Страница 62 из 67
— Есть.
— Алариэль, ты пойдёшь с друидами и укроешься в лесной чаще. По команде вы ударите по правому флангу, надеюсь, вызвав замешательство у противника. Не думаю, что Авал’атар знает о нашем новорождённом союзе.
— Хорошо.
— Сколько у нас кавалерии? — перевёл взгляд на Дастина.
— Две тысячи, ещё две пока в пути. Должны успеть, но это не точно.
— Значит, будем как-то справляться без них. Кавалерия выстаивается таким образом, — я поставил фигуры коней за арбалетчиков, — затем, когда полк противника, после минного поля и противопехотных установок двинется на нас, вы, вот таким образом, широкой дугой огибаете войско по флангам и ударяете вместе с остальными силами. Когда конница покинет своё первоначальное положение, пехота, выстроенная клином, принимает в свои ряды арбалетчиков и ударяет в сердце противника. Задача рассечь войско надвое, чтобы их спины не были прикрыты. По внешним сторонам клина выставить людей, с навыком использования огнестрельного оружия. Остальных сформировать в отряды и расположить между клиньями. Разумеете?
— Доходчиво.
— Вполне.
— Ясно.
Нестройно отозвались воеводы.
— Тогда свободны. Проверяйте снаряжение и готовьте людей. Мне нужны добровольцы, чтобы заминировать поле. Жду всех желающих на месте.
— И да помогут нам Боги.
Верхом на Фенрире я сидел с закрытыми глазами. Глубоко вдохнул, сосредотачиваясь на собственных ощущениях. Шелест ветра, скрежет металла, фырканье лошадей, урчание варгов, оглушительный грохот моего сердца и… эхо вражеского марша. Они в такт своему шагу били в щиты, стремясь нагнать на противника ужас. Быть может, это и неплохой способ, но воины, собравшиеся за моей спиной, не испытывают страха. Только лишь облегчение. Они или умрут, или обретут свободу. Третьего не дано.
Из-за далекого горизонта показалась первая темная полоса. Она разрасталась и расширялась, поглощая своей чернотой зелень травы. Бесконечная вереница выплескивалась вовне, укрывая землю. Нашу землю. Об этом нам предстоит напомнить всему миру, ибо слишком долго пробыл добрый народ под вражеским игом.
— Что скажешь? — шепнул Даэрон, стоящий за моим правым плечом. Мы возглавляли один из пяти клиньев и должны были вести войско в бой. На острие остальных стояли Эйвар, Бруни, Аголон и Дастин.
— Не могу поверить, что этот день настал. Наконец-то.
— Что скажешь о воинах? — уточнил свой вопрос.
— Они мертвецы, если не отступят, — Даэрон сверкал глазами из прорезей шлема.
— Кажется, их больше двадцати тысяч.
— Больше корма диким зверям, — осклабился друг.
Ветер доносил звук приближающегося войска. Все громче и громче. Черные доспехи звенели, воины чеканили шаг. Наконец по команде они остановились, как вкопанные. Снова приказ и бойцы за считанные минуты переформировались в каре. Кавалерия выдвинулась вперед и замерла.
Над полем сражения повисла гробовая тишина. Только звук развевающегося знамени. Я щурил глаза, высматривая Авал’атара, но безуспешно. То ли его нет, то ли он где-то позади, то ли переоделся в рядового солдата, снимая с себя угрозу повышенной опасности. Зато мой закадычный друг — Ронан — светил здоровым глазом, празднично прикрыв второй белой повязкой. Удивительно, что он еще жив, после таких-то косяков. Видимо, на счету каждый маг.
— Не за меня бейтесь, но за свою родину, — негромко проговорил я. Мои слова тут же подхватили бойцы, стоящие рядом, и потекли дальше по отрядам.
Фенрир нетерпеливо танцевал подо мной в предвкушении предстоящей битвы. Я пальцами нащупал рог, не отрывая взгляда от армии противника. Гладкость кости успокаивала натянутые нервы.
С той стороны долетело эхо мужского голоса. Слов не разобрать, но это точно вдохновляющие речи. В ответ на призыв воины зашумели, забили по земле рукоятями орудий, застучали в щиты. А потом ряды разомкнулись и навстречу нам понеслась конница.
— Держать строй! — во всю мощь легких выкрикнул я. — Щиты!
Оглушительный скрежет металла за моей спиной придавал уверенности.
Я не один.
Нас тысячи.
И мы жаждем крови.
Нас накрыл град вражеских стрел, а затем резко стих.
Первый взрыв брызнул камнями и вспоротой почвой в стороны. Месиво из лошадей и всадников разлетелось в стороны, окропляя товарищей кровью. Снова взрыв. А за ним еще один. Мы заминировали большой участок в шахматном порядке. Доберутся до нас только самые везучие…
Паника не дает противнику остановиться и все обдумать. Они продолжают упорно гнать лошадей, лишая себя и животных конечностей. Вот он — элемент неожиданности.
Крики и ржание коней, хлопки взрывов заглушили свист стрел. С левого фланга бойцов, ошеломленно наблюдавших за мясорубкой на фронтовой зоне, накрыло облако стрел. Следом в движение пришли арбалетчики.
Я про себя вел отсчет.
Раз…два…три… десять — пли.
Раз… два… три… десять — пли.
— Хорошо! Держать темп! Не останавливаться!
На той стороне, воины, при попадании в них бронебойных снарядов, отлетали на полметра назад. Падали и уже не могли подняться.
Небо мигнуло молнией. Заклубилось, забурлило, разверзлось над холмом, где расположились лучники, и испустило десятки змеевидных разрядов. Каждое попадание испепеляло человека до состояния угля.
— А вот и маги, — прорычал я.
Как только действие заклинания окончилось, где-то на левом фланге разорвался снаряд гранатомета, очистив приличный радиус от гнусной скверны. В ответ на моих ребят обрушились огненные столпы…
— Смотри! — крикнул Даэрон, отвлекая меня от левого фланга. Я вернул внимание наступающим силам, отмечая, что все мины разминированы телами. Земля усыпана плохо перемолотым фаршем, но противника это не останавливает. По ту сторону поля раздаются четкие приказы, исполнять которые примороженные страхом воины, не рады, но обязаны.
Они продирались через месиво своих товарищей с каждым мгновением приближаясь к натянутым проводам.
Вспышка. Крик. Дым. Смрад горелой плоти.
Несколько сотен замертво легло у растяжки по всей ее длине. Вторая волна воинов оказалась смышленее. Они перепрыгивали установку, высоко задирая ноги, но натыкались на последующую. И так пять раз, пока наконец первый боец не преодолел все препятствия.
Между тем, на левом фланге разверзлось настоящее противостояние. Маги против гранатометчиков, ловко скрывающихся в скалах и ущельях хребта…
Арбалетчики снимали первопроходцев, но их с каждой секундой становилось все больше и больше. Вместе с общей массой к нам пробиралось несколько магов, испепеляющих противопехотные установки огнем и открывающих путь своим отрядам.
Когда артиллерия перестала справляться с наплывом врага, я вынул рог и громко в него затрубил.
Фенрир возбужденно подскочил на месте. Запрокинув голову к хмурому небу, вторя мне, громко и протяжно завыл.
Я метнул взгляд за реку. Над черным лесом вспорхнули птицы и разлетелись в разные стороны. Деревья затряслись и затрещали. Первым из чащи выскочил волк Алариэль с принцессой на спине. Она с гордостью держала бабкин посох, ярко сияющий самоцветом в сером пространстве. Бегущие на нас воины замедлились и оглянулись.
Узнали…
Девушка это подметила. Самодовольно ухмыльнулась, вставила два пальца в рот и оглушительно свистнула.
Под ногами затряслась земля.
Из леса на опушку вывались этруссы вперемешку с варгами. На их спинах восседали друиды, обделенные способностью принимать звериную личину. Когда Эли послала волка в бока, и он в один широченный прыжок перемахнул речушку, за ней во весь опор бросились остальные.
— Кавалерия! — скомандовал я, тревожно наблюдая, как отряд друидов схлестнулся с правым флангом врага.
Алариэль отстреливалась из лука, а когда ее волка сбили с ног, принялась вытворять магию, зачищая рядом с собой пространство от врагов.
Конница, по тактическому замыслу, разделилась надвое и обогнула противника по дуге, пополняя силы на левом и правом фланге.
Пришла и наша очередь.