Инженер и Княгиня

Глава 21

Глава 21.

Малая Родина…

Больше ко мне особых внимания и почестей не было. Да и не хотелось. Лучше подальше от царских милостей и гнева. Тем более, я в чём-то признании уже не нуждался. Главное, во мне появилось глубокое моральное удовлетворение. Не знаю, что там подвигло лиц наверху, но отцу Вячеслава заслуженно присвоили зажатое когда-то звание Героя Советского Союза! И, на самом деле, геройский был мужик! И сам парень тоже! Теперь на моей груди красовались и два ордена Красной звезды. Тоже боевые награды! Лично сам четырёх шпионов взял! Ведь не растерялся и за Союз отомстил!

Но вот к жестокостям и правилам жизни, особенно в общении с женщинами, Вячеслав всё же оказался неприспособленным. Хотя, и Николай тоже. Если честно, и сам тоже. Всё-таки я в основном как бы Николай, но во мне много и от Вячеслава. И его тело влияет, так и мысли тоже. Тоже не способен защититься от женских коварств, так и подлостей в отношении них не приемлю. У меня одна надежда, что Инга как-нибудь достойно оценит своего мужа. Если и не полюбит, то не будет меня предавать! Бросить её и своих детей — а в этом, раз их схожесть со мной начала проявляться всё сильнее, сомневаться не приходилось, я просто не мог. И мысли насчёт гулянок на стороне приходилось отбрасывать. Воспитание, к сожалению, советское. Пусть даже многие женщины и девушки теперь нежно поглядывали и в мою сторону. Понятно, что в основном такие же стервы, хоть и не хотелось так думать, как Инга и её подруги. Скорее, и опаснее? Ну, их, лесом! После сегодняшнего награждения придётся сильно думать о своём моральном облике. Что можно другим, мне сразу же будут тыкать в глаза. Придётся точно терпеть, пока Инга не уйдёт сама!

Чуть позже ко мне подошёл один из помощников вождя и попросил на время предоставить для копирования фотографию, так и записать рассказы отца, что мне помнилось. Ещё он выпросил, где я остановился. Хотя, только для приличия. Получив ответ, что в гостинице «Москва», он отстал от меня. Как будто об этом не знал.

Концерт, да, был важный. Там присутствовало, чуть ли, не всё руководство Советского Союза. Вроде, прибыл и сам дорогой Ильич, и даже вместе с американским Государственным секретарём Генри Киссинджером. Ну, слышал я про этого еврея. Враг ещё тот, и очень опасный. Оказалось, наверху шли какие-то важные переговоры. А ещё на концерте присутствовала и куча всяких важных чиновников, конечно, вместе с жёнами.

Меня выпустили почти в самом начале. Я вышел на сцену в простом пиджаке, но на груди у меня красовались уже два ордена Красной Звезды и медаль «За отвагу». Наверное, ведущие ожидали, что я просто пролечу как один из не самых важных исполнителей? Ведь никогда на большой сцене не выступал. Записи — это всё же немного другое. Но меня сразу же после «Моей гитары» вызвали на «бис». Раз просят, то я, как меня и предупредили, спел «Если б не было тебя», правда, на русском языке. И снова на «бис»! Но тут я вернулся к концертной программе и спел «Давай за». На удивление, хлопали сильно. Взялся за «Эммануэль», уже на французском языке. Так и указание было, чтобы уважил публику. Наверное, сам Джо Дассен лопнул бы от зависти, как я выступил? И аплодисменты загремели снова! Но концерт всё-таки посвящён Дню победы. Нет, иностранными песнями, даже хорошими, злоупотреблять не стоит. И тогда я просто под гитару спел «Берёзы». Уж о Родине и родных берёзках всегда можно.

— Отчего так в России берёзы шумят,

Отчего белоствольные всё понимают?

У дорог, прислонившись по ветру, стоят,

И листву так печально кидают.

И, конечно, припевы у меня тоже вышли душевными:

— А на сердце опять горячо, горячо,

И опять, и опять без ответа.

А листочек с берёзки упал на плечо,

Он, как я, оторвался от ветра.

И на этот раз, несмотря на присутствие многих важных лиц, мне рукоплескали сильно. Похоже, и они тоже? Я смущённо посмотрел на ведущих, но они лишь махнули рукой, мол, давай. Так что, тут я, раз как бы дали разрешение, взялся, и опять под гитару, за «Боевым награждаются орденом» и после, хоть аплодисменты не утихли, на сцену не вернулся. Пусть ведущие разбираются. Думаю, что никто мне ничего не скажет. И так другие артисты недовольно косились.

Ну а далее концерт продолжился согласно намеченному плану. Кстати, и «Песняров» с их «Берёзовым соком» тоже приняли тепло. И на «бис», хотя, с согласия организаторов, пусть как бы и не по теме, они исполнили «Вологду». А я выступил солистом. Хотя, меня вообще не объявляли. Просто спокойно вышел вместе с «Песнярами», уже переодевшийся в их концертный костюм, и всё. Да, рукоплескали тоже сильно. Правда, потом мы все сразу же убежали со сцены.

Но сюрпризы для меня, оказывается, не кончились. Тут и Хиль отметился с обеими как бы моими песнями. И ведь меня объявили автором! Да, этого я не ожидал! И ближе к концу сам Иосиф Кобзон и хор с оркестром, надо же, даже мои венгерские приятели, исполнили, на удивление, «Малую Землю». Да, получилось мощно! Хотя, опять как бы автора в известность не поставили, но, думаю, только пока. Но меня, как автора, и на этот раз объявили! Да, тут я прогремел на весь Союз! Никого, как меня, несколько раз на сцену не выпускали! Понятно, что дорогой Ильич так захотел. Явно мной заинтересовался. Похоже, далее меня уже трудно будет игнорировать?

Позже я подошёл к своим товарищам из Венгрии, и мы тепло пообщались. Да, уже полгода прошло, как гостил и поработал вместе с ними у них в гарнизоне. Если подумать, и эти музыканты мировые знаменитости. Я же с их оркестром, и успешно, записал вторую часть музыки для Запада. Тут они меня порадовали тем, что Николай Трофимович Саблин уже стал генерал-майором. Я был сильно рад таким хорошим изменениям в жизни боевого товарища, комбата отца Вячеслава. Похоже, что явно он, помимо грамот, добился и награждения меня орденом Красной Звезды. Именно благодаря ему моя командировка в Венгрию получилась интересной. А КГБ, хоть как бы и опекает меня, скорее, хочет лишь пришучить на чём-нибудь антисоветском. Ну, тут я постараюсь им не попасться.