Страница 35 из 92
Ковбои присели рядом и спустя минуту передо мной выстроился ряд винтовок и ружей с воздушным режимом стрельбы. Заглянув в дуло каждой, я в уме произвёл расчёты и скомандовал.
— Отлично. Все эти с собой, остальные прячьте и за мной.
— А куда? — подал голос один из молодых и я ему на цех Жульцмана показал.
Спустя пару секунд я уже вовсю долбил кулаком в закрытую стальную дверь и от моих ударов она немножко прогибалась.
— Может он с остальными? — подал идею Дейв, но я только головой покачал, ибо тонким зрением прекрасно видел, как он прячется в своём кабинете.
— Жульцман! А ну открывай, зараза, не то я дверь вынесу! — соврал ему, так как не смотря на свою силу, ворота держали крепко. Да и сам дом выдержал недавний катаклизм, лишь слегка потеряв обшивку с крыши и лишившись куска бетонного угла, по которому прилетели обломки. — Немедленно открывай! Со мной шерифы, так что не шути!
И последнее подействовало. Зашуршав в своей берлоге, он нехотя подошёл к двери, отодвинул маленькое оконце и отпер дверь.
— Что надо? — пискнул этот боров, выглядящий далеко не так уверенно, как в первую нашу с ним встречу.
— Шары из подшипников. Диаметром на десять и на двадцать два. И чем больше, тем лучше. Давай быстрее. — ответил ему, поторапливая жестами, но он только глазками жирными удивлённо уставился и спросил.
— Зачем вам⁈
И прежде чем я перешёл к более действенным методам, Чарли сгрёб жирдяя за футболку, вытащил наружу и спокойно в лицо ему сказал.
— Жульцман. Тебе велели, ты делаешь. Услышу вопрос, пущу тебя на кожу для сапог. Всё ясно? — тот быстро быстро закивал и был буквально за грудки обратно брошен в мастерскую. — Тогда шевелись.
По глазам Чарли, в которых забрезжил некоторый огонёк надежды, я понял, что мой замысел до него дошёл. Более того, идею осознал не только он один и со всех сторон посыпалось.
— Да ладно, а так можно было?
— Да нет же, ствол порвёт.
— Да не должен!
— А вдруг⁈
— Так ведь пределы прочности и регуляцию замучаемся высчитывать.
— Так мы эмпирически проверим, — успокоил всех, беря из сальных лап Жульцмана коробку с шариками и выбирая подходящие. — Итааак, посмотрим ка…
Взяв самое потрёпанное на вид ружьё, я отошёл подальше, закинул в дуло шарик, прицелился, обмазался защитами настолько, насколько в принципе был способен и выстрелил. На трети мощности стальной шарик вылетел и со звоном отрикошетил от стального корпуса запчасти, что находилась близ цеха Жульцмана.
— Ц-ц-ц. Слабовато. Тогда ещё на трёть… — второй снаряд прошил стальной лист насквозь. — Отличненько. А что если…
Третий снаряд пробил металл, увяз в бетоне по ту сторону листа, но при этом дуло ружья треснуло. Печально, но такова наука.
Таким макаром я проверил и настроил все винтовки и восхищением полнились глаза ковбоев. Ведь их игрушки стали ещё более убойными, чем раньше. Поэтому пришлось сквозь их восторги пробиваться и жёстко вменять каждому.
— Даже и не думайте стрелять с других режимов! Только с воздушного. Иначе либо расплавите винтовку, либо тряханёт вас током так, что будете зубы из трусов вытряхивать. Вам этого не надо. И это, Жульцман! Чтобы к вечеру в наличии имелись снаряды тех же размеров и вот такой вот формы. Токарник же есть? Отлично! Только сталь бери потяжелее.
И оказалось так приятно рисовать Жульцману форму пули кончиком мачете прямо на внутренней стороне его двери. Сразу столько отзывчивости и лояльности в его глазах. А уж вниманием преисполнялся, как школьник на первом в жизни уроке. Даже миазмы свои чаровные прибрал.
— Вот такие вот. В количестве сто штук, не меньше. Погрешность приемлема в минус, но не больше, чем на 0,2 мм. Иначе снаряд будет в скорости терять. Также попробуем такую форму и такую. Генераторы же для работы есть? Ну вот и замечательно. Тогда бегом и с песней.
Вменив задание, я всё же Чарли попросил кого-нибудь с ним оставить. Ну чисто так, для мотивации. Ведь когда любезно просят поспешать с тазером наперевес, лениться захочет только тот, кому жизнь не мила. А Жульцман жить очень даже любит. Вон, аж с боков она у него свисает.
И стоило в цеху станкам запуститься, я вернулся к центру городка, активно думая, всё ли я сделал, ничего ли не упустил.
В целом всё шло не плохо. Мобилизованные люди занялись делами, разгребая улицы и делая в проулках баррикады. Кто им подсказал эту здравую идею, я не знал. Наверное ковбои Хенвлоу, которые распределились вдоль домов рассовывая по карманам стальные шарики. Идея со снарядами им очень понравилась и нет-нет, но кое-где раздавались воздушные пристрелочные хлопки и звучащий следом окрик Дейва, вменяющий экономить боеприпасы.
Но то было простительно. Пусть лучше пристреляются, чем в нужный момент промажут.
В остальном же, раненых лечили, дома ремонтировали, водопровод и электричество подключали, а запитанный с генераторов робо-магазин уже вовсю опустошали женщины, снося припасы в сторону парящих платформ. По всему выходило, что всё везде схвачено и подошедший ко мне Чарли это подтвердил.
— У вас талант к руководству, Семён. — сказал он искренне, закуривая очередную сигарету.
— Чарли, я же уже сто раз просил, давай на «ты».
— Окей, Семён. Просто привычка. Будете? — он протянул мне пачку, но я отказался. — Тогда, в знак благодарности, примите хотя бы это. Погибшему Эдварду оно уже без надобности, а вам сгодится.
Он протянул мне серебристый браслет в котором я распознал то самое пространственное хранилище с ценником под пару миллионов. Я с благодарностью его надел, прислушиваясь к ощущениям, при этом постарался ни лицом, ни видом не показать, что ношу его впервые. Как и модели Семьи Кравец, этот ультра-девайс синхронизировался с нервной системой владельца и потому пришлось его настроить, десять раз подряд убрав и извлекая из него предмет. Мачете он забирал и отдавал прекрасно, а с гирей вышла некоторая заминка.
— Увы. Лимит здесь двадцать килограмм. — объяснил мне Чарли и я понимающе кивнул. Халяве есть разумные пределы. — И да, ещё вот это вроде бы принадлежит тебе.
Из под жилетки он извлёк потрёпанную поясную сумку, из которого выглядывало яблочко.
— Вооот о чём забыл! Спасибо тебе Чарли. Я уж искать её хотел. Надеюсь не успели потрогать? — с улыбкой спросил и по ответной кривой улыбке понял, что пытались.