Страница 37 из 85
— А второй? — это Гвен спросила. Она только что приземлилась, закончив обозревать окрестности, и теперь с интересом прислушивалась к нашему с Либрой разговору. Остальные члены команды держались в отдалении, лишь Хоп иногда скачками вырывался вперед.
— Теракт. — сказала Либра.
— Что?
— Помните Черную Бестию?
— Того негра? Да, конечно. Я с ним дрался. Но причем тут он?
— Я сейчас назову несколько событий, которые вроде бы не связаны друг с другом, а вы попробуйте сложить их в одну картину. — Либра улыбнулась. — Хочу проверить, к каким выводами придете вы. И насколько они отличаются от моих.
— Ну, давай. — заинтересованно протянула Голубка.
Умница оглядела небо, кивнула, не увидев там дронов, но тем не менее все равно понизила голос.
— Негр в составе участников шоу. Непонятно за какие заслуги пролезший через кастинг, а вы оба знаете, как там к черным относятся. Демоны, которых организаторам явно поставляет государство. Массовая резня, которую они обязательно бы устроили, если бы тебя не оказалось в нашей команде.
— Но, как это все соотносится друг с другом? — возмутилась Гвен. — Ты просто набор случайных событий озвучила!
— Да? Ах, действительно! Совсем забыла еще про одно. Слушания в Сенате, которые состоятся через три недели.
— Какие еще… — начал было я, но тут вспомнил. Жанин говорила о них, когда мы еще обсуждали поступок Черной Бестии. Ну, когда он еще руки себе отстрелил, а девушка назвала эту акцию — жертвой. — Законопроект о мерах против дискриминации чернокожих граждан?
— В точку!
— Все равно не увязывается. — Голубка довольно забавно морщила лобик. — Как могут быть связаны слушания в Сенате, демоны и негры?
— «Черная сила» устроила теракт на национальном шоу. — медленно произнес я. — Каким-то образом выпустила на играх демонов. Огромное количество молодых и красивых, а главное — белых суперов, погибло. Слушания законопроекта в Сенате проваливаются с треском. Сохраняется статус-кво.
То, что я не люблю политику, не значит, что я не разбираюсь в ее людоедской логике. За свою долгую жизнь я успел насмотреться на то, как во имя благих целей, политики и чиновники использовали доктрину «меньшего зла». Это когда сто человек должны погибнуть, чтобы в перспективе не умерло сто тысяч.
Модель более чем сомнительная. Ведь «грядущие и неизбежные» жертвы находятся лишь в головах у власть имущих. Может и не было бы никаких огромных жертв без превентивных мер. Но… решение вопросов силовыми методами относится к самым простым в реализации. Человек же — любой, неважно сколько у него власти и денег — стремится идти по пути наименьшего сопротивления.
— Бинго! — так громко воскликнула Либра, что остальные, идущие в отдалении сокомандники, удивленно на нее уставились. После такой реакции, она снова понизила голос, и продолжила. — «Черная сила» набирает влияние по стране. С ней уже сейчас приходится считаться, а что будет после того, как законопроект пройдет первые слушания? Айдахо же белый штат, верно?
— Эм, ну да. — ответил я, так как этот вопрос девушка адресовала мне. Блин, мне-то откуда знать? — Наверное… Я как-то не особо в этом разбираюсь.
— Белый, белый, не сомневайся. Исторически, чернокожие были востребованы на юге, где использовались в сельском хозяйстве, а нишу дешевой рабочей силы на «белом севере» заняли, в основном, ирландцы. Поэтому, ты, наверное, не слышал, какой бардак твориться на территориях, где проживает много негров.
— Что-то было в новостях, да. — произнес я с видом человека, который смотрит новости лишь когда болеет с перепоя, и у него настолько болит голова, что он не в силах сам уйти от телевизора.
А вот Голубка, когда ей все разжевали, поняла быстрее.
— Они хотели обвинить в теракте «Черную силу»?
— Завалить законопроект, закрутить гайки, и надолго лишить негров возможности участвовать в политике. Плюс, оправдание жестких репрессий, если кому-то такое не понравится. А ведь оно не понравится. Чернокожие уже выросли до состояния профсоюзов и представительств. Плюс, наличие радикальных звеньев в составе организации…
Звучало… логично и правдоподобно. Я не знал всех тонкостей жизни в Соединенных Штатах Америки, но примерно так где-то и предполагал. Без нюансов, но они и не нужны, когда знаешь, что люди везде одинаковы. А уж политики — тем более. Устраиваешь провокацию, ужесточаешь под это дело ряд законов, которые бы при любом другом раскладе вызвали бы серьезные протесты в социуме.
Но общество уже напугано, точнее даже — находится в ужасе от теракта и массовых жертв. К тому же, весь этот кошмар случился буквально в прямом эфире, под прицелом многочисленных камер, поэтому о произошедшем будут знать буквально все. А потому — люди молча проглотят непопулярную меру. Через пару лет уже никто и не вспомнит о том, как же так произошло, что свободная некогда страна, оплот демократии, и все такое, стала диктатурой. Люди будут считать, что так было всегда.
Однако, это все проблемы Америки. Которые мне абсолютно не интересны. В самом дело, что мне за дело до трудностей самого демократического общества на Земле? В общем-то, никакого. Но есть нюанс.
Я (плюс вся моя команда) с точки зрения организаторов теракта, являюсь виновником того, что их тщательно проработанные планы накрылись медным тазом. И им будет плевать, что мы вмешались в них не по злому умыслу, не желая их разрушить, а лишь в попытке выжить.
Скорее, зная, как мыслят люди, находящиеся на вершине власти, я бы поставил на то, что организаторы сочтут меня (нас?) своими противниками. Представителями другой стороны, возможно даже — боевиками «Черной силы», которая каким-то образам прознала о замысле политиков, и решила вмешаться. А значит, вскоре нас ждут веселенькие времена.
Похоже, Либра пришла к тем же выводам, что и я, потому что со стороны девушки вдруг донеслось злобное чертыхание. А после она уже словами донесла, что я не ошибся.
— Да с чего бы? — возмутилась Гвен.
К этому времени мы достаточно далеко отошли от места недавнего побоища, и решили ненадолго остановиться, чтобы решить по дальнейшим действиям. Там-то Жанин и донесла до всех свои выкладки. И пока остальные члены отряда переваривали услышанное, Голубка встала в позу.
— А ты сама не понимаешь? — Либра прищурилась. — Тот, кто отдал этот приказ, теперь будет считать нас угрозой.
— Да ты вообще передергиваешь! С чего ты взяла, что все обстоит именно так?