Страница 33 из 92
Двое водителей, что сидели в ультра-карах, всё таки погибли от упавшего на них обломка. То ли стальная свая, то ли странного рода шпала грохнулась прямо вдоль улицы, сплющив все три машины. И к счастью, водитель третьего, больше похожего на небольшой автобус, ультра-кара, умудрился каким-то чудом спастись, вовремя выпрыгнув в окно. Отделался лишь сильным испугом и рассечённой осколками стекла спиной.
Итого, из пятнадцати прилетевших ковбоев осталось только тринадцать. И всё равно меня сильно смущал тот факт, что на такое простое задание, как привоз Якова, отправили столько человек. Неужто он бы сопротивлялся задержанию? И почему он оказался им так нужен? Вопросов больше, чем ответов, но поиск истины я решил отложить на потом. Всё равно теперь никуда друг от друга не денемся.
Помянув простыми словами погибших, я сразу же пошёл на поиски своих пернатых товарищей.
Сперва по памяти попробовал их отыскать, вспоминая, где именно вороны облёт делали, а потом смекнул задним умом. Раз мы с ними связаны и они меня запросто на расстоянии чуят то значит и я их смогу ощутить.
Глаза закрыл, намерением к ним обратился и слааабый-слабый отклик получил. По нему и пошёл, не глядя под ноги, двигаясь в основном на ощупь, да по тонкому зрению. И осознавать себя начал уже в моменте, когда по обрушенному зданию карабкался, влезая в разбитое окно чужой квартиры.
— Семён! Что ты там делаешь? — прозвучавший снизу, где я оставил инструменты, голос Елизаветы вернул меня к действительности, но будучи уже наполовину внутри, обратно поворачивать не стал.
К тому же, как раз в глубине под кроватью обнаружил знакомые по цвету перья, а значит чуйка меня не подвела.
— Да по делам, Лизка. Обронил кое-кого. — крикнул ей и в глубину полез, пробираясь через сломанный пластик стен и куски мебели.
И повезло мне дважды, так-как пространства под конец оставалось аккурат, чтобы руку под кровать засунуть и вытащить на свет сперва Белого, а после и Чёрного. Обоих крепко оглушило и если бы не стоящая тут кровать, принявшая основной вес обломков, то на пару пернатых задниц стало бы в мире меньше. Прижав коматозников к груди, я обратным ходом пополз и вскоре из того же окна вывалился.
— Фууувх, забрались вы конечно, ребята. Вы что же, про дематериализацию забыли? — промолвил им ласково, по развалинам спускаясь, а в ответ слабое воркование получил и вялые клевки в грудь. — Тише-тише, потом отблагодарите. Мари! Белла! Возьмите и этих с собой. Повреждений на них не обнаружил, но оглушило их крепко. Как у вас, Герду донесли?
— Да, Семён, конечно, — забрала из рук моих воронов Белла и в сторону гало-центра кивнула. — Герда в порядке. Её занесли во временный лазарет и с ней Майкл остался. Уже вставать порывалась.
— Никаких вставать! — почти хором сказали мы с Елизаветой и оба хмыкнули. У подруги детства своей уточнил. — А ты-то сама куда намылилась? С пробитой головой далеко не побегаешь. Отлежалась бы лучше.
— Успею. Надо дом в порядок привести и кое-что для временного госпиталя оттуда взять, — сквозь болезный прищур произнесла она, крепко держась за Яру и Лауру, которая не переставала её подлечивать. — И кстати, ты не видел, там всё…
— Дом в порядке, — успокоил я Елизавету. — Окон нет, конечно, да и забросало его землёй и обломками, но он выстоял. Так что и правда идите к нему, пока никто из местных не занял, а я пока с Александром поговорю.
Благодарно кивнув, Лизка и девушки медленно побрели в сторону своего дома, а я повернулся к плачущим, сетующим и бродящим вдоль руин гражданам Светлозёрска. Взглядом выцепил высокую фигуру Александра и к нему поспешил.
— Сашка, эй, Сашка! Что у вас, живы все, инъекторами с вами поделились? — и подбежав поближе я увидел, насколько же постарел лицом лидер работяг.
Морщины прорезались, бледное лицо осунулось, а взгляд стал тяжёлым и угрюмым. Душевная боль крепко мужика терзала и понять его чувства не составляло труда. Не каждый же день его городок с лица земли стирают.
Чтобы хоть как-то его поддержать, развернул в его сторону жизненные жгуты. Мне не сложно, а мужику полезно. К тому же так он смог хотя бы членораздельно говорить.
— Да вроде пока все живы. И да, поделились, но толку-то. Хороших у них уже не осталось. Самых побитых спасли, а там уж как повезёт… — не смотря на энергетическую поддержку с моей стороны, взгляд его скорбный гулял по руинам.
Под аккомпанемент горестных вздохов, просьб и причитаний окружающих, наше с ним дефиле полнилось нотами, близкими к траурным. Дойдя до конца городка, где начиналась дорога на магистраль, мы встретили последних Светлозёрских и вместе с ними повернули обратно.
— Всё пропало, Семён, — сказал он мне тихо, чтобы никто из идущих нас не услышал. — Окраинных домов почти не осталось. Наш вон, пополам сложился… Будь в нём погибли бы…Что теперь делать, не ясно.
Убрав мачете за пояс, я как будто невзначай, чтобы никто ничего не понял, хлёстко шлёпнул его ладонью по спине.
— А ну-ка соберись, давай. Нечего нытьё на кулак наматывать. Ты мужик, или кто? Если не мужик, то разворачивайся и иди с барьером обнимайся. Всяко лучше будет, — сказал ему жёстко и впервые Александр поглядел на меня очень не добро. Но это-то как раз хорошо. Это как раз то, что нужно и потому следующий вопрос задал также хлёстко, как шлепок по спине. — Кто, у тебя, дочь или сын?
— Дочь. — процедил он сквозь зубы.
— Так вот покажи ей пример. Пусть видит, что её отец в такое сложное время не зассал и справился. В ином случае, ей лучше сиротой остаться, — продолжил я безжалостно раскочегаривать Александра и тот аж злобно засопел сквозь ноздри. — Ну что, желание жить появилось?
— Ага, — протянул он мрачно и ладонями протяжно провёл по лицу своему, словно стирая морщины, наравне с наваждением. — Фуувх, аргументы у тебя конечно… Но спасибо.