Страница 54 из 96
Следующая рабочая неделя прошла спокойно. Нет, мне опять пришлось отвлечься на монтаж и наладку нового оборудования, даже со сверхурочными. Кубиками и стиральными машинами я уже не интересовался. Сдал, и ладно. Они уже выпускались. Кубики можно было купить, но слышал, что были нарасхват. Стиральные машины собирались на прежнем участке, но немного. О массовом выпуске пока молчали. Хотя, не моё дело. У меня уже есть, и запчасти на всякий случай припас. Вторую машину и разную мелочь я отвёз в общежитие. Вдруг придётся развестись?
Наработки по микроволновке я пока запрятал куда подальше. Не до новых изобретений было. Музыкой тоже не занимался. И Инга, вроде, на репетиции не ходила. По крайней мере, в выходные она из дома никуда не отлучалась. Я не спрашивал, и сама мне ничего не говорила. Хотя, Алина позвонила во вторник и сообщила, что и моя жена, и она сама с мужем тоже ушли из ВИА. А Лариса и не успела записаться. Хотя, она сама мне в среду позвонила и спросила, когда мы с ней отработаем весь танец. Чутко уловила, что не всё доведено. Но тут мне пришлось открыто признаться, что у меня с женой пока напряжённые отношения, и любые встречи с другими женщинами и девушками на грани измены. И девушка ничего настаивать не стала.
Инга, конечно, всё время бросала на меня косые взгляды и как будто чего-то ждала. Но такой уж у меня характер. И Николай долго отходил от своих переживаний. В отличие от жены, теперь мой круг общения и на работе состоял почти из одного мужского пола. Хотя, в последние дни мне оказывали внимание, ну, строили глазки, вполне приятные и серьёзные особы — ну, женщины и девушки и из своего, правда, больше из других отделов, так как их на работе хватало. А тут у вполне подходящего мужика проблемы с женой, почему бы и не попробовать отхватить? Мне их внимание, конечно, было приятно, так уже и сильно истосковался по женским ласкам, но пока нужна была лишь одна единственная женщина на свете, и именно моя жена! К сожалению, вот с ней у меня имелось больше всего проблем.
Вроде, и спокойно было, но устал сильно. Только работа и сон. Дома почти не бывал. Разве что новости узнавал изредка, и то больше на работе. Вот, в городе шла девятая «Музыкальная весна», где выступали композиторы из Польши и Венгрии… Но, конечно, всё это было не по мою честь… Ну, там маршалу Будённому девяносто лет стукнуло или, вот, на Пленуме ЦК КПСС большие и важные перестановки сделали. Ясно, что дорогой Ильич свою власть укреплял. Вроде, и в клятой Америке с индейцами что-то решили. Но все эти новости меня не волновали. У меня в семье непорядок был!
В субботу мне пришлось выйти на работу и даже остаться на сверхурочные. Чтобы отрапортовать о своих трудовых достижениях к празднику, надо было срочно закончить наладку оборудования и принять его в эксплуатацию. Вроде, справились. Хотя, мне было всё равно. У меня наступил какой-то период апатии. Похоже, хоть и совсем молодой, стал слегка сдавать. Всё-таки почти год здесь, и всё время находился под постоянным стрессом, так и вечные напряги с Ингой подействовали. В общем, сдали оборудование. Мне можно было выходить на работу лишь третьего мая. От демонстрации, сославшись на плохое самочувствие, мне удалось откреститься. На самом деле, чувствовалось что-то такое. Словно чудом взобрался на тяжёлую гору, и мне уже всё надоело. Хотелось только лежать и ничего не делать. Разве что ещё на сон тянуло.
По пути домой, я прошёл и мимо Дома культуры имени Гиза. Две недели я не был здесь и слегка и тянуло, но заходить, конечно, не стал. Хотя, объявление извещало, что сегодня состоится концерт ВИА «Май». Он ещё явно и шёл, но я всё-таки отправился домой.
В эту неделю Инга как бы старалась, и назойливо, завоевать моё расположение. И сейчас был приготовлен вкусный ужин, но у меня вообще не было аппетита, и оттого я ограничился только чаем и печеньями. У жены и лицо скривилось от недовольства. Хотя, и в другие дни я не очень обращал внимание на её стряпню. На заводе имелись хорошие столовые и кормили сносно, и дёшево — копеек за пятьдесят всего, так что домой возвращался вполне сытым.
Я лёг спать, вроде, нормально, но вот утром вдруг проснулся разбитым. С трудом встал, сходил куда надо, но меня откровенно шатало и сильно знобило. Обеспокоенная Инга вызвала скорую, но она меня никуда увозить не стала. Врачи вкололи в меня пару уколов, велели постельный режим и обильное питьё и уехали. Как бы обычный грипп на фоне некоторого истощения организма, ага, ещё и нервного. Мол, весной бывает. Нехватка витаминов. Конечно, всё бывает, тем более, после постоянных ссор с неверной женой. Ещё и подлое комсомольское начальство добавило. Ладно, что ещё до проблем с сердцем не дошло. Хотя, вроде, ещё крепок…
Пару дней я по-настоящему болел и лежал. Хотя, и не кашлял, и сопли не текли. Просто какая-то слабость в теле чувствовалась. К чести Инги, она нежно ухаживала за мной. На первое мая у меня и аппетит восстановился. И к вечеру я вполне мог ходить.
— Слава, прости меня! — я, отложив ложку в сторону, удивлённо уставился на Ингу. Она, что, решила объясниться со мной прямо за ужином? Я тут ложку за ложкой аппетитно наворачиваю борщ, хотя, сваренный ей. — Вот, ей богу, ничего с Пашей у меня не было. Поверь! Я его и по телефону послала, и тогда у поликлиники резко обругала и быстро уехала. Думала, отстанет, и всё пройдёт, потому тебе ничего не сказала. Хотя, пока не полезет. Сильно ему досталось. Говорят, всё ещё в больнице лежит, и у него проблемы с милицией и КГБ образовались. Вроде, что-то с валютой. Твой Пётр вчера вечером звонил. Я тебя будить не стала. Всё-таки тебе больше отдыхать и спать надо. Видишь, уже на улучшение пошёл.
— Ну, Инга, я же не бог, чтобы прощать. Ну, не было, и ладно. Но ведь всё равно пыталась меня обмануть. Мы с тобой уже год, как сблизились, и я всё время как на вулкане трясусь. Почитай, мы с тобой толком и не жили. Ненадолго успокаиваемся, и опять что-то случается, и именно у тебя. Вот и сейчас только два месяца успели мирно пожить. И опять на глупостях попалась.
— Ну а сейчас что мешает нам, Слава, помириться? Мы с тобой уже три недели не разговариваем! Так же нельзя! Я всё же твоя жена. Ну, да, обиделся, виновата, но можно же уже отойти?
— Отошёл уже, Инга. Ладно, не мешай, считай, что всё в порядке. Я же не ругаюсь, веду себя тихо, и от домашних дел не отказывался, и за детьми смотрел. Просто немного ушёл в себя, и всё. Что тебя не устраивает? Нормальный, спокойный муж.