Страница 26 из 55
- Мы не сразу заметили, что в витрине мигает лампочка, - сказал Корней, - словно некая сигнализация. И вот разглядываем мы эти блямбы и узнаем в рисунках на каждом "детонаторе" схожесть с нашими родимыми пятнами.
- И тут в зал врывается этот старик! - вклинилась в рассказ женщина по имени Мария, кареглазая, экспансивная брюнетка.
- Это был товарищ Сикорски, - сказал Яшмаа, - Руководитель КОМКОНА-2. Я знал его... мы говорили несколько лет назад... когда мне открывали тайну моего происхождения...
- Вид у него был ужасен! - вновь вмешалась Мария, - Но страшнее всего было то, что в руках у него было ружье. И он, Сикорски то есть, им, этим ружьем или как его там, нам угрожал.
- У Сикорского в руках был скорчер, - сказал Корней Яшмаа. - Он велел нам положить "детонаторы" обратно в футляр и немедленно покинуть Музей.
- А мы не подчинились! - выкрикнула Мария.
- И тогда он, этот Сикорски, - сказал блондинистый красавец Эрик, - приставил ствол оружия к виску и хотел выстрелить себе в голову.
- Но, к счастью, его напарник, молодой крепкий парень, выхватил скорчер у старика, - сказала Лина. - И он как-то весь обмяк, словно из него выкачали воздух... кажется с ним случилось что-то вроде припадка. Правда, тихого такого...
- Это мой шеф, - сказал я, опустив голову, словно раскаявшийся преступник. - Должен признаться, что я не из вашей команды. И прибыл сюда с помощью Анатолия... Я сотрудник КОМКОНа-2.
- Это ничего, мы примем вас в свою команду, - сказал Корней, улыбаясь и снова пожимая мне руку. - Вы хотите знать, как мы прибыли сюда?
- Догадываюсь.
- Кто-то из нас почему-то захотел приложить эти кругляши к родимым пятнам. Почти у всех они были на локтевом сгибе правой руки... кроме Эрика. Его иероглиф был на ноге, прямо на коленной чашечке.
- Да, - сказал Эрик и в знак подтверждения подтянул штанину из легкого креал-материала. Открылась колено, но там ничего не было.
Думая, что ошибся, Эрик задрал вторую штанину, и на другой коленной чашечке не было родимого пятна в виде иероглифа. Все вновь прибывшие проверили свои "метки" и не нашли их. "Метки" Странников исчезли.
- Ну, что ж, это был одноразовый билет, - сказа кто-то из мужчин.
- И что же нам теперь делать? - явно растерянно воскликнула третья женщина с самодостаточным именем Глория.
Я понял, что они не имеют понятия, для чего сюда прибыли. И это было плохо.
- Ах, вы котики-песики, зайчики-лисички, - с усмешкой сказал некто, медленно подходя к нам из дальнего конца коридора. - Растерялись они потерялись...
Я повернулся на голос, показавшийся мне знакомым. Это был Лев Абалкин, собственной персоной.
17. Война во времени
Гайт Гобзер, командующий Военно-Космическими Силами землян имел прозвище Архистратиг. Таким был титул главнокомандующего в Древней Греции.
А еще это эпитет архангелов, военачальников ангельских Небесных Сил. Наиболее часто употребляется как синонимический эпитет Архангела Михаила.
Боевой флот землян выстраивался согласно указаниям Архистратига. Нужно было создать из кораблей такую сеть, сквозь ячейки которой не проскользнул бы не только вражеский крейсер, но и даже мелкая единица - штурмовик или истребитель.
Гайт Гобзер стоял на мостике флагмана землян ракетоносца "Бесподобный". Архистратиг был личностью, овеянной славой многих походов к дальним пределам Галактики. И даже к Магеллановым Облакам - спутникам Млечного пути. И случилась там с ним неприятная история. В Малом Магеллановом облаке эскадра Гайта встретила на некой планете Ку-Фе, в стране Гагоран, сначала дружеский прием, а потом была перебита почти вся команда одного из кораблей. В той команде была дочь Гайта Гобзера Ореана. Она погибла вместе со всеми.
В трибунале Архистратиг сказал, что мстил за дочь. Месть, конечно, не достойна культурного человека. Тем более коммунара. Ему инкриминировали превышение необходимой обороны. Гайт раскаялся, но планета, изрытая километровыми воронками от кварковых торпед, уже была малопригодна к жизни. Кого сумели спасти, вывезли в ближайший населенный сектор. Мертвых же не воскресишь. Причину конфликта изучал сам Комов - глава Комиссии по контактам. Причина оказалась банальной. По обычаю народа страны Гагоран, гости должны были подарить Владыке то, что ему приглянулось. А именно дочь командующего эскадрой Ореана.
Земляне отказали в просьбе. Дикарь настаивал. Его выставили с корабля, подарив ему вечную зажигалку, птерокар и коллекцию комиксов про внука Спайдермена. В ответ Владыка пригласил землян на пир и танцевальное представление. Тогда-то и разыгралась кровавая драма. Гобзер вынес на руках из горящего здания Ореану, но с двенадцатью железными арбалетными стрелами, торчащими из ее груди.
Гайт долгое время был отстранен от полетов вообще и в качестве командира на каком-либо корабле в частности. Он прошел курс психокоррекции с блокадой памяти о том эпизоде. Он знал только то, что его дочь погибла вместе с кораблем, который якобы потерпел крушение. Вскоре его снова взяли в Космофлот, где он через 12 лет дослужился до сегодняшней должности. Почему ему не стерли память, а только заблокировали ее? Видимо врач посчитал, что когда Гайт уйдет в отставку, блокаду можно будет снять. Ибо главный закон коммунарии - человек должен знать правду. А правда иногда бывает жестокой.