Страница 3 из 53
И Рондар уже собирался вернуться к главному корпусу, как вдруг его внимание привлекла стайка фей в невысоком, но длинном голубом здании. Сквозь прозрачную стену Рондар увидел, как одна фея что-то яростно вещает остальным, размахивая руками. Со стороны это напоминало или подготовку к бунту, или групповое занятие. «И чему тут, интересно, учат?» — подумалось Рондару, и он решил зайти внутрь, взглянуть на фей своими глазами. Особенно — на ту, что, расправив сверкающие крылышки, вспорхнула на стул.
У нее были насыщенно розовые волосы, но Рондара привлекла не прическа, нет. Наряд феечки состоял из полосок ткани. Самые пикантные места он, конечно, закрывал, но лишь для того, чтобы распалить воображение.
Как-то Рондару довелось развлекаться со знатной дамой, — один граф из смертных взамен на военную поддержку железного клана подсунул дракону свою дочку. Так вот, та дама была весьма подкована в интимном вопросе и научила Рондара одной увлекательной игре, для которой требовались кожаные ремни и веревки. И сейчас, глядя на это легкое фейское платьишко, Рондар невольно вспомнил про ту игру. Да, неплохо бы сыграть в нее с этой девчонкой… Или она слишком скромна, как и полагается преподавателям?
Каково же было удивление герда Янброка, когда он подошел к приоткрытой двери и услышал отрывок лекции!
— …Жалкие трусливые безобразные ящерицы! — орала розовая, а ее крылышки подрагивали от гнева.
Рондар аж челюсть уронил. Вот тебе и фейское гостеприимство! Обласкала — так обласкала. Никто и никогда не смел оскорблять драконов в лицо. Хотя бы потому, что это лицо могло в мгновение стать мордой, а эта самая морда могла выпустить такую струю пламени, что от обидчика осталась бы кучка пепла. Собственно, именно это сейчас Рондар и собрался сделать, уже потянулся к железному кулону в форме яйца, — артефакту двуединости, что позволял контролировать перевоплощения в дракона, — но запоздало вспомнил: им с Готридом пришлось оставить яйца у привратников. Проклятые правила безопасности! Похоже, феи специально лишили их на время чешуи и огня, чтобы облить грязью с ног до головы.
Как бы Рондару ни хотелось поджарить феечку, пришлось заменить казнь словесными выпадами. И что же он получил в ответ на безграничное милосердие? Магическую пощечину! А как еще назвать то, что сотворила с ним дрянная фейка? Надо, надо было больше о них разузнать перед визитом в Тайфо! Тогда бы он был готов к тому, что короткая задорная мелодия превратит его в марионетку! И разрубил бы флейту до того, как девчонка поднесет ее к пухлым губам…
—Бравый воин вдаль шага-а-ает, держит меч на-пе-ре-вес. Острие его блиста-а-ает, и огнем го-о-орит эфес!
Дети, которых появление дракона сначала испугало, теперь сгибались пополам от хохота и хлопали в ладоши в такт дурацкой песенке. А розовая… Она чуть не светилась от гордости. Уперла руки в боки, вздернула бесстыжий носик и победоносно взирала на Рондара, словно на голове у него позвякивал бубенцами шутовской колпак.
— Чаепитие отменяется, — чинно объявила негодница своим подопечным, после чего слетела со стула и сложила крылышки. — Я провожу вас к главным воротам и…
— Пресвятые музы, Эйлин! — донесся до Рондара поставленный женский голос. — Что ты натворила?
Усилием воли он развернул голову, не переставая горланить куплеты, и увидел возрастную фею. Ее шевелюра тоже была розовой, но заметно светлее, чем у поганки с флейтой. Толстая коса была скручена в тугой высокий пучок и напоминала свернувшуюся клубком змею. И осанка, и аристократичная посадка головы, и строгий жакет с гербом академии наводили на мысль, что перед ним кто-то из руководства. Вполне возможно, сама ректоресса Талея.
—Бравый воин вдаль шага…
На сей раз, хвала огненному владыке, Рондар допеть куплет не успел: дама с пучком выступила вперед, патетически прижав руки к груди, и принялась декламировать:
— Сверкали искры, небо злилось, клубились тучи надо мной. Разряд — и чары растворились, последствия забрав с собой!
Рондар замер на полуслове, по телу прокатилась волна облегчения, мышцы будто размякли, и дракон едва устоял на ногах. Магия поэзии стерла магию музыки без остатка, словно ничего и не было. Только гортань еще горела.
— Простите, герд Янброк, — кинулась к нему пожилая фея. — Вы в порядке? Я — ректоресса Талея Пеони… — она сжала его руку костлявыми холодными пальцами. — Приятно познакомиться!
— Не могу сказать того же, — просипел Рондар, терпеливо снеся рукопожатие. — Вы за этим меня сюда пригласили? — он бросил взгляд на флейтистку, которая хлопала ресницами в полнейшей растерянности.
— Ох, извините еще раз… — смутилась ректоресса. — Это моя племянница. Уверена, она не со зла. Эйлин! Немедленно уведи детей! И тебя ждет очень серьезный разговор, уж поверь мне! Пойдемте, герд, я приготовлю вам чай по своему личному рецепту… Он очень хорошо смягчает голосовые связки…
Талея подхватила Рондара под локоть и силком потащила за собой. Дракон до того опешил, что даже не сопротивлялся. Что-что там ждет эту фейку?Разговор?Да если бы кто из подчиненных Рондара напал на высокопоставленного гостя, виновного бы сию же секунду бросили в темницу! До казни, быть может, дело бы и не дошло, но в кандалах подлец бы просидел не одни сутки! Нет, прав был отец: от фей добра не жди.
— Я не вижу смысла дольше здесь оставаться, — опомнился Рондар, когда они уже подходили к высокой сиреневой башне главного корпуса.
И где носит Готрида? Он разве не должен был разыскать ректорессу? Огненный владыка, дай сил!
— Вышло ужасное недоразумение, — сетовала Талея, продолжая тянуть Рондара за собой. — Вы не сообщили точной даты своего визита. Я бы подготовилась и встретила лично… Ох, герд Янброк, не знаю, сможете ли вы простить Эйлин! У меня руки порой опускаются. Несносная девчонка!
Вот тут Рондар был с ней полностью солидарен. Жаль только, до ректорессы не доходит, что всему виной — расхлябанные фейские нравы. Готрид рассказывал как-то, что в здешней академии запрещены телесные наказания. И вот, пожалуйста, результат! В королевской академии драконов, к примеру, в ходу были розги. Один раз получил — и больше на рожон не полезешь. Да и преподаватели у Рондара были куда старше и мудрее.
— И что, у вас все профессора такие юные? — осведомился он, поднимаясь по винтовой лестнице следом за ректорессой.
— Профессора? — хмыкнула та, не оборачиваясь. — Что вы, герд, помилуйте! Эйлин всего лишь студентка. Я поручила ей экскурсию для будущих учеников… У нас на каникулах всегда проходит день открытых дверей. Но, как видите, она и здесь умудрилась натворить дел…
Талея тяжко вздохнула, — то ли от сожаления, то ли от долгого подъема по лестнице, — и распахнула перед Рондаром изящную витражную дверь в кабинет.
Готрид, чтоб ему пусто было, преспокойно сидел, развалившись в бирюзовом кресле на гнутых ножках. Смотреть на это было в высшей степени тошно. Готрид Янброк, славный воин железного клана, дракон, о чьих боевых победах слагали легенды, потягивал чай из пузатой хрустальной чашечки, чванливо оттопырив мизинчик. Не прошло и часа, как они прибыли в королевство фей, а он уже ведет себя, словно изнеженная девица!
— Присаживайтесь, герд, я налью вам тоже… — Талея любезно указала на диванчик у окна.
— Нет уж, спасибо, — буркнул Рондар, окинув взглядом бесчисленные книжные шкафы, украшенные безвкусными статуэтками и вазочками. — Мы с дядей торопимся.
— Да брось, Рон, — Готрид отставил чашку на невысокий столик и закинул ногу на ногу. — Ты б хоть выслушал, зачем тебя пригласили. Поверь, это очень даже любопытно…
И он не солгал. Сперва Рондар слушал ректорессу неохотно и даже с некоторым предубеждением, тем более, начала она издалека, говорила витиевато, да еще и жестикулировала активно, будто считала драконов тупыми и пыталась проиллюстрировать все на пальцах. Но стоило Талее коснуться сути, как Рондар весь обратился в слух.
А суть сводилась к следующему: около года назад герд золотых драконов Тарвин Гульдброк, — та еще заносчивая гнида, — вызвал в Аурвир феечку-архитектора. Ни один нормальный дипломированный фей отправиться в пещеры не возжелал, вот и пришлось Тарвину запросить студентку. Само собой, он вывалил за это кучу денег.