Страница 33 из 54
- У тебя же вроде сын помирает, - напомнила я, мысленно приказав плетям терновника вернуться на место.
Тётка взвизгнула, в последний момент успев убрать кончик любопытного носа подальше от сомкнувшихся колючих побегов. Хотя, судя по визгу, не совсем успела, но меня это не тревожило. Разумеется, об обещании отслужить за помощь она тоже не вспомнила. Но меня всё это интересовало мало.
«А был ли мальчик? - задумчиво спросила я себя. - Или это деревенская сплетница на разведку явилась?»
Ответа у меня не было. Зато появилось сразу несколько вопросов. Для начала мне очень не понравилась собственная неосведомлённость. Конечно, Ядвига с Ягой кое-что о нечисти мне рассказывали. Но, судя по тому, что о полуднице я услыхала впервые, недостаточно подробно.
«Ладно, такая вот ерунда. А если что-то серьёзное случится? Когда счёт на минуты? А я вместо того, чтобы помочь, выяснять буду, что за пакость на человека покусилась».
И второе соображение, которое заставляло меня недовольно хмуриться, пока я медленно шла обратно в избу - моя собственная физиономия. «А если самой к кому-то идти придётся? Или сюда кого-то пустить? - рассуждала я. - Правильно дед сказал: «Слухом земля полнится». Вот и нечего давать повод для этих самых слухов. Совершенно ни к чему, чтобы всякий встречный-поперечный знал меня в лицо. Мало ли кто вдруг вздумает искать княжну Василису. Папаша, например, вполне может, когда узнает, что свадьба с Ильёй не состоялась. Да и сам Илья… На что-то же он рассчитывал, когда вёз меня в Муром, зная, что дома его супруга поджидает.
Неважно, что все эти расчёты - полная ерунда в любом случае. Он-то так не считает».
Так и эдак прикидывая, как бы избежать повышенного внимания к своей скромной персоне и глупых ошибок, связанных с собственным неведением, я не нашла ничего лучшего, чем снова позвать домового.
- Батюшка домовой, помоги мне… - вкрадчиво позвала я.
- Помогу, как не помочь, хозяюшка, - преувеличенно ласково отозвался дедок, возникнув на печке. - Только уж и ты уважь старика.
- Охотно.
- Как следующий проситель придёт, ты у него гончарный круг за помощь потребуй. Нам без него в хозяйстве никак нельзя. А уж если какой гончар тебя в обучение возьмёт, то…
- Хозяин домовой, - перебила я. Очередной спич на тему моей расточительности выслушивать не было никакого желания.
- Я уж тыщу лет домовой хозяин, - буркнул дедок. - А ни разу моё хозяйство так бестолково не разбазаривали. И ладно бы разбила! Так нет. Бабе какой-то болтливой отдала. Это они тебе дары носить должны, а не ты…
- Хозяин домовой! - я подбавила в голос металла. - Я уже поняла.
- Ладно, ладно… - уже нормальным тоном прервал домовик, поудобнее устраиваясь на печке. - Рассказывай, что за беда приключилась.
- Пока ещё не приключилась, но вполне может, - я села и закинула гудящие ноги на расшатанный табурет. Садиться на него не рискнула бы даже белка, а вот на подставку он ещё вполне годился. - Скажи-ка ты мне, какая нечисть в этих землях водится. Чем известна и опасна…
ГЛАВА 26
Разговор про нечисть затянулся глубоко за полночь. Я только диву давалась, слушая бородатого карлика. Всевозможных тварей, тварюг и тварюшек существовало в этом мире великое множество. Большинство я и в страшном сне себе вообразить не могла. И все они оказались невообразимо изобретательны по части устройства неприятностей человеческому роду. Порой до смерти неприятных, если сарказм здесь применим.
- А чего ты хотела, хозяйка? - хмыкнул домовой. - Мы куда раньше вас в этот мир пришли. Обжились, освоились. А тут вы заявились. И сразу хозяевами себя поставили. Даже не хозяевами, а захватчиками. Кое-кто с вами сжиться сумел. Кто-то позабыл, за что зло затаил. Причину забыл, а зло помнится. А кто и вовсе разум потерял давно за ненадобностью. Только злоба чёрная и осталась. Всякие есть.
- Домовые сжились, а кто ещё?
- Да мало ли кто… Домовые, они тоже разные бывают. Да и прочие тоже. Вот я с тобой сжился. А с Янкой не смог. Хотя и с Ягой не мог. Но тут уж меня не спрашивали. Мы ж кровью хозяйской повязаны. У нас другой случай. А вот возьми лешака нашего.
- Которого? С Буяна или здешнего?
- Обоих, - хмыкнул в бороду домовой. - С тобой сговорились: помощи попросишь, помогут. Ну, в меру. Жадничать станешь - осерчают. А перехожего до смерти по лесу загонять - это им только в радость. Обоим. Поелику не каждый траву топтать волен, и только ему, хозяину лесному, решать.
- Это кто же такой закон устроил?
- А они сами и устроили. Поди поспорь. Тебе подчинится. Один. А сколько их по свету живёт?
- М-да…
- Вот тебе и «м-да»…
- Целый мир за спиной у этого мира. Два в одном, блин, - я подавила желание почесать в затылке.
Было в словах домового нечто сбивающее с толку. Если и правда люди явились сюда захватчиками, то неудивительно, что их встретили в штыки. Но как понять, на чьей стороне правда теперь-то, когда обе стороны давно забыли, с чего началась эта вражда. Впрочем, по зрелому размышлению я отбросила эти философские рассуждения. Не моего ума это дело.
- Ещё нечисть есть какая-то? - спросила я просто ради того, чтобы нарушить натянутую тишину, повисшую в полумраке избы.
- Да вродь про всех обсказал, - пожал плечами он. - Исконная нечисть, она как на ладони. А про залётную тебе знать не надо.
- То есть как это не надо?! - возмутилась я. - Рассказывай, что ещё за залётная? Откуда прилетает?!
- От ручонок ваших шаловливых людских, - буркнул домовой.
- Не поняла.
- А чего тут понимать? - разговор дедку явно разонравился. С каким удовольствием и даже юморком он расписывал повадки каких-нибудь кикимор, настолько же неохотно заговорил теперь. - Лезут люди туда, куда их не звали.
Творят непотребство всякое. Потом всем миром расхлёбываем. Вот годков сто назад дедуле твоему в очередной раз припекло мир захватить. Такую мерзость сварганил, что… Единый раз на одной стороне Яга, Ядвига да Марья, мамаша твоя злобливая, стояли. Выстояли, понятное дело. С тех пор твой дед грибами и увлёкси.
- Так, погоди… А кто у меня дед?
- А Ядвига не сказала, что ль? - ухмыльнулся домовой. - Кощеюшка, колдун наш бессмертный, что давеча с дураком поговорил да помер.
Козьим орешком подавился, бедолага. Кто ж знал, что Янка ленивая герою безмозглому лопату для навоза вместо меча подсунет. Хотя, может, и не помер, - задумчиво добавил дедок. - Костлявый хитрый. Только на моей памяти раза три «помирал», да всё никак: год-другой затишье, и снова пакость какая из кощеевых земель лезет, а он корону на черепушке правит да посмеивается над легковерными.
- М-да… - только и смогла проговорить я. - Ну и генеалогия…
Беседовать про нечисть резко расхотелось. Того и гляди выяснишь, что сама и
есть эта самая нечисть в каком-то там поколении. Нечистью за свою недолгую, но бурную карьеру Яги я побывать уже успела, и мне это не понравилось. Потому разговор сам собой надолго затих
Я бездумно смотрела в подсвеченный полной луной прямоугольник окна, угадывая знакомые очертания колючего плетня на фоне ещё более черных деревьев. Кое-где выступы гибких плетей образовывали совсем уж сюрреалистичные фигуры в этом странном театре теней. И я, стараясь отвлечься от невесёлых предположений и ещё более тягостных воспоминаний, пыталась угадать в этих силуэтах что-то знакомое.
Где-то мне чудились ослиные уши. Где-то целая телега с колёсами, а то и маленький самолётик. А ближе к краю я и вовсе заметила абрис, удивительно похожий на настоящего кота. Даже торчащий трубой хвост и то имелся. И вдруг этот кусок забора повернул голову и сверкнул на меня невыносимо яркими глазами.
- Мать твою! - выругалась я, бросаясь к окну.
Но стоило только чуть изменить точку зрения, как кот пропал, словно его и не было. Догадавшись, что попросту попалась на уловки неверного лунного света и игру светлячков в полумраке, я сплюнула и села обратно на лавку.