Страница 93 из 146
Глава 33
Чемпионат Академии являлся урезанной версией Турнира, откуда взяли самую зрелищную часть, сражение отряд на отряд и, в некоторых случаях, поединки один на один. Без испытаний, ловушек, препятствий, сражений с кем-то другим, нет, маботы на маботов. Подлатанные серийные или новенькие, или индивидуальные, тут уж команда каждого факультета старалась, в меру сил и пилотов, но все маботы обязательно с ограничителями.
Поэтому, несмотря на кучу разбиваемых каждый год маботов, сами пилоты-студенты гибли очень редко.
В Турнире не было ограничений, но они компенсировались мастерством пилотом, броней маботов, средствами и системами защиты. И все же пилоты гибли там чаще. Мысли об этом текли в голове Сергея, так как разум его привычно соскользнул, что называется на «соседнюю тему». Близкую к «дружескому поединку», дуэли с кровниками, но все же отличающуюся.
— Участникам выйти в центр, — донеслась команда Оллина Вульфа.
Рядом с ним стоял Филипп Филлори, как напоминание о первых днях в Академии, наивных, жестоких и по-своему безоблачных. Словно Сергей был тогда еще дошколенком, который стремительно вырос и дорос до сегодняшнего дня. Старшеклассника перед выпускным? Пожалуй. Турнир — диплом и здравствуй, взрослая жизнь.
— Сейчас мы их, — пробормотала Анджела под нос.
Ни капли суеверности в ней не было, только нацеленность на победу, на лидерство, на доминирование. После того эпизода с Юджином, Сергей приглядывался к Анджеле и часто ловил себя на ощущении, что она напоминает ему этакую амазонку. Могучую, мускулистую, самостоятельную, таскающую к себе в пещеру мужиков, а потом выпинывающую их прочь.
— Напоминаю, — мягко заметил Филипп Филлори, — что, пускай я и приглашен, но это не дуэль, а дружеский поединок пилотов одной Сборной. Пожмите друг другу руки и пообещайте сражаться без жестокости в сердцах.
Все шесть участников находились в своих индивидуальных маботах и руки их сейчас столкнулись с грохотом. «Молния» уступала в росте остальным маботам, но слабостью это являлось только в глазах тех, кто не разбирался в вопросе. Сергей ощущал завистливые взгляды тех, кто разбирался в вопросе, и слегка встревоженные от противников по поединку.
Не зря, значит, делал вид, что «Молнию» починить не удалось, подвешивал муляж в ремонтном цеху, накидывал иллюзию на настоящую «Молнию» во время тренировок. Сюрприз-сюрприз. Теперь еще противников по Турниру немного удивить и будет вообще хорошо.
— Обещаю сражаться без жестокости в сердце, — сказал Сергей, ощущая изменения в энергиях вокруг.
Ариша Хаксли в своем «Разряднике» (вообще было что-то ироничное в сражении в «Молнии» против той, чья сила крови работа с электричеством и этими самыми молниями) тихо ахнула, попыталась отдернуть руку, но не смогла. Багровый вихрь окутал «Молнию» и «Разрядник», на мгновение Сергей даже испугался, что сейчас ответ от Матери-Магии свяжет их какими-то узами. Возможно, даже этим чертовым магическим браком, от одного упоминания которого начинали ныть зубы.
— Обещаю, — выдохнула Ариша, говоря так, словно из нее насильно выдавливали слова, — сражаться без жестокости в сердце.
Багровый вихрь окутал всех шестерых, прихватил и судей. И затем исчез.
— Ну, Чоппер, — опять выдохнула Ариша, в этот раз облегченно.
— Я вообще ни при чем, — честно ответил Сергей.
— Ты — любимец Матери-Магии, — вмешалась Анджела и голос ее звенел от холодной ярости, — она являет свою волю миру через тебя!
Вот оно че, Михалыч, подумал Сергей, приподнимая брови. Собирались, значит, все-таки устроить побоище, а Мать-Магия вмешалась и предупредила, дескать, нефиг. Приятно, конечно, только где она была, когда Сергей на Гамильтона безуспешно набегал уже которую жизнь подряд? Или вляпывался в ненужные магические браки, да так, что приходилось откатывать все при помощи смерти?
— И она ее явила, — вмешался Оллин Вульф.
В голосе его тоже слышалось облегчение. Пускай он и не препятствовал подготовке к дуэли, но и относился без одобрения. Чем ближе к Турниру, тем больше становилось этого неодобрения и Сергей мог его понять. Лишиться одного из пилотов или индивидуальных маботов перед самым соревнованием? Бывало, и из-за меньшего проигрывали Турниры.
Теперь же, после обещания, нет, клятвы, скрепленной Матерью-Магией, уже никто не рискнет превращать противника в кровавую кашу. Сам Сергей, надо заметить, ожесточения не испытывал изначально. Алекса он и так побил, с Лагранжами замирился, Ариша была красива, чего уж там. Кровная месть в голове и прочих частях тела опять же не бурлила.
— Расходитесь на исходные и начинайте в любой момент, — добавил Оллин.
Полигон был накрыт щитами, на трибунах уже было полно народу, как всегда. Даже обычные дуэли вечно собирали толпы, чего уж говорить о поединке три на три, да еще в маботах, да еще пилотов Сборной Академии? Время опять же выбрали во второй половине дня. Сергея бы устроила и первая половина, да вот беда, все остальные учились и ходили на лекции и занятия.
По трибунам словно бы прокатилась волна и Сергей увидел, что там, в центре, появился Гамильтон. Если кто-то еще мог видеть и ощущать энергии, то сейчас он, несомненно, ощутил выброс эмоций и магии из «Молнии», столб, бьющий в небо. Сергей облизал моментально пересохшие губы, послал заклинание охлаждения по вспотевшему телу, сжал руки в кулаки, пытаясь унять дрожь.
Привычный табун «вот он Гамильтон — вокруг полно людей — надо рискнуть — это его мэнор — другого шанса не будет — системы защиты и контроля сработают — плевать, надо проверить, удастся ли достать — зазря потраченная жизнь — ничего не зазря, что-то же должно его взять — решил не покушаться — такой шанс!» мыслей пронесся в голове, вбивая копыта в извилины.
Перефразируя классику «убивать или не убивать, вот в чем вопрос».
— Да, при ректоре точно не забалуешь, — донеслось ворчание Анджелы.
— А ты собиралась забаловать? — резко спросил Сергей. — У нас Турнир на носу!
— Да не собиралась я никому вредить, — ворчливо ответила Анджела, — так, поиметь немножко, наказать за самоуверенность.