Страница 3 из 15
Ругательства срывались с губ бесконечным потоком. Следя за удаляющимся автомобилем, я сощурила глаза в надежде испепелить водителя.
– Чего? – вырвалось изо рта.
Прямо посреди оживленного шоссе стоял мальчик. Я видела лишь смутный силуэт, но была уверена: он смотрит на меня. По спине пробежал холодок. Ужас накрывал тяжелой волной.
За спиной ребенка неслась фура. Пока мозг прикидывал, через сколько эти двое встретятся, я невольно сделала шаг вперед – так, словно это могло спасти мальца. Расстояние между ними сокращалось, а автомобиль все не тормозил. Сердце замерло в ожидании худшего. Осталось два метра. Один.
Чужая рука резко дернула меня назад.
– С вами все в порядке? – взволнованно спросил пожилой мужчина.
Пока я моргала в попытке понять, что происходит, дедушка рассказывал, как заметил, что меня облили из лужи, и хотел помочь. Но я словно впала в ступор, а потом сделала шаг вперед на дорогу, по которой ездили машины.
– Это небезопасно, вот так пересекать шоссе в неположенном месте, – нравоучительно изрек старик.
Я кивнула, соглашаясь, и поблагодарила его за заботу. Он ушел, оставив меня пялиться на то место, где стоял мальчик. Никакого шума. Никакой паники. Словно ничего не произошло. Тот грузовик спокойно удалялся, постепенно превращаясь в маленькую точку.
Я тряхнула головой, изгоняя из нее странные мысли о ребенке, которого нигде не было видно, и продолжила путь.
Возле ресторана стояла полицейская машина. На нее опирался мужчина в форме. Он размеренно пил свой кофе. Его взгляд был направлен на окно заведения, откуда меня вчера уволили.
Из ресторана вышла высокая смуглая женщина. Кудрявые волосы собраны в тугой хвост. Она двинулась в сторону полицейского. При каждом ее шаге пиджак колыхался. Из-под него выглядывала кобура. Женщина остановилась напротив пьющего кофе мужчины и закурила. Они что-то обсуждали между собой, когда я зашла внутрь, оставив их голоса на улице.
На входе встретила приятная спокойная мелодия. Официанты бегали вокруг столиков, изящно маневрируя между ними и посетителями, чудом не врезаясь в друг друга. На секунду поднялась обида, что придется искать новое место работы, это было достаточно приличным по сравнению с теми, где приходилось проводить трудовые будни обычно.
Не давая себе погрузиться в мрачные мысли, я прошла в комнату для персонала. Оттуда в кабинет, в котором должны были дать расчет за отработанные смены. Получив деньги, я на секунду замешкалась возле одной из официанток. Недолго думая, спросила ее:
– Никто не искал подвеску?
Та лежала в кармане осеннего пальто. Я взяла ее с собой на всякий случай, вдруг объявится владелец. У меня не было уверенности, что это украшение принадлежало блондинке с растрепанными волосами и беспокойным взглядом, но внутри что-то подсказывало, что она как-то с ним связана.
Официантка посмотрела на меня, удивленно приподняв брови, и шепотом, подойдя совсем близко, спросила:
– Тебя интересует какая-то подвеска после того, что случилось?
– А что произошло? – спросила я без энтузиазма.
«Всего лишь угрожала отрезать руку мерзкому типу», – пронеслось в голове. Не хотелось, чтобы напоследок все тыкали меня в это носом.
– Вчера к нам женщина заходила, ты как раз соседний столик обслуживала, наверняка видела ту блондинку, – тон девушки стал заговорщицким, – она мужа своего зарезала, а потом и себя убила. Наш ресторан – это последнее место, где ее видели живой, представляешь?
Брови улетели наверх. По спине пробежал липкий холод. Это было неожиданно. Направляясь сюда, я и не думала услышать такие новости. Та блондинка совсем не выглядела как убийца. Зато это объясняло появление полицейских. Та высокая женщина наверняка была детективом. «Зачем они сюда пришли, если убийца и так известен?» – пролетело в голове. Ноги понесли меня на улицу. «Нужно ей рассказать про того брюнета. Вдруг это важно. Может, он маньяк», – твердил внутренний голос.
Детектив разговаривала по телефону. Переминаясь с ноги на ногу в ожидании, пока она закончит, я стояла немного в стороне. Она отключилась, оставшись недовольной исходом разговора. С ее пухлых губ сорвалось ругательство, брови свелись.
– Вам что-то нужно? – громко спросила женщина, заметившая, что я пялюсь на нее.
– Александра, здравствуйте, – раздался за спиной приятный мужской голос, – давно не виделись.
Детектив мгновенно потеряла ко мне интерес. Ее взгляд переместился на говорившего. Женщина сощурила карие глаза и, растянув губы в наигранной улыбке, произнесла:
– Малах, какими судьбами оказался здесь?
Появившийся из-за моей спины брюнет приблизился к ней. Пожав плечами, словно пытаясь сбросить напряжение, он спокойно произнес:
– Вы же знаете, по работе.
Его рука протянулась в ее сторону в ожидании чего-то. Я так и стояла в ступоре. Тот самый брюнет, возможный маньяк. Глаза наблюдали за тем, как Александра вложила в его руку сигарету. Этот жест был таким естественным, будто они делали так каждый раз при встрече.
Детектив перевела на меня взгляд, вопросительно приподняв бровь, словно спрашивая, почему я все еще здесь и зачем уставилась на них. Мы с брюнетом встретились глазами. «Черт, если он убийца, то прямо сейчас он запомнил мое лицо», – пролетело в голове. Из его рта вырвался клубок дыма, перекрыв обзор на секунду, но этого хватило, чтобы я вернулась в реальность.
Развернувшись на носках, я ринулась в сторону дома. Из-за спины донесся задумчивый голос Александры:
– Какая странная девчушка.
– У нее глаза безумные, – подтвердил мужской голос, принадлежавший брюнету.
Звонкий женский смех пронзил улицу.
– Кто бы говорил про безумие, – весело ответила детектив.
Глава 3. Правильно формулируй свои желания
В квартире я обессилено упала на кровать. Люцифер недовольно покинул спальню, виляя пушистым хвостом.
– Вредный котяра, хоть бы чуточку ласки от тебя получить, – бросила я ему вслед.
Мысли крутились вокруг той блондинки. Неужели такая испуганная женщина могла убить своего мужа, а после и себя. В ресторане показалось, что она боялась именно брюнета. Детектив назвала его Малах. «Какое необычное имя», – появилось в голове.
А он назвал ее по имени. При этом обращался к детективу на вы, словно к тете, хотя на вид той было лет тридцать, а ему лет двадцать пять. И что значила последняя фраза Александры?
Руки потянулись к ноутбуку. Если полиция приезжала в ресторан, то об убийстве уже должны прознать журналисты. Как я и думала, Интернет быстро нашел нужную информацию. Убийство и самоубийство в весьма богатой семье.
Я листала новостную ленту в поисках непонятно чего. Вычитывая все, что выдавала Сеть. Блондинка была домохозяйкой. Тридцать восемь лет. Счастливое семейное фото. Родители обнимают двенадцатилетнего сына. Муж – банкир. Большой загородный дом.
– А это еще что? – спросила я в пустоту, нажимая на вкладку.
Статья двухгодичной давности о смерти их сына. По коже поползли мурашки. Волосы на затылке приподнялись. «Как-то много несчастий на одну семью», – пролетела мысль.
Я прикрыла веки, пытаясь успокоить разбушевавшееся сознание. Грудь наполнилась воздухом, выдав свист на выдохе. Это не мое дело, пусть детективы с этим разбираются. У меня хватает и своих проблем.
Закрыв все новости об убийстве разом, я нажала на закладку, которая вела на сайт поиска работы. Вот опять! Господи, как надоело. Пошли мне богатого мужика, что ли. Пусть у него будет огромный загородный дом и работа, за которую хорошо платят. Стараясь не думать больше о блондинке, я открывала все новые и новые вкладки с ненавистными вакансиями.
Вечером того же дня было принято решение приготовить ужин. Раз кормилец в этой квартире вновь один, то побуду домохозяйкой на одни сутки. К приходу Алисы по комнате распространился запах запеканки. Подруга в приподнятом настроении уселась за стол, где ее дожидалось дымящееся блюдо.