Страница 7 из 87
Глава 3 Сколько-сколько?
Улица встретила шумом автомобилей, ровным ручейком прохожих, прижимающихся к краям дороги и слепящим весенним солнцем.
Накинув пальто на плечи, я шагнул в этот новый и такой прекрасный мир. Вышел за калитку и повертев головой, выловил проходящего мимо джентльмена в костюме и белой сорочке.
— Уважаемый, не подскажите, как добраться до банка?
Тот внимательно меня изучил, после чего выдал такой необходимый ответ.
— Пойдёшь прямо по этой улице, повернёшь на площади Революции и прямо по Гражданской, там будет большое здание с вывеской, не пропустишь.
— Премного благодарен, — я слегка поклонился, не стоит быть неблагодарным.
— Счастливо, — кивнул тот и пошагал по делам.
Ноги отправились в том направлении, которое подсказал вежливый прохожий.
По дороге я не уставал радоваться тому, как изменился мир.
Каменные дороги, явно из какой-то смеси, стрелой проносящиеся машины, равномерный поток горожан. Архитектура здорово разнилась с той, которую я мог наблюдать в родном городе почти четыре сотни лет назад.
Может поэтому астральный якорь и забросил меня в те места, что я уже знал?
Улицы переименованы, но на перекрёстках встречались и знакомые сердцу названия. Вот улица Зимнего солнцестояния, славная была заруба. Нас триста, прямо как легендарных спартанцев, а их колонны уходящие в линию горизонта. Впереди враг, позади посёлок, даже без стен! Что оставалось делать? Конечно же окапываться на высоте и ждать, под звук барабанов. Этот звук барабанов въелся мне под кожу.
Мы не спартанцы, нет. Спартанцы бы свалили едва завидев морды адских гончих или фигуру высшего демона, гниль и чавканье поднятых мертвецов. Да, пожалуй, спартанцы бы сверкали пятками.
А вот улица Левицкого, генерала объединённой армии Российской Империи. Мне довелось встречаться с этим человеком, он производил неизгладимое впечатление и внёс очень ценный вклад в победу.
В голове еще играл ритм атаки, стройные линии кавалерии, хруст панцирей и вой духов. На минуту, я даже потерял направление, предавшись воспоминаниям.
Здание банка резко выросло перед глазами, будто появилось из воздуха, возможно тому виною плотная застройка, а может полёт прошлого.
Резерв восстановился, пока я шагал и рассматривал всё вокруг, не забывал черпать энергию, замыкая нити мироздания на своей тушке.
Мысли о еде не пропали, только усилились. Но я хотел сначала решить вопросы с деньгами, а уже затем зайти в одно из источающих головокружительные ароматы заведений.
Ступени на подъёме к дверям банка казались бесконечными. Тело уставало быстрее, чем смыкались веки. Вот же долбанный доходяга, совсем на себя начихать? Как можно так запустить собственный организм!
В дверях встретил новую странность, крутящийся как юла вход. Не сразу, но я разгадал этот бесовской механизм и просочился внутрь, вместе с группой таких же ранних пташек.
Отделение встретило роскошью, смесью мрамора и лакированного дерева, высокими потолками и гнёздами-стойками, каждую из которых украшала симпатичная девушка в форме.
Нашарив глазами надпись, «проверка счёта, вывод средств, наследство», я тут же устремился вперёд, отталкивая пузатого китайца, перегородившего проход. Он двигался так неспешно, что пожалуй, я завершу свои дела, когда он только подойдёт.
Заразно улыбаясь во все тридцать два зуба, я тут же занял окошко, смущая девушку за стойкой, если бы нас не разделяло стекло, она бы пожалуй чувствовала моё дыхание.
— Доброго утра, сударыня, не могли бы мы с вами проверить один старый, как сам мир счёт! — я подмигнул шатенке, бейдж которой носил красивое имя, Светлана.
— Доброе утро, — ответила улыбкой Светлана. — У вас есть ключ идентификатор?
— Светлана, — проникновенно начал я. — Старый как мир, это значит, что в эти смутные времена не знали о таком понятии, как ключ идентификатор.
— Я поняла, в таком случае, вам потребуется инициация протокола, посредством энергетического отпечатка, — не переставая улыбаться с наигранной грустью ответила та.
— Влить силы? — перевожу на русский.
— Влить силы, — подтверждает девушка по простому.
— Я весь ваш, — вытягиваю руки ладонями вверх.
— Ну, весь вы мне не понадобитесь, — спрятала смешок Светлана, делая вид, что поправляет юбку.
— Точно? — с сожалением переспросил я.
— Но вы можете записать мой номер, — в глазах девушки заиграли искры, она оценивающе оглядела меня, как будто я продавался.
— Я запомню, — не зная, как реагировать, ответил я.
Она продиктовала набор цифр, который я честно отложил в памяти, после чего нажала на что-то снизу, на столе. Над окошком засветилась надпись, «занято».
Сзади кто-то отборно выругался на китайском.
— Прости, приятель, не твой день, — оборачиваясь, развожу руками.
— Глупый варвар, — процедил себе под нос китаец, щурясь на меня заплывшими от жира зенками. И добавил, уже почти не сдерживаясь на чистейшем китайском. — Плебеи заполонили все города этой тёмной страны.
— Ничего не меняется, — грустно заключил я и тоже перешёл на китайский. — Послушай ты, сын собаки и осла, если ты не укатишься отсюда рисовым шариком, я обеспечу тебе поход к зубодёру. Уяснил?
Китаец выглядел ошеломленным, его глаза мгновенно стали больше раза так в два.
Не желая ждать, пока до него дойдёт смысл послания, я пошёл следом за Светланой, что уже вынырнула из-за стойки и повела меня в глубь здания.
Взгляд сам собой прикипел к короткой по меркам моего времени юбке, чуть выше колена, аппетитно обтянутой попке и тонкой талии.
— Создатель всемилостивый, так вот как выглядит рай, — прошептал я.
— Вы что-то сказали… — обернулась красавица, явно намекая, что мы не представлены.
— Меня зовут Антон, Антон Митрофанов. И я сказал, что нашёл рай и обрёл покой, — снова подмигиваю девушке, отчего та приятно алеет.
— В нашем отделении и не такое возможно, — шутит она.
А я всеми силами души сдерживаю порыв ответить, что-то в стиле. «Я бы поискал в другом месте, например, между твоих ног…». Но грубить такой красивой даме не прилично, я пусть и не аристократ, хотя и поспорил бы об их нравах, но и не совсем больной на голову.
Мы миновали зал, затем второй, углубились в коридор и вошли в комнату с сотней ящиков вдоль стен, и пыльным постаментом с ложем для руки.
Светлана чихнула.
— Простите, тут пыльно, мы давно не пользовались подобным, — виновато произнесла она.