
-Да, с клюквенным морсом! – поддержал его Никитка, сделав умное лицо, дергая головой как Муссолини.
-Не … ребят, вы чего-то попутали… Суп перловый и чуток картошки вареной…
Серега с Никитой переглянулись и начали дико ржать.
-Вы чего? – не понял Сашка.
-Ты свое лицо видел, когда про девчонок говорили? – плакал Серега. – Чистый буряк!
-Нет, клюква! – Никита обхватил руками грудь, видимо, стало больно смеяться.
- Че вы ржёте, как кони! Вам что, ни одна девчонка в отряде не нравятся? А мне нравится! – выдал секрет Сашка.
А вот смех у ребят, как отрезало. Серега очень серьезно посмотрел на Сашку. Какой «аист» приносит детей и из какой «капусты» Серега знал не только из интернета: папа ему, по-мужски, объяснил, что и для чего создано природой.
Только вот о девчонках, как-то Сереге не мечталось. Отец рассказывал, когда начнется гормональный всплеск, начнется и серьезное влечение, лет в 15 -16. Поэтому надо усиленно заняться физподготовкой – спортом, чтоб «дурью не маяться». В это время самый рост начнется – белки –гормоны на мышечный рост нужны…
«А ведь Сашка вырос! Почти 2 года прошло, он вырос, а я – нет. Он же был ниже меня, когда встретились, а сейчас он на полголовы выше. У него тоже питание не суперское, воюет, без сил с заданий приходит, но он – вырос! А ты… – каким ты был, таким ты и остался… «Орел степной, казак лихой!» Вот и разгадка: как говорится, полная французская машина «Пе Жо» … наоборот!»