Страница 102 из 106
— Ты не заслужил этого, Астор… — хрипло сказала Сатис, смотря, как быстро лилась кровь из его шеи.
Девушка закрыла ему глаза и резко вздрогнула, когда по коридору эхом промчался испуганный крик Солярии. А затем раздался незнакомый голос. Но она поняла, кому он принадлежит, и по ее кожи поползли мурашки.
— Ну здравствуй, Солярия.
— Эрамгедон!
Крепко держа свой пистолет, Сатис осторожно направилась навстречу голосам. Руки горели от мысли пристрелить этого тирана. Отомстить за смерть брата, Астора, за других, за пролитую кровь, за все те ужасы, что нанес он невинным…
Девушка подошла на звук. Голоса раздавались в небольшой комнате, окруженной высокими книжными стеллажами. Дверь была приоткрыта.
Сатис спряталась, плотнее прижимаясь спиной к стене. Пистолет в ее руках дрожал. Она напрягла слух и прислушалась.
— Ну и как тебе мой фестиваль огней, дорогая Солярия? Оценила? — хриплым и самодовольным голосом прошептал Эрамгедон.
По стене промчался грохот. Сатис обуяли мурашки. Она осторожно заглянула в проем.
Эрамгедон сжал Солярию за горло и прижал ее к стене, приподняв над полом. Женщина сопротивлялась, сжимая своими тонкими руками его напряжённый кулак, дергалась ногами, но Эрамгедон ещё сильнее стукнул ее головой по стене.
— Оценила? Понравилось?
— Ты чудовище… — сквозь зубы прошипела Солярия.
— Отдавай по-хорошему свой каллион, или я сейчас живьём спущу с тебя шкуру.
По позвоночнику Сатис пробежал холод. Она не верила своим глазам. Она видела знаменитого монстра Вселенной вживую. Эрамгедон был таким привлекательным. И таким страшным одновременно. Вокруг него вихрилась сокрушительная мощь высшей силы, ослепляющей ярости, божественной надменности и ликующего восторга. Он одновременно объединял в себе столько пугающего, столько бесконечной тьмы, что Сатис с трудом смогла устоять на ногах и спокойно смотреть на него.
Сатис медленно направила на затылок Эрамгедона дуло своего пистолета. Оружие затряслось ещё сильней. Девушка пыталась сохранить хладнокровие, но пистолет продолжал трястись.
И тут она поняла, что он дрожал не от страха. Вокруг Эрамгедона кружила мощная энергия. Она заставляла оружие трястись.
Сатис дернула за рычаг. Но пуля не вылетела…
По пистолету побежали трещины.
«Нет!» — рявкнула она и быстро спряталась за стеной.
— Даже если ты получишь все каллионы, портал открыть тебе не удастся. — хрипло прошипела Солярия. — Палладинеянцы тебя не впустят. Они куда сильнее тебя…
Эрамгедон ещё сильней ее стукнул головой по стене. Сатис затряслась. Она хотела помочь своей приемной матери, но не ведала как.
Наброситься на Эрамгедона сзади — полное самоубийство. Она нужна миссии, команде, она натренирована так, что сможет пережить предстоящие пять миров…
И она должна сдержать свое обещание брату…
Сатис ещё раз направила пистолет Эрамгедону в затылок и попыталась выстрелить. Но пуля не хотела вылетать. Энергия, кружащаяся вокруг тирана, не позволяла…И по всему корпусу змейкой промчалась трещина.
Сатис с трудом сдержала стон разочарования. Внезапно ее взгляд застыл на руке Солярии, прижавшейся к выпуклой красной кнопке. Если Солярия надавит на эту кнопку, в комнате взорвется бомба. Так было сделано специально на случай, если сюда заявится чужак с плохими намерениями, и он перепутает эту кнопку с включателем.
Но тогда Солярия не успеет сбежать и сгорит вместе с Эрамгедоном…
Сатис ещё сильней затрясло от этой мысли, и пистолет выпал из рук. Но его звонкий стук заглушил крик Солярии.
Сатис тихо приподняла оружие и увидела разломанный корпус. Некогда твердый непробиваемый…его разрушила сила Эрамгедона. Сатис осторожно заглянула в комнату. С глаз и носа Солярии лилась кровь. Эрамгедон вновь ее стукнул затылком по стене. Сатис задрожала от увиденного. «Он каким-то образом влияет на ее тело, заставляет кровь из глаз литься…» — ахнула она от собственного предположения.
Сквозь льющуюся кровь взгляд Солярии застыл на Сатис, и женщина ей кивнула и пошевелила губами слово «Беги». Сатис покачала головой. Женщина опустила глаза на кнопку, ожидающую смертного часа, и шепнула Императору:
— Я не боюсь смерти, я боюсь того, что они не успеют.
— Кто не успеет? — ехидно спросил Эрамгедон, прищурив глаза.
— Они должны успеть, они должны избавиться от тебя…и я в них верю! Беги!!!
И Солярия нажала на кнопку.
Сатис тут же рванула.
Комнату пронзил страшный взрыв. Огонь окутал своими громадными языками пламени все пространство, ничего не пощадив своим жаром.
Сатис бежала сломя голову навстречу к звездолёту. Но видела она с трудом, слезы застелили перед ней все…
Семья мертва. Дом уничтожен. Эрамгедон захватил ее мир и поглотил его в огне…
Девушка добежала до лифта и быстро нажала на кнопку. Дверцы закрылись, и кабина помчалась вниз. Сатис устало прислонилась спиной к стенке и сползла вниз. Взгляд застыл на окнах, а за ними повсюду кружил дым и огонь. Гигантский ящер бродил по улицам и разрушал высотные здания мощными ударами хвоста и массивными лапами. Орионские истребители пытались атаковать его, но стоило им только подлететь, как ящер обрушивал на них из своей пасти длинное пламя огня. А некоторые взрывались по пути под волей могущественной высшей силы.
Все вокруг уничтожено…
Она знала, что Эрамгедон выйдет живым. Он бессмертен.
«Она подожгла комнату, чтобы не дать ему убить себя. Тогда каллион ему не должен достаться…» — думала в надежде Сатис.
«Но что если все равно достанется…»
Женщина пожертвовала собой, чтобы Сатис успела сбежать и спрятаться в звездолете.
Сатис не выдержала, громко закричала и прижала к лицу ладони, которые тотчас пропитались слезами горя.
***
Огонь не принес ему боли. Огонь слушался его, ведь был частью его силы, частью элемента Гармония, энергии четырех стихий. Гигантские языки пламени расходились перед ним, открывая путь. Они сжигали и превращали всю комнату в пепел, разрывали труп Верховного лидера Ориона, но ему позволили пройти мимо себя. Эрамгедон вышел из горящей комнаты, сжимая покрасневшими пальцами сверкающий камень каллиона. По пальцам и камню стекала синяя кровь.
— Идиотка…чуть не убила себя сама…но я вовремя свернул тебе шею… — злобно прошептал он.
Эрамгедон оглядел горящую комнату.
— Думала меня это убьет? Я бессмертный…или ты думала, что убьешь саму себя, и каллион мне не достанется? Нет уж. — он издал смешок, видя сквозь огонь ее бездыханное темнеющее тело с огромной дырой в области застывшего сердца, где хранился каллион. — Я оказался быстрее этого взрыва. И вырвал его из тебя. Теперь он мой. — Император довольно оглядел испачканный кровью сверкающий камень в своих руках.
Величественной быстрой походкой он пошел по коридору, наполненному мертвецами, к лифту. Вскоре спустился вниз и оказался на площади, окруженной военными кораблями. Молнии разрывали небо, освещая сражения яркими вспышками. Отблески пламени на оружиях и доспехах солдат отражались в глазах монстров. Вихрь смертельного танца продолжался, каждый отчаянно друг с другом сражался. Орионцы не сдавались, разрубая своих врагов по кускам, ивенги и нейптолы, как всегда, казались отражением жестокой смерти и отражали убийственные удары, нанося солдатам невыносимую боль. Никто не видел Эрамгедона, медленно выходящего из высоких дверей.
Эрамгедон вытянул вперёд руку, направив поток своей энергии, и все резко замерли от тяжёлой силы, навалившейся свинцом. Каждый монстр, бандит, орионский солдат застывшим ошеломлённым взглядом пронзили Императора. Он вышел из порога и вытянул вперёд сжимающий окровавленный каллион.
Орионские солдаты, осознав кошмар всей ситуации, хотели наброситься на него, но не смогли даже пошевелиться. Сила, кружащаяся вокруг, крепко сдавливала их и не позволяла сделать шаг.
Эрамгедон медленно зашагал по площади. Все приспешники вокруг него кланялись. Эрамгедон довольно засиял.