Страница 25 из 79
А хорошо бы шерсть потрепать для профилактики! Но как это сделать, если вокруг тебя уже рыжим колечком обернулись?
— Так, я пойду Стефа позову! – решительно объявила подруга, подскакивая, — это один из моих новых знакомцев, — хихикнула в кулачок, — тут и встретились, поступали вместе. Любопытный парень такой, но понимает в окружающем мире, как абориген, побольше нас с тобой!
И побежала скорей. Фу ты ну ты. Ишь какие мы хитренькие, вот искусство – главное, вовремя слинять с разборок!
Но какая-то смутная тревога заставила меня встать следом за подругой и, как только она вышла, плотно прикрыть дверь.
Глава 10.4.
— Так, — нахмурилась, глядя на важного и серьёзного котищу, — мой дорогой и мохнатый… вопросов у меня к тебе – ты так без молока на месяц останешься. Так что давай-ка к сути. Ты меня сюда отправил?
Ну и как оставаться серьезной, когда на тебя смотрят такие умильные глазки? Когда они буквально вопрошают – почто обижаешь котика, хозяйка? Почему не пушишь, не гладишь, издеваешься жестоко?
Дай мяус-ка! И мышку! А лучше – мешочек вкусностей! И крынку молока!
Но я же сурова и беспощадна? Я же не ведусь на такие дешевые провокации? Верно же? Верно?!
— Ты голодный? – Спросила мрачно. – Учти, из еды только печеньки.
— Детеу-ныш, обижаешь, да разве ж печеньки ваши – это еда? – Встопорщили усы. – Нет, но сегодня сыты-уй. Правда. Накор-рмили, — потянулся котище, — и да, если бы я тебя не отправил – ты бы или в этот день погибла, или на следующий жертвой колдуна стала, — ответил уже серьезно.
Вот как-то совершенно не праздничное настроение такие прогнозы создают!
А я ведь даже пару еловых ветвей выклянчила, окна украсила. Думала на днях добыть бумаги и наделать из нее елочных игрушек.
— Ты же драк-кот, правильно? И ты оказался в нашем мире не случайно? — Затаила дыхание.
— По дурос-сти браконьерам-магам попался, — прошипел недовольно мой пушистый друг, показывая внушительный арсенал клыков и когтей. Коты – это вам не только крылышки и ценный мех.
Интересно, есть в этом мире картина «Коты прилетели»? Как представлю такой вот кошачий десант, который на крышу заходит с разворота крыла…
— А поподробнее? – Примерилась я к кошачьему уху.
Что-то Игги подозрительно затихла. Неужели убежала с Алиской? А Обормот?
Котик рассказывал неохотно. Увиливал. То хвостом, то лапками. Но все-таки общий диагноз стал ясен. Кое-кто был излишне самоуверенным, а еще – не связанным с эльфами крови свободным котом. И забрел далеко – уж зачем, Микки не раскололся. Там и попались ему охотники за ценным кошачьими шкурками. Север – край суровых и наглых варваров. Лапы-то котик унес, но… попал в пространственный разлом – и – здравствуй, новый мир.
А там… от ран, может, и не загнулся бы, а вот…
— Ужасная у вас природа. Загубленная. И магии ни крупицы, как вы, бедные, выживаете? Ума не приложу, как какого-то полукровку нелюдя в ваш мир занесло? Он-то и был вашим далеким предком, уж не знаю, по маме или по папе. И это-то не редкость совсем, — зевнул мне котик, показывая розовый кошачий язык, — но кровь далекого потомка, даже капля крови существа, проживающего в немагическом мире, но обладающего в потенциале магией, стоит доу-рого. И для всяческих гадких ритуальчиков весьма пользительна.
Ну, или так считают местные колдуны. А на самом деле — хрен им с перцем, а не польза. Потому что и кровь сто раз разбавлена, и вообще все эти байки в свое время придумывали сами же нелюди, чтобы колдуны, ведуны и шаманы всех мастей отправились бы охотиться за мелкой шушерой, и там бы и сгинули в попытках дотянуться до всемогущества. Черные пластилинчики.
Но одни-то придумали, другие поверили, а мне – расхлебывать!
— И как теперь избавиться от внимания этого психа? – Спросила, прикусывая от волнения палец.
— Преу-лесть моя-у, — фыркнул Мэйкелиндж, как наглый котяра попросил себя называть, — ну, тут есть варианты…
И такое лукавое мурчание в голосе…
— Мр-ряу! – Объявил о себе Обормот, всей мелкой котеночьей тушкой нападая сзади на грозного драккота. И как вцепится зубками ему в хвост!
Тот как взвился, как нарычал, прихватывая зубами за шкирку!
Кошачья возня за место в прайде. Место главы, конечно. И победа безоговорочно присуждается великому и могучему Мэю-Микки!
А я пока пыталась переварить, что далекий предок папы или мамы был из этого мира. Забавно судьба складывается. Я ведь никогда не замечала в родителях ничего магического, ну ничегошеньки! Хотя для меня они, как всякие папа и мама, были все равно волшебными. Но это было особое домашнее волшебство…
А магия жила в нас. Тихо и незаметно. Может, и в Алиске так же?
Глава 10.5.
Я почти забыла, с чего начался переполох. Стиратели. Что это ещё за факультет такой?
— Вот, маляувка. Знай свое место и пасть на старших не разевай! – Поучали у меня за спиной.
Игги точно смылась – она бы такое не пропустила под лозунгом «бей прихвостней кровавиков»! То бишь эльфов крови.
— Так во-ут, выхода два – как ни в чем не бывало продолжил пушистый паршивец. Рыжие ушки встали на макушке вертикально вверх, — ра-уз – и ты выхо-удишь замуж и заводишь детишек. По поверьям магов кровь быстро теряет свою ценность после этого, — замурчал-зашипел – это так смеялся он, нахал.
— Ещё скажи, что им девственная кровь нужна – фыркнула.
И по кошачьей физиономии поняла – попала. Вот портками третьей свежести, которыми тетя Глаша пол мыла, клянусь, попала!
— О не-ет, — простонала, — никакого замуж!
Да и не предложит мне никто. И вообще – замуж нужно выходить не от безысходности, не потому что «так надо». Не потому, что тебя преследует эта нужда и одержимая мысль, что одна ты пропадешь. Двое должны нуждаться друг в друге. Хотеть согреть другого человека своим теплом, а не только забрать его. Все в этом мире – да и в любом другом, думается мне, взаимно.
И вот под такие философские мысли татуировку на моей груди ошпарило огнем. Да так, что я едва не застонала – слезы точно брызнули!
И кололо её, и дергало, как нерв прищемленный, и… какими только словами я противного эльфа уже не помянула, когда в комнату ввалилась Алиска в сопровождении низенького, приземистого и худощавого паренька и диковинными кустистыми бровями.
— Вот, Стеф, наша страдалица! Новая моя знакомая! Её к тем самым Стирателям отправили, которыми ты меня стращал! – И тыкнула в меня пальцем.
В этот самый момент меня опять согнуло.
Да так, что эльфа приложила и по матушке, и по батюшке, и по всему роду его клыкасто-извращенному.
Да что же такое творится?!
— Кар-раул, убивають кровиночку! – Взывала шустро спрыгнувшая с Алискиного плеча Игги.
Ну я-то знала… тут что-то другое. И в этом чем-то – всю челюсть Корнея даю, виноват вредный эльф. Осталось только его сейчас найти… и всю правду вытрясти! И не быть при этом на месте прибитой, да…
Боль отпустила так же резко, как и скрутила. Только примерещилось на миг перед глазами недовольное лицо эльфа. Страдающим он не выглядел – скорее, разозленным. И, кажется, на него щелкал ворсинками какой-то клыкастый цветочек. Что за заседание хищников?
— Живот скрутило. Не ела долго, а потом печенья наелась, — пробормотала извиняюще.
Перед незнакомым парнем открываться не хотелось.
— Надо тётушку Соа попросить – авторитетно и громким басом заявил парень.
Оглядел по-свойски наш чердак, крякнул, взъерошив кудрявую медную шевелюру.
— Чаххи всегда помочь рады, — пожал парень плечами, — им ничего не стоит адепту с просьбой какой помочь, если правил не нарушает, а уж…
Договорить он не успел. Как по волшебству – хотя почему «как»? — на столике возник большой поднос. Исходила паром желтоватого цвета каша, рядом румянились мясные котлетки, лежали тосты, в отдельной миске был салат, а на втором подносе поменьше – орешки для белки, крынка молока и мелко порубленное мясо для кота.