Страница 76 из 79
— А мне и пятнадцати не было.
— Для Нового это не оправдание…
— Вот именно, — подчеркнул Кемаль, — для Нового.
— Да пошёл ты… — Диего смачно назвал «адрес». — Я отправляюсь в Акапулько, или в Рио, буду лежать на пляже и любоваться настоящими, в отличие от дроудориек, женщинами, — и, выдав эту информацию, отвернувшись, зашагал прочь.
Его проводили в выделенную каюту, где он ещё некоторое время метался, обзывая друга и строя план мести. Но Диего, несмотря на взрывной характер, был отходчивым. После земного душа (с водой, а не с пеплом) и сытного ужина мексиканец угомонился. Найдя Кемаля задумчиво стоящим перед огромным иллюминатором, как ни в чём не бывало обратился к нему:
— Ну, рассказывай, какие новости.
А Кемаль, даже бровью не поведя, спокойно описал последние события.
— Ух ты, — отреагировал Диего. — Чего-то вы больно осмелели. Раньше сидели тихонечко, только хвостиком махали, когда комиссия заявлялась. А теперь вон как шебуршите. С чего бы это?
— Межрасовому Совету сейчас не до нас. Синерийцы взбаламутили болото, когда объявили, что с эльтанарфов нужно снять председательство в Совете. Последние события на Дроудоре позволили утверждать, что для Сообщества требуется управление более широкое и гибкое. Синерийцы собрали все промахи эльтанарфов и сделали из этого дубину. Даже то, что ты сделал с Эрнардером, сыграло против высшей расы — стало очевидным, что нужно было раньше начать сотрудничать с землянами.
— О, так этот благообразный сброд, вовсе не так уж и бескорыстен, — хихикнул Диего. — Надо же… и тут политика. По крайней мере, это выглядит не так тошнотворно благостно и равнодушно, как твоя рожа.
Кемаль схватив за грудки, легко поднял невысокого Диего, так что их глаза оказались на одном уровне.
— С самого детства я купался в чувствах окружающих, — тихо прошипел аравиец. — Когда оказывался среди других рас, наслаждался вакуумом и тишиной. Теперь я убрался подальше и живу на острове, нянчусь с маленькой девочкой, и, погружаясь в море, каждый раз радуюсь тому, что рыбы не люди. Находясь в клоаке чужих чувств, мыслей и желаний, я стараюсь хотя бы свои удержать при себе, чтобы наш мир был хоть чуточку чище.
— А ты, оказывается, не совсем отмороженный, — нагло прокомментировал Диего, всё ещё болтаясь в полуметре от земли.
Кемаль аккуратно поставил его на место и поправил рубашку.
— Не беси меня, — предупредил он.
— А то что? — с вызовом спросил Диего.
— Не забыл, как одним прекрасным днём твои друзья-микробы вдруг на тебя набросились?
— Это всего лишь моё воображение.
— Вот именно. Воображение — странная штука, — загадочно проговорил Кемаль.
— Да пошёл ты, — сказал Диего уже без прежнего пыла, и из чистого упрямства оставляя последнее слово за собой, добавил: — Ты у нас оказывается псих.
— Вот-вот, — не остался в долгу Кемаль, — не забывай об этом.
Мексиканец наградил друга свирепым взглядом, на что тот ответил своей неизменно благожелательной улыбкой, которая так раздражала. Но Диего удержался от язвительных подколок, вспомнив, сколько страху натерпелся, когда он всё же вывел Кемаля из себя.
— Ты говорил, что идёт эвакуация, — вставил он после недолгого молчания.
— Да, детей уже перевезли на Азгу.
— Аравийских детей, — тут же вскипел Диего, — а как же дети западников?
— Прежде чем ты набросишься с обвинениями, позволь напомнить, что все они должны пройти курс «коконами», это гарантирует им здоровье и более продолжительную жизнь, — мягко сказал Кемаль.
— А «коконы» нельзя перевести на Азгу? — недовольным тоном спросил Диего.
Кемаль покачал головой:
— Ты и сам помнишь, сколько пришлось промучиться, просто опуская их на Землю. Тех, кого мы уже лечили, можно быстро перевезти на подготовленную для этого планету — Каусар. С остальными придётся повременить.
— И как считаешь, успеем всех перебросить?
— Сейчас предстоящая тряска планеты не так пугает, у нас есть Говорящая.
— Да, Лори рассказывала. Какая она?
Кемаль жизнерадостно рассмеялся:
— Маленькая.
* * *
— Маленькая, — пробормотала Лори, прижимая к себе дочь. — Может, ещё немного задержишься.
Нелли покачала головой и покровительственно погладила мать по голове.
— Моё место не здесь.
Лори ненавидела, когда в дочери начинал говорить другой разум. Пока они были на Земле, Нелли вела себя как обычный ребёнок, который радовался возвращению матери. Они много плавали, загорали, ели мороженое. Лори отдыхала и душой, и телом, раз за разом убеждаясь, что лучше этой планеты нет нигде. Но ничто не длится бесконечно…
После «побега» аравийца на Запад, его исповедь в прямом эфире всколыхнула почти весь мир. Информация, что грядут большие катаклизмы, а аравийцы, спасаясь от этого, перебираются на другие планеты — ошеломила. Известие, что существуют иные расы, которые отказали им в спасении — потрясло. Людей возмущало, что кто-то со стороны решал, кому жить, а кому умирать. Это был сложный момент. Когда толпы особо разъярённых появились перед бывшим пропускным пунктом «Лесово», к ним вышли представители аравийцев. И рассказали, какие условия им были поставлены Межрасовым Советом. Но, несмотря на запреты, люди остались людьми, и где-то в измерении землян планета Каусар поджидала своих будущих жителей — там была проделана огромная работа: создана аналогичная атмосфера и построены целые города с готовой инфраструктурой. А весь трансгалактический транспорт был подготовлен к масштабным перевозкам.
Каусар был выбран не случайно. Его размеры почти совпадали с размерами Земли. Переселяемым народам предоставляли те же площади, которыми они располагали на родной планете и в том же соседстве. Конечно, тут не было океанов и морей в привычном для землян виде, только огромные водоёмы без рыбы и остальной живности. Здесь и предстояло людям идти долгим путём единения народов и веры, без чего Космическое Сообщество не могло их принять как полноценную расу.
На благословенную Азгу — огромную планету, способную прокормить десятки миллиардов — могли попасть не все. Только истинно уверовавшие. И таких, в свете последних событий, становилось всё больше…
Лори не стала переезжать ни на Каусар, ни на Азгу. Для неё в этом не было смысла. Жить на Земле не получалось, а значит нужно поселиться на Дроудоре. Земляне, потерявшие связь с природой, не сильно чувствовали оторванность от родной планеты. Иные расы относились к этому с большим трепетом. Из-за переплетения энергетических полей Лори ощущала эмоции Эрнардера, поэтому понимала как тяжело ему вдалеке от Дроудора. Она любила Землю, но не испытывала того дискомфорта, от которого страдал дроудориец. Эрнардер был готов на всё ради счастья своей ройры, но женщина не хотела этой жертвы.
Лори решила переехать.
Правда, для этого была ещё одна причина.
Продолжительность жизни у Лори и Эрнара была разной. Дроудориец прожил двести двадцать лет и мог протянуть ещё триста-четыреста. Лори недавно отпраздновала двадцать вторую годовщину. При удачном раскладе — смогла бы протянуть ещё сто тридцать — сто пятьдесят лет.
Для решения этой проблемы была приглашена Говорящая.
Нелли.
Ради этого момента Владыке даже пришлось издать отдельный указ о неприкосновенности маленькой землянки, ведь дроудорийские законы позволяли объявить её членом клана, стоит только крошечной ножке ступить на их территорию. А потом упрятать как несовершеннолетнюю в неведомых глубинах своего Дома.
Антонелла Кьянти, получив заверения в неприкосновенности, прибыла на Дроудор в сопровождении своего опекуна Кемаля Наима.
Их встречала толпа замерших в изумлении дроудорицев в предусмотрительно активированных «теусах». На их планете уже несколько веков не рождались Говорящие, всем хотелось посмотреть на это чудо. Крошечная золотоволосая девочка с голубыми глазами, ростом едва достигающая им до колена, но обладающая силой, не поддающейся осознанию. Именно эта маленькая землянка была наделена редчайшим даром — Говорить.