Страница 3 из 36
- Аика! – голос обжигал гневными огоньками. – Мы должны идти!
- Я не должна, – вырвав руку, тихо проговорила Аика, делая ударение на последнем слове. – Я хочу, и узнать, и понять, – это она сказала, подходя к Карасу.
Произнесла она это с уверенностью, которую совсем не чувствовала. Слишком она боялась его способности обнажать нутро человека.
Карас сверкнул белозубой улыбкой. Он был весьма симпатичным парнем и, несмотря на свою своеобразную репутацию, пользовался успехом у противоположного пола. Его светло-русые волосы, стянутые в небрежный хвост, резко контрастировали с чёрными глазами, что всегда привлекало к нему внимание. Он всегда знал, что нужно сказать девушке. Вот и в этот раз, он понял, что маленькая провинциалка побаивается его.
- Ты хочешь узнать… – начал он, опускаясь на стул, и пристраивая ноги на соседнем.
- Я хочу узнать, почему со мной перестали общаться. – Аика прислонилась к столу напротив, не обращая внимания на Синан, стоявшую у дверей и не спускающую с них горящего взгляда.
- Ну, конечно, отношения, эмоции… - пробормотал Карас, разглядывая девушку. – Льянс по прибытии в Академию начала распускать слухи о том, что ты очень неразборчива в отношениях, часто разлучаешь пары, и из своих родных мест ты уехала потому, что перессорилась со всеми.
Как будто росчерк молнии.
С каждым произнесённым словом из неё, казалось, уходили краски жизни. Она побледнела так, словно собиралась соперничать с саваном.
- Ты собираешься слушать этот пьяный бред? – голос Синан звучал неприятно скрипуче.
Не оглядываясь на неё, Карас продолжил:
- Первое время она заводила разговоры о том, что ты незаконнорожденная. Но в столице, да и в любом крупном городе, к этому относятся более спокойно. Тогда пошли рассказы о том, что ты охоча до чужих парней. Этому поверили. А то, что рассказчица сама тем же грешит, никого не смутило. Люди - странные существа, – он слегка прищурился. – Бессмысленно пытаться разобраться в логике их мышления. Так о чём я? Ах, да. Большинство твоих так называемых подруг решило, что от тебя нужно держаться подальше. После того как мужчина твоей мечты изменил тебе, переметнувшись к лучшей подруге, ты начала подыскивать себе комнату для переселения. Думаю, не ошибусь, предположив, что ты не хотела своим присутствием мешать новоявленной парочке. Только вот у некоторых были на тебя другие планы. Даже одинокие студентки, с которыми ты смогла договориться, вдруг меняли планы и под разными предлогами отказывали тебе. Это подействовала шепотом поведанная информация о том, что ты болеешь редким заболеванием, сопровождаемым приступами. Знаешь, я всё думал, когда же ты очнёшься, – Яри наклонил голову, словно прислушиваясь к тому, как в душе девушки что-то рвётся. – Когда же ты, наконец, поймёшь, что тебя используют. Я не знаю, что было у вас в прошлом, но уверен, что она не раз и не два причиняла тебе боль. Рискну предположить, что женоподобный Лифар не первый кого у тебя увели. Вроде бы не глупая, и должна была почувствовать. Когда ты здесь появилась, ты должна была ощущать освобождение. Правда, свободой ты недолго наслаждалась, Льянс сумела тебя отыскать. Видимо ты очень вкусная, раз она так быстро тебя догнала.
- Надеюсь, ты не настолько поглупела, чтобы верить в эти бредни?
Аика, простоявшая неподвижно в течение изредка перебиваемого монолога, шевельнулась. Словно ожившая кукла с пустыми глазами. Она сделала пару шагов вперёд, повернулась, дошла до двери, обошла препятствие в виде фигуры, смотрящей на неё злыми глазами, и вышла.
- И чего ты хотел этим добиться? – от перекосившей лицо ненависти белокурая Синан перестала быть похожей на себя.
- Понаблюдаю, каково тебе будет, лишённой возможности высасывать из неё эмоции. Чувствовать сама ты не способна. Что же ты будешь делать теперь, когда тебе некого имитировать?
Глава 3. Убежище
Ночь.
Окна погасли, пряча за тёмными стеклами спящих жителей. Лишь уличные фонари продолжали светить, поджидая припозднившихся гуляк.
Зима очень неохотно уступала свои позиции. Если днём весна ещё могла намекнуть о своём приходе тёплыми солнечными лучами, терпким запахом оживающей земли, то ночью ослабевший морозец ещё скалил зубы. Лужи сковывало наледью, капель застывала на весу…
Карас Яри шёл ленивым шагом довольного жизнью в целом, и сегодняшним днём в частности, человека. Лишь холод и желание поспать заставляли его ускоряться и не слишком увлекаться хрустом ломающегося под сапогами льда. Подойдя к воротам Академии, он нащупал в кармане монету, и зажал её между пальцами, приготовившись привычно сунуть в карман привратнику. Но постучать он не успел. Неожиданно перед ним появилась женская фигура, закутанная в тёмный плащ.
- Линаэрт, тебе удалось то, чем немногие могут похвастаться. Ты меня напугала.
- Ин Яри, я поджидала вас здесь, чтобы попросить о помощи. Не могли бы вы приютить меня на некоторое время?
Мечтающий о теплой постели Карас, облокотился о столбик ворот и зацокал языком:
- Ну, во-первых, тебя не пустят в мужское общежитие, а во-вторых, ты не права, это Льянс должна убираться из твоей комнаты, а не ты искать другую.
- Это невозможно. Я забрала документы.
Опешивший вначале Карас застыл, затем обхватил плечи девушки и развернул её к фонарю.
- О чем ты, Линаэрт, повтори?
- Я забрала документы, – послушно произнесла Аика.
Молодой человек шумно и длинно вдохнул, а затем медленно выдохнул:
- Я тебе говорил, что ты умная? Забудь. Ты оказалась непроходимо тупа. - Встряхнув, он оттолкнул девушку, засунул руки в карманы, задумался, затем сказал: – Ладно, вот что мы сделаем. Пойдем в администрацию, я покаюсь, скажу, что подшутил над тобой, ты поверила и потому совершила эту глупость.
- Я туда не вернусь, – голос был тихим, но не страдал отсутствием твердости.
- Аика, пойми, ты делаешь неправильный шаг. Я открыл тебе глаза не для того чтобы ты разрушила свою жизнь, а чтобы отсекла от неё всё ненужное.
- С этим покончено, – упрямо ответила девушка. – Мне просто нужна ваша помощь.
Глядя на хрупкую фигурку, от которой веяло холодом, словно уличный мороз добрался и до неё, Карас прислонился спиной к калитке и устало спросил:
- В чём?
- Мне негде жить. Я никого не знаю в столице. Позвольте пожить у вас некоторое время.
- Я же уже говорил, я не смогу поселить тебя в мужском корпусе. Здесь с этим строго
- А дом в городе?
- Какой дом?..
- Ну, вы же где-то ночуете?
- Да-а, – потянул насмешливо Карас, – только в бордель со «своим» не пускают.
- То есть, у вас нет…
- У меня нет здесь недвижимости, моя родня живёт далеко на юге, и единственное моё жильё – это комната в общежитии.
Аике казалось, что если Карас откажет ей она впадет в уныние от безысходности. Но в ней ничего не шелохнулось, словно уходящая зима сумела заморозить её изнутри.
То, что она услышала и узнала о себе и своем окружении сегодня днём, подействовало на неё настолько сильно, что она на время потеряла возможность мыслить. Как оживший мертвец, без чувств, без мыслей, ничего не видя и не слыша, она шла по лабиринтам коридоров. Аика так и не поняла, как добралась до комнаты, которую они занимали на пару с Синан. Но приторный аромат духов, от которого она всегда задыхалась, вывел её из ступора. Оглядевшись, отметила насколько здесь всё устроено по вкусу её, так называемой, подруги. В голове забилась единственная мысль: – «Я здесь не останусь», которая пульсируя, заставляла двигаться быстрее. Ей не понадобилось много времени, чтобы собрать свои вещи, и, добравшись до административного крыла объявить о своём уходе. То как ей легко подписали все бумаги, было настолько удивительным, что сумело даже пробиться через её отрешенность. Попросив привратника присмотреть за сумками, она закрыла калитку Академии, где-то в глубине души понимая, что с этим действием завершается определённый этап её жизни. Гуляя среди шумной толпы, она пыталась собрать разбежавшиеся мысли, чтобы решить, что же ей делать дальше. Зная, что она будет учиться в столице, её приёмные родители решили завести ребенка. Они имели право на счастье. Но даже если бы не это – она всё равно не вернулась в родные места. Слишком много усилий ей пришлось приложить, чтобы убежать оттуда. Несмотря на то, что жизнь в столице дорога, уезжать отсюда она не собиралась. У неё нет образования, негде жить, но с её происхождением ей всё же будет проще здесь, чем в провинции. Аика не забыла, во что жрецы могут превратить жизнь неугодных им людей. Вместо этого она решила рискнуть и попросить помощи у Караса. Она ещё раньше заметила, что, несмотря на всю свою несносность, он ни о ком ничего не говорил за глаза. Никогда не подличал, а к честным и порядочным людям относился со всей уважительностью. Поскольку он ни на чём не экономил, часто не ночевал в стенах Академии и возвращался всегда одетым с иголочки, у многих появилось предположение, что у него есть дом в столице. Это и ввело в заблуждение Аику, которая уже полночи поджидала его под воротами.