Страница 43 из 60
Кстати, присутствие танка альянса у крестовиков уже говорило о многом. Как минимум, кто их тут спонсирует. Хотя мне как было плевать, так плевать и осталось, я через день-другой с этой долбаной планеты свалю уже.
Времени было мало. Судя по тому, что сказал Волкодав, местные в десяти минутах от нас. Они мало что сделают броне, но вот с нами они расправятся быстро. Просто массой задавят. Потому мы быстро погрузили небегающих на броню, а сами почти бегом двинули к нашим.
Пара кварталов. Всего пара кварталов. С таким лимитом времени можно особо не прятаться.
Блин, а вдруг у них ещё один танк есть?..
Глава 15
У линии разграничения нас встретили весьма неоднозначно. Мы уезжали на двух машинах, переделанные под местные паровозы а приехали на одной. Да ещё и помятой. Это не считая всей той шумихи, что мы создали в двух шагах от прямой видимости.
Короче тут все перепугались. Мягко говоря. Но вот впустили без проблем. В конце концов не чужие же люди. Шучу, просто на КПП, как на посту, бессменно находился наш Толмач. Он сразу поднял шумиху, как увидел нашу БМП.
Не смотря на вечернее время, сейчас тут никто не спал. Внутри туда-сюда пот территории бегали бойцы, носили вещи, оружие. Всё это вот. Суета, как она есть.
Как мы вошли на территорию, Толмач шел с нами. Я молчал, мои все молчали. На немые вопросы никто не хотел отвечать.
Почему? Потому что первый же вопрос был формата: где остальные. Не принято оставлять своих на территории не принадлежащей Федерации. Это негласное правило, которое я благополучно нарушил. Опять. Ну, будем надеяться, на этот раз опять пронесёт, в конце концов, у нас опять нет средств эвакуировать всех: и живых, и мертвых.
Мы направлялись к казармам. Сейчас главное забрать вещи и свалить отсюда пока заварушка снаружи не переросла в полноценный конфликт. Там уже столпилась куча ушастых с разнокалиберным оружием: луки, арбалеты, мушкеты. Местная мафия, похоже, решила не вмешиваться в это дело или мы её ненароком пришибли в процессе отхода.
Свалить, совсем ничего не сказав не вышло. Переводчик не отходил от меня ни на шаг всё то время, что мы тут собирались, а это минут 20 между прочим. Почему так долго? Опять бюрократы не хотели отдавать наши же элементы экзокостюма. Мол, подписей шесть. А нас пять. И всё, и пойди докажи что шестой уже не вернется за ними. Пришлось покричать, и поматериться на какого-то прапора, но пять штук нам всё же вернули.
— Господин капитан, так что там произошло? — в какой-то момент переводчик не выдержал и спросил меня.
— Что там могло произойти? Обычная операция по спасению, не видно чтоли?
— Нет. Нет, не видно. Зато прекрасно видно валящий из-за домов дым и были слышны звуки дитвы. Что там произошло?
Я посмотрел на него. Толмач выглядел… Слегка напуганным. Самую малость.
— Готовьте оборону от ваших друзей, товарищ переводчик. Ваши же сектанты распространили веру и на местных. У вас среди переводчиков кто-то крысятничает.
— Простите, что?
— На либитинцев работает свой переводчик, умник — не выдержал я — и у них там танк был спрятан в городе.
— Как… Танк…
Я ему не ответил. Вместо этого, вышел на улицу, где дождался остальных. За мной никто уже не шел, похоже переводчик решил заняться более насущными проблемами. Как только последней к отпяду Кобра, сразу впихнул её в машину. Пусть лучше с этими сидит там, сторожит их. Так называемые «эти» из машины больше не показывались. Я постарался чтоб им было там максимально комфортно рядом с ранеными, которых мы везли в госпиталь наверх. Ну, как комфортно… посмотрят на то, что их могло бы ждать, не будь они такими удачливыми.
Всё. Все в сборе, все всё забрали. Почти ничего не оставили. С этими мыслями я заходил на платформу центра перехода. Она ме-е-едлено, как черепаха, поползла вверх. Походу, местные технари не успели восстановить настройки скорости подъема и нас ждёт очень долгий подъём. Мда.
За неимением лучшего, всё же выпустил Принцессу и её компашку наружу. Они начали разминать спины, ходить туда-сюда. В общем, действовать мне на нервы своим присутствием. Я же сел на броню БМП и начал переваривать произошедшее сегодня. Ну или вчера, часы не заработали ещё а темно оно что сегодня, что завтра будет темно. Короче не суть.
Переварить было что. В конце концов, потеря одного человека сейчас была существенной. Тем более потеря штурмовика абордажной группы. Не, прошу меня не понять неправильно, что раньше, что сейчас Череп был моим товарищем и другом. Но когда он погиб, тут нужно думать о тех, кто ещё жив. Расставлять приоритеты, так сказать. В конце концов, он не первый, кого я из группы теряю. Собственно, ради этого и ввел в группе работу не с именами и фамилиями, а с позывными. Для многих это проще: перед тобой не человек а, допустим, Таракан или тот же Череп. Не знание о человеке делает его потерю менее существенной. По крайней мере, для тех кто не обязан его знать полностью. Да, я знаю, у меня на этом приколе с позывными сдвиг пошёл, но если моим подчинённым проще думать что это сдвиг, пусть лучше будет так. Честно говоря, осталось нас и вправду не очень много.
Сегодня опять наверх поднимали какие-то коробки с ящиками, так что часть бойцов сидела на них, всего нас тут осталось 17 человек. 20, если считать разноцветное трио, но они не боевая единица. Из этих двадцати, двое тяжелораненых, остальные в большинстве своём как я, по касательной царапнули себе что-нидудь. Руки там, ноги. Они сейчас почти все перебинтованные сидят. Не, это уже не бомжпехота, слишком много пережиди. Скорее можно назвать их бомжгвардией.
И от этой гвардии отделилось нечто в черном. То, что я сейчас ну совсем не хотел бы сейчас тут видеть, но что нужно как-то терпеть. По крайней мере, пока. И почему она идёт именно ко мне? Попола подошла кг мне и оперлась о броню спиной.
— Я слышала, что произошло. Мне рассказала Алина.
— Кто? — не понял я.
— Алина. Алина Подогрева — она повернула ко мне голову, но только наткнулась на взгляд полного непонимания — вы серьезно, забыли как её зовут? Э-э-э… Ну, вы назвали её Чоколой.
А, точняк, та желтая. Она скорее всего всё видела. Но, собственно… А от меня она что хочет?
— Не забыл я как вас зовут. Что тебе сейчас оо меня нужно-то?
— Ну, я… Мы хотели бы извиниться… — тихо сказала она, опустив голову. Ой, как мило, щас расплавлюсь.
— Извинились. Здорово, молодцы. Что-то ещё?
— Ну… как бы…
И стоит молчит. Ну вот ты сейчас ожидала от меня? Что я сразу влюблюсь в вас троих и на смерть стоять ща вас тут буду? Что? Вот, честно говоря, она сейчас своими попытками подлизаться или что она там пытается, не знаю. Короче начинает бесить. Произвольно это или намерено, не знаю. Просто…
— Просто вы какой-то задумчивый в последнее время. А это случилось после, ну…
— Короче иди к твоим, мне совсем сейчас не до вас. — перебил её я. И не соврал, мне же сейчас нужно обдумывать что писать в миллионах отчетов.
Но вот только черная не собиралась уходить.
— Они убивали перед нами людей — начала она. Н-е-ет, пожалуйста! Свали нахрен! Ещё грустных историй мне не хватало про вашу жизнь! — день через два, может через три приводили одного пленника и перерезали ему горло при нас.
— Ты зачем мне это рассказываешь?
— Мы тоже видели смерть, господин Джокер. Тоже у нас на глазках гибли наши товарищи. — она опять подняла голову и взглянула мне в глаза — я… Мы вас понимаем в этом. Так что, извините ещё раз за то, что оказались там.
Она наконец отлипла от бронелиста и ушла по своим делам. Зачем это всё было? Чтобы показать, что они благодарны? Или что Принцесса терпела кучу мучений и невзгод как и я сейчас? А вот терпел ли я сейчас что-то? Ну серьезно, кроме потери бойца ничего особо не изменилось. Наверно это просто профессиональная деформация, когда перестаешь видеть в коллегах людей. Наверно, Череп такой же был. Он, как-никак больше моего во всём этом крутился.