Страница 70 из 78
Глава 24 Набережная
Дальше снова рубилово. Самое беспощадное. Какое только можно представить.
В турнире участвовали несколько американских моряков и пилотов. Один из них, Стив Джексон, двадцати лет.
Раньше занимался боксом, сразу видно. При этом тяжеловес. Уже обладатель коричневого пояса. По карате годзю. В бою так сильно ударил другого участника, дзюдоиста, что повредил себе пятку. О ребра противника. Но при этом пробился в финал.
Другой европеец, испанец Фернандес Пилар, работал очень быстро. Я бы так не смог. Да что там я.
Большинство каратистов японцев тоже не смогли бы. Только, пожалуй, Куприянов, да еще несколько парней здесь смогли бы с ним сравниться.
Но при этом Пилар оказался жутко импульсивный. Эмоционально реагировал и на победы, и на поражения. Хотя, сначала уверенно шел к финалу.
В первом бою очень быстро провел мае гери. Причем не в корпус, а в голову противника.
И тут же уронил его в нокаут. Сделал это сразу после начала поединка. Молниеносная победа.
Во втором поединке действовал еще быстрее. Атаковал противника быстрыми маваши. Пятка так и мелькала в воздухе. Тоже старался достать голову противника.
Но соперник попался опытный. Грамотно построил оборону. Перешел в ближний бой.
Правда, там Пилар работал руками. С еще большим ускорением. Схватил противника и добавил коленом. И зарядил в пах. Непонятно, случайно или нет. Но правилами это запрещено.
Соперник закрутился на месте. Волчком. А потом свалился. Пилара тут же дисквалифицировали.
Хотя публика возмутилась и освистала судей. Им понравился зрелищный и эффектный испанец.
Кстати, к этому моменту штанина Пилара порвалась. На левой ноге. Видно, что работал интенсивно. Сквозь прорехи виднелось бедро. Это забавляло зрителей.
Сирата посмотрела на меня. Толкнула локтем в бок.
— А ты бы смог победить его?
Я кивнул на Пилара.
— Гостя из Испании? Не буду ничего утверждать. В бою много случайностей.
Сирата усмехнулась.
— Я думала, ты каратист. А ты только языком болтать умеешь.
Ух ты, провоцирует. Если бы я был зеленым парнишкой, мог бы поддаться. На слабо.
— У меня есть ученик, — ответил я. — Он бы завалил Пилара. Это точно.
Сирата недоверчиво покачала головой. Видно, что провоцирует. Если пойти на поводу, не будет уважать. Поэтому я спокойно отнесся к ее детским выходкам.
Следующим выступал боец из Аргентины. Хосе Альварадо. До этого он провел пару боев. И легко выиграл их.
Рост почти под два метра. Вес свыше ста килограмм. Третий дан по дзюдо.
С первым своим противником справился быстро. Состроил ужасную гримасу. Заорал на всю округу. И кинулся на противника. Тот испугался и убежал за границы татами. Зрители хохотали.
Потом во время второго боя аргентинец действовал точно также. Противники ему попались малорослые. Тощие и пугливые. Убегали при первой возможности.
Впрочем, как я заметил, техника у Альварадо не на высоте. Он пытался догнать ударом ноги убегающего соперника. Но промазал.
Сейчас аргентинец дрался против Кеити Итидзе. По привычке бросился на японца. Тот отступил в сторону.
При этом успел ударить великана в корпус. Но тому удар, как комариный укус.
Аргентинец потерял противника из виду. Развернулся. Нашел юркого противника. Атаковал опять.
Так продолжалось всю первую часть боя. Наконец, Итидзе не выдержал. То ли случайно, то ли намеренно упал. И оказался за татами. Откатился туда.
Альварадо ждал его. Руки упер в бока. Итидзе едва вышел. Аргентинец напал на него с громким воплем. И с яростным выражением лица.
Итидзе пару раз увернулся. Даже перекатился по татами. Кувырком. Но потом опять улетел за границы ринга.
На этот раз видно точно. Намеренно. Не хотел драться с гигантом.
Я посмотрел на Бурного.
— Ну, Ваня, что скажешь? Справился бы с этим здоровяком?
Бурный исподлобья следил за аргентинцем.
— Почему бы и нет?
Сирата коснулась меня.
— О чем вы говорите? Твой друг сразился бы с этим великаном?
Я кивнул.
— Он бы разорвал его на куски.
Сирата оценивающе посмотрела на Бурного.
— Ну да, он у тебя здоровенный. Может, и смог бы. Хотя ты сам — вряд ли.
Я кивнул.
— Куда там. Я жалкий червяк.
Итидзе снова вышел на ринг. Я видел, как рефери спросил у него. Все ли нормально. Итидзе кивнул. Зрители неистовствовали. Требовали, чтобы он продолжил драться.
Но когда поединок продолжился, опять укатился за татами. Судьям это надоело. Рефери посовещался с ними. И объявил победу Альварадо.
Публика освистала Итидзе. Но со следующим боем прошла заминка. Мы все ждали пять минут, пока он начнется. Но нет.
Ведущий объявил, что Альварадо и Итидзе должны драться снова. Аргентинец уже вытирал голову полотенцем. Услышал свое имя. Удивленно поднял голову. Такахаси переводил нам слова ведущего.
Тот сказал, что Альварадо выиграл поединок. Но не показал какой-либо техники. А тут, как-никак, турнир карате.
Альварадо махнул рукой. Что-то прокричал на испанском. И снова вышел на татами. Уверенный, что опять выиграет противника.
В этот раз Итидзе никуда не убежал. Даже сам атаковал аргентинца. Успел ударить пару раз ногой. Слабые маваши гери. Неопасные для Альварадо.
Южноамериканский гость зарычал. И попытался достать Итидзе кулаком. Тот отскочил и схватился за шею. Рефери тут остановил бой. Подошел к судьям.
И те сразу же вынесли вердикт. Дисквалификация. Запрещенный удар в шею. Угроза перелома гортани.
Публика снова пришла в ярость. Поднялся невообразимый шум. В европейской стране или в Америке судей закидали бы пивными банками. Но тут люди просто кричали. И дико вопили.
Впрочем, судьи остались при своем решении. Альварадо плюнул и ушел. После этого сразу начался другой бой. А зрители вскоре успокоились.
Бои продолжались. С сумасшедшей скоростью. Одни бойцы сменяли других. Быстрая мясорубка. Уже скоро пошли финальные соревнования.
— Что-то они работают слишком быстро, — проворчал Бурный. — Слишком торопятся. Никакого разбора. И чересчур нервные.
Ну да. Ваня у нас основательный. Любит делать все по плану. Фундаментально и крепко. А тут поспешно.
Но Смелов возразил:
— А вот мне нравится. Надо у нас тоже так делать. Сразу все видно. Кто чего стоит. Двухминутные бои любой может выдержать. Отдохнул, потом снова в драку.
Вскоре остались только шесть участников. Пять японцев, один американец. Тот самый Джексон. Ходил, прихрамывал. Но держался молодцом.
Бои начались сразу после короткого слова от Оямы.