Страница 17 из 36
Он ушёл не прощаясь.
Вот только перед уходом бросил взгляд на зелёную папку и покачал головой: «А для кого она старается - остаётся загадкой»…
Аика удивлённо разглядывала непонятный плод. Он был ярко-оранжевого цвета, похожий на небольшую сливу. Она только прикоснулась к нему, когда за спиной раздался голос:
- Будь осторожна.
Аика вздрогнув, обернулась. Делар стоял, прислонившись к дереву. Девушка напряглась в ожидании новой волны вопросов, больше напоминающих допрос.
Но Делар молча сорвал «сливу» и положил ей на ладонь.
- Это очень коварная ягода, – мягко сказал рентой. – Из-за того что покрыта щетинками. Они не заметны, но их можно почувствовать. Попробуй сама, – он провёл пальчиком другой её руки по плоду, позволяя убедиться в своих словах.
- Вы что решили поменять тактику? – спросила сбитая с толку Аика.
- Нет, я подумал, что раз приехал отдыхать, то должен отдыхать. А не вести себя… как на работе.
Делар не стал озвучивать, что решил отложить наказание: «Можно ведь просто наслаждаться этими днями, тем более что заплачено за них сверх меры. Как знать, может, я и вовсе передумаю?..»
Аика смотрела недоверчиво и настороженно.
- Так вот, - продолжил Делар. – Я впервые увидел такой куст в королевском саду. По глупости решил попробовать. Только сунул в рот ягоду, как из-за угла появилась королева в сопровождении своих вечно хихикающих фрейлин. Меня окружили со всех сторон, а Её величество попросила рассудить спор девушек: у кого из них белее кожа. – Делар словно забывшись, чуть поглаживал руку Аики. – Я, как и полагалось, собрался объявить, что никто не может сравниться с красивейшей из женщин, то бишь королевой. То, что во рту, нужно было или проглотить или выплюнуть… Я проглотил. – Он хохотнул. – То есть, попытался проглотить. Но щетинки встопорщились, ягода застряла в глотке и я начал давиться. Тут-то всё и завертелось – королева в обмороке, фрейлины – в ужасе. В итоге король попросил меня некоторое время не появляться во дворце, мол, его жена была страшно напугана моей реакцией на простой вопрос. Хотя мне это было только на руку. А этот куст я посадил как напоминание. Ну и повод лишний раз посмеяться над собой.
- Так это что, несъедобно? – удивлённо спросила Аика, рассматривая странную ягоду у себя на ладони.
- Ну почему же, – ответил Делар, - съедобно, если предварительно замочить в горячей воде. – Он обхватил её руку, переплетая пальцы. – Пойдем, я покажу тебе сад. Ты, наверное, думаешь, что весь его изучила? – Аика кивнула. – А мои укромные местечки ты видела? Нет? О, у меня их тут несколько. – Он потянул девушку за собой. – Приходиться быть изворотливым, прячась от назойливых женщин.
- В каком смысле?
- А ты разве не знала? Я ведь лакомый кусочек в качестве жениха. Когда я приезжаю сюда, в этих местах почему-то начинается паломничество заплутавших карет, которые всегда укомплектованы девушкой на выданье, её мамашей, служанкой и жрецом. Последний, я полагаю, нужен, чтобы жертву «заковать» пока не очухался.
Аика попыталась представить как грозный «Ястреб» прячется от, гурьбой бегающего за ним, «брачного комплекта». Картина получалась настолько нелепой, что она не удержавшись, хихикнула. Рентой спрятал довольную усмешку.
- А почему от них нужно прятаться? Не проще ли сказать, что вы не хотите жениться? – спросила Аика.
- Что значит, не хочу? Если меня застукают в компрометирующей ситуации с девушкой, заставят, - последовал ответ. – Ведь всё для этого и затевается…
Делар раздвинул ветки ивы, к которой они подошли.
- Я уже знаю про это место, – сказала Аика.
- А вот про это ты знаешь? – спросил Делар, проходя под деревом и раздвигая противоположную «занавесь». За нею прятался ещё один ивовый «шатёр», в котором была установлена удобная скамейка. Ветки напротив были укорочены, что открывало красивый вид на пруд. Делар усадил Аику, а сам, устроившись у её ног, продолжил развлекать её смешными историями из жизни королевского двора…
С того дня прислуга в доме «Три ивы» с интересом наблюдала за метаморфозами в отношениях хозяина и его гостьи. Девушка, которая в первую неделю выглядела такой несчастной, вдруг расцвела, будто поддавшись зову весны. А строгий рентой, позабыв о делах, словно юнец, беззаботный и беспечный, наслаждался каждым днём. Выяснилось, что тихие верховые прогулки отлично заменяют поездки в город. А в окрестностях много живописных мест, где можно устраивать пикники. И были ночи, наполненные чувственными наслаждениями…
Глава 10. Не зарекайся…
Аика скучала.
Так скучала, что когда увидела под окном выходящего из бей-верда Караса, радостно пискнув, побежала его встречать.
Делар уехал на приём к мэру Тои. Рентой проигнорировал все приглашения, которыми его завалили. Но чтобы не оскорбить окончательно местное общество, был обязан появиться хоть в одном из домов. Делар выбрал тот, который, без сомнения, посетит вся здешняя знать. Когда он начал уговаривать Аику поехать с ним, та покачала головой: «Меня там просто растерзают»
Казалось бы - вот она идеальная возможность преподать ей урок. Но Делар лишь страстно поцеловав её, уехал, пообещав не задерживаться. И когда его бей-верд скрылся за воротами, Аика почувствовала одиночество, которое холодом прокралось под кожу. Она убежала к себе в комнату. Аика сумела убедить Делара, что ей необходимо личное пространство, после чего её вещи снова перенесли в апартаменты напротив. Вот только появлялась она там очень редко. Рентой не отпускал её от себя надолго. Оставшись одна, Аика первым делом проверила связник, который держала выключенным. В первый же день после отправки десяти тысяч королей она получила три сообщения. Первое, очень маловразумительное, от Сафи, в котором смешались смех, слёзы, восторги, воздушные поцелуи. Второе – от ина Мерти, в котором тот требовал объяснить, откуда деньги. И третье, самое информативное, от Даиса: «Долг выплачен. Все счастливы. Тебя ожидает серьёзный разговор с отцом». Аика выслушала все сообщения ещё в столице. После этого связник пришлось выключить и спрятать, чтобы рентой случайно на него не наткнулся. И теперь спустя три недели включив его, Аика крайне удивилась, поняв, что с нею никто за это время не пытался связаться. Она-то места себе не находила, думая что её молчание всполошило семью Мерти. А о ней, кажется, просто позабыли…
Аика сидела на подоконнике. Одиночество, ощущение ненужности мрачными тенями кружили вокруг неё, когда она узнала худощавую фигуру Караса. Уже сбегая по лестнице, Аика вдруг подумала, что он, быть может, приехал вовсе не к ней. Следом накатила мысль, что Карас, увидев её, задастся вопросом: «Что она здесь делает?»
Аика встретилась с чёрными глазами, потеплевшими при виде неё.
Карас перевёл взгляд на дворецкого Тарона, который, казалось, преграждал ему путь в дом.
- О, оказывается ини Линаэрт дома?! Это просто чудо какое-то, иначе не скажешь, верно, Тарон?
Не дожидаясь ответа, Карас прошёл мимо дворецкого. Обычно невозмутимый Тарон, посмотрел на Аику с нескрываемой досадой.
Та, не понимающая смысла происходящего, стояла на последней ступеньке и нервничала. Карас стремительно подойдя к ней, просто притянул её к себе:
- Ну, иди сюда, моя хорошая! – он крепко обнял её.
Тронутая этой встречей Аика едва удержалась от слёз.
- Тёплого лета, Карас, - пробормотала она, пряча у него на груди лицо.
- Светлых дней, красавица, - слегка отстранив её от себя, Карас добавил: - Я вижу, здесь тебя неплохо кормят. Выглядишь прекрасно, – говоря всё это, он с удовольствием отмечал изумлённо взлетевшие брови Тарона.
Приобняв девушку за плечи он увлёк её в сторону кабинета. Обычно прихрамывающий дворецкий, по-кошачьи бесшумно прокрался за ними.
- Ну как ты, Аика? Рассказывай, - предложил Карас, не выпуская девушку.
Удивлённый её молчанием, он остановился и взглянул ей в лицо: