Страница 4 из 8
Опускаю глаза, нервничаю под его пристальным взглядом «повелителя». Мужчина продолжает смотреть, не обращая внимания, что мне явно не нравится такой поворот событий. Время тянется непозволительно долго. Решаюсь, поднимаю глаза. Пусть знает, что я могу ответить, постоять за себя. В упор разглядываю наглеца.
Широкоплечий.
Самоуверенный.
Дерзкий.
Красивый русский мужик.
Ноги широко расставлены, руки в карманах. Метр девяносто накаченного тестостерона, одетого в тёмно-синие джинсы, белую футболку.
Скольжу взглядом выше.
Крутая шея, на ней замысловатая татуировка, и серебряная цепочка, все это хозяйство дружно ускользает под ворот футболки.
Гляжу на Михаила, и тревога за собственное будущее возвращается, бьет в грудь, застилает взгляд.
Мужчина рассматривает меня потемневшим взглядом. Глядит не как на соседку, а как на женщину. Я в шоке. Что за дела? Вроде повода не давала усомниться в своей порядочности.
Он морально давит на меня, мне это не нравится!
Покрываюсь холодным потом, вспоминая, что я как дура играла сегодня с жизнью! А если бы случилось страшное? То моя Стешенька бы страдала! Как я могла?! В голове звенит.
Пульс шкалит от того, что горячий взгляд внаглую ползает по моей фигуре. Это что хэрасмент? Или мужик тупо «голодный»?
Яркое весеннее солнце светит в глаза, щурюсь, возвращаюсь взглядом к мужчине. Он к этому моменту полностью теряет ко мне интерес, глядит на пришлого детдомовского.
— Алёша, любишь пирог с рыбой? — интересуется сосед у мальчика.
Ребенок мотает головой:
— Не люблю рыбу! Бургер есть?
— Люблю-не люблю, — бурчит Аннушка, — мы здесь не на ромашках гадаем. — Садись, ешь, что дают.
Мальчишка бурчит недовольно, но занимает место за столом. Следуем его примеру.
— Полина, — полковник глядит на меня, прищурившись. — Мою маму тоже зовут Полина! Самое красивое имя на свете.
— Спасибо, — радуюсь тому, что не ем, иначе, поперхнулась бы. Комплимент прозвучал таким голосом, будто мне его ввернули под кожу и в душу забили шпильку.
Глава 5
Михаил
После завтрака благодарю Анну Ильиничну, с трудом выдворяю женщину из дома. Она свое дело сделала, свободна.
Нутром ощущаю, что сейчас нам лучше остаться втроем. Хотя по нервной фигурке Поли, замечаю, что ей не очень нравится такой поворот событий.
Усаживаю двух непрошенных гостей на диван с кремовыми подушками, разглядываю красивую женщину моих лет, но я явно ухоженную. Решаю начать разговор именно с нее, поэтому выпроваживаю мальчишку.
— Лёш, иди в зал, телевизор посмотри.
Подкидыш спокойно поднимается, следует туда, куда его послали. В дверях останавливается, замирает, поворачиваясь к нам, задает вопрос, на который у меня нет ответа:
— Пап, ты же не сдашь меня обратно в детский дом?!
Готов зарычать от бессилия, но вовремя выручает Полина. Бросает на мальчика теплый взгляд.
— Алексей, мы не можем держать тебя у себя! Пойми, ты должен пока вернуться в детдом, до выяснения всех обстоятельств. Мы обещаем найти твоего брата Антона.
— Тогда я сбегу от вас, — внезапно мальчик становится агрессивным, — пойду искать брата сам!
— Успокойся! Не сдам я тебя. По крайней мере до тех пор, пока не найду твою мать, — отвечаю сам за себя, набравшись храбрости.
Пацан поворачивается ко мне, благодарно улыбается.
— Спасибо, пап.
— Стоп! А вот с «папой» давай переждем, доказательств пока нет.
— Хочешь, чтобы я сдал тест? — обиженно интересуется малец.
— Не исключено. Но для начала было бы неплохо найти твою мать, тогда бы всё встало на свои места. Так-то я смотрю на тебя и абсолютно не понимаю, на кого ты похож, — нервно провожу по волосам.
Пацан, будто, обезьянничает, тоже проводит рукой по русым волосам.
Девушка с копной светлых волос обворожительно хихикает:
— Что? — сверлю соседку гневным взглядом.
— Так-то, мальчик на вас похож! Маленькая копия. Хотя…
— Что?..
— Может, пацаненку повезет, мамин характер достанется? — с издевкой щебечет блондинка.
Вот как? Зря ты так!
— Поживешь у нее! — показываю парнишке рукой на многоговорящую девушку.
Ее спокойствию тут же приходит конец — ерзает на кремовом диване.
Радуюсь. Отомстил, так отомстил. Тру руки.
Гляжу на дальнейшую реакцию Полины — сцепляет зубы, ждет пока мальчик выйдет из комнаты.
— Что не так? — подхожу к ней близко, беру ее за руку, заставляю встать с дивана.
На девушке дурацкая бабская кофта. Бесит. Мешает любоваться.
— Сними, — приказываю едва слышно.
— Что?..
— Кофту сними…
Хлопает на меня невозможными серыми. Не дожидаясь, пока соизволит выполнить поручение, сдираю с нее чужую тряпку.
— Тебе не идут дешевые вещи, — шепчу ей в губы. — Я куплю тебе много красивых, если захочешь…
— Что ты себе позволяешь? — шипит еле слышно. Вся дрожит.
— Взаимную помощь…
— Я не оказываю сексуальные услуги, даже полковникам, — цедит сквозь зубы, испепеляя меня серым взглядом.
— Послушай, Полина Андреева. Ты — мать, потерявшая после развода дочь. Я — полковник МЧС Михаил Воронцов, волк-одиночка, которому на голову свалилась маленькая щепетильная проблема в лице ребенка, с которым я не знаю, что делать. Мы с тобой похожи! Никому не доверяем, никого не любим. Предлагаю взаимовыгодное сотрудничество! Ты мне… я тебе.
— Воронцов, предлагаешь мне искать мать твоего вновь обретенного сына?
— Да, — бросаю сухо молодой женщине. — Наконец-то, догадалась.
— Назови хоть одну причину, почему должна это делать! Ты явно перепутал меня с подчиненными. Я сама служила в ментовке, умею сопротивляться таким как ты.
— Каким?
— Прессующим! Эгоистам!
— Не верю!..
— Чему?
— Чтобы такая божественно красивая женщина служила в полиции, — не выдерживаю, прикасаюсь пальцами к идеальному лицу блондинки. Ощупываю глазами ее сногсшибательную фигуру. — Поможешь мне, помогу тебе! У меня возможностей больше, чем у твоего муженька.
Не замечаю, как мои руки перестают слушаться мозг. Подушечками пальцев оглаживаю женские оголенные плечи.
— Спятил? — женские когти оцарапывают мне руку.
Автоматически злюсь на ее реакцию. Как она смеет мне перечить?
Я привык, что женщины бегают за мной, а эта с цветом густого серого тумана в глазах сопротивляется… чем сильно заводит.
Не отрываясь, глядим друг на друга.
Девушка вздыхает. На шее под тонкой молочной кожей пульсирует венка. Рыскаю глазами по крышесносной самой сексуальной шее на свете, натыкаюсь на милую родинку.
Ем девчонку глазами. Уверен, что ее кожа бархатная, если попробовать языком или губами.
Вседозволенность и страсть заполняют меня, топят, отнимают разум. Залипая на родинке, касаюсь шеи губами. Провожу языком, цепляю кожу. Сладкая, нежная, бархатная.
Кайф бьет по мозгам хлеще, чем алкоголь.
Звонкая пощечина отрезвляет.
— Я тебя засужу!
— Полина, извини, — прихожу в себя, — не понимаю, что со мной произошло. Одним словом, морок спадает.
Громкий звонок мобильного спасает от объяснений. Отвечаю, не глядя на экран. Нутром чувствую, что это сестра.
— Маша, у меня огромные проблемы, я не смогу приехать!
— Миша, это ты послушай! У меня один-единственный родной брат, и вчера он получил погоны полковника, а я до сих пор не поздравила его!
— Так-то всё верно! Но ты же понимаешь, что я никуда не денусь. Позже отпразднуем!
— Поздно… — шипит нахально Машуня.
— Что поздно? — сердце неприятно ёкает.
— Мы стоим за твоей дверью. Открывай!
— Вашу Машу! — в сердцах бросаю трубку на диван.
— Что еще случилось? — Полина нервно прикрывается кофтой.
— С моей семьей будешь знакомиться.
— Зачем?
— Узнаешь!..
Глава 6
Михаил
— Эй, пацан, иди сюда! — зову малого, прилипшего к экрану огромной плазы в половину стены.