Страница 28 из 79
Лори откинулась в кресле, позволяя невидимым ремням безопасности пристегнуть себя. Накатила усталость, словно она с утра до вечера помогала родителям на ферме. Голова казалась опухшей от большого количества информации, и отказывалась утруждать себя размышлениями. «Тайм-аут» просительно простонал разум. А ещё люди… Слишком много новых людей. Хамид, Фатьма, Кемаль… теперь ещё и Аиша эта. Не то чтобы она не любила людей. Но общение с ними выматывает как тяжёлая работа. Куда как проще общаться в виртуале…
Лори даже поморщилась, когда заговорила сидящая рядом девушка - опять этот чудовищный акцент.
- Хочу извиниться за своё произношение, - сказала аравийка. – Я только вчера начала изучать итальянский. У вас очень певучий язык. Мой речевой аппарат ещё не привык к новым звукам. Но скоро это пройдёт.
Мозг итальянки был слишком загружен, чтобы до конца осознать фразу: «только вчера начала изучать». А девушка продолжила:
- Я хочу стать «адаптером», поэтому дедушка решил, что мне будет полезно пообщаться с тобой.
- Адаптером? – переспросила Лори, рассудившая, что легкая беседа может отвлечь от роем жужжащих мыслей в голове.
Аиша рассмеялась:
- Дедушка ворчит, когда его профессию так называют.
- А кто твой дедушка?
Девушка вздёрнула бровь:
- Хамид Мехди, - чуть удивлённо ответила она.
- Что Хамид Мехди? – переспросила Лори.
- Мой дедушка. Хамид Мехди.
Лори некоторое время молчала. Определённо она что-то путает.
- Повтори, пожалуйста, - попросила она, из-за чего удостоилась пристального взгляда.
- Мой дедушка Хамид Мехди, - чётко проговаривая каждое слово, сказала Аиша. – Его вызвали, и он попросил меня отвезти Долорес Кьянти к Фатьме. Ты ведь Долорес Кьянти?
- Дедушка?! – воскликнула изумлённая Лори, не отвечая на вопрос. - Сколько ему… - и оборвала саму себя. - Нет. Не важно.
И в самом деле, чего она удивляется, вон Фатьме тоже под сотню, хотя выглядит лишь на полтинник. Напрягало другое. Всё это время она неосознанно, а иногда и осознанно, пыталась предстать в соблазнительном виде перед человеком, у которого была внучка примерно её возраста.
- А тебе сколько лет? – спросила она Аишу, уже не доверяя самой себе.
- Девятнадцать.
- Странно, - буркнула себе под нос Лори, - что и выглядишь на столько же…
Аиша одарила итальянку ещё одним внимательным взглядом.
- Просто я не знала, что у Хамида есть семья, - начала объяснять Лори. – Хотелось бы взглянуть на его жену…
- Его жена, родители и две дочери погибли во время Смуты, - спокойно сказала Аиша. – Из родных выжила только моя мама.
- Ох! Прости, пожалуйста, - попросила Лори.
На что аравийка удивлённо спросила:
- За что?
- Не хотела напоминать об этом. Это, наверное, тяжело…
Аиша пожала плечами:
- Почему? Нет. Всё, что случается – случается не просто так. На то была причина.
Лори озадаченно поглядела на девушку.
- Не могу разобраться… - сказала она после непродолжительного молчания, - такое отношение… это что – оптимизм? Или наоборот - пессимизм?
- Скорее, реализм, - улыбнулась Аиша. – Происходящее имеет причинно-следственную связь, отыскав которую ты понимаешь - так должно было случиться. Но вместе с тем приходит и понимание того, что многое могло сложиться иначе… Что в свою очередь заставляет анализировать поступки: свои и окружающих и по мере возможности учитывать внешние факторы.
Лори «потекла» после этих фраз. Её мозг сегодня слишком перегружен, чтобы разбираться ещё и с этим. Поэтому она промолчала в ответ, откинувшись на спинку сиденья и прикрыв глаза.
Дальше летели молча.
Когда вимана опустилась на свободном «пятачке» во дворе Фатьмы, Лори хотела только одного – поспать. Правда, в Тунисе солнце ещё не зашло, только собиралось, но для одной итальянки это уже не имело значения. Выпрыгнув из машины, она невнятно поблагодарила Аишу и поплелась в дом. Где её встретила дочурка, которая с радостным визгом повисла на шее. Этого оказалось достаточно, чтобы прогнать и усталость, и забыть о вопросах глобального масштаба, гораздо важнее было внимательно выслушать, охая в нужных местах, рассказы о сегодняшних приключениях маленького пёсика. Что Лори и сделала с превеликим удовольствием. Потом они все вместе поужинали, причём компанию им составила Аиша, которая, как выяснилось, останется ночевать. Оказалось, девушку пригласила Фатьма, чтобы, пока она проводит время в молитвах, за Антонеллой было кому присмотреть. После ужина мама с дочкой отправились в сад играть. Чем они занимались до позднего вечера, пока малышка не уснула, усталая, но счастливая.
Лори уложила Нелли на кровать, пристроив рядом щенка-игрушку.
Мать смотрела на спящего ребёнка, а глаза светились… горели от осознания…
Они больше не будут болеть!
С момента возвращения именно эта мысль прогнала все остальные. Именно она превратила женщину в маленького ребёнка бездумно и беспечно игравшего с другим ребёнком.
Можно ли назвать это счастьем?
А что такое счастье?
В серебристом лунном свете, заливавшем комнату, женщина закружилась, раскинув руки и что-то напевая.
Здоровому человеку не понять…
Лори вспоминала, но уже без той жуткой обреченности… без мрачного ожидания…
Тот, кто не болел, не поймёт.
Не поймёт, каково это, когда молодое тело, только вступающее во взрослую жизнь, отказывается работать. Потому что сердце не может гнать кровь. Потому что незначительная недолеченная болячка глубоко запустила свои ядовитые корни. Отчего со временем простая ходьба вызывала одышку. Из-за чего приходилось всё чаще отказываться от подростковых развлечений.
Не поймёт тот, кто не прошёл через это – когда тебя оглушают известием о серьёзном заболевании, требующем дорогостоящей операции с последующим длительным восстановлением. С угрозой, что заболевание может вернуться со временем.
А то, что творится с матерью, которой сообщили о том, что её ребёнок неизлечимо болен…
Пусть никому не суждено будет это узнать.
А Лори всё также кружилась под свой напев… раскинув руки… с шальной улыбкой на губах.
Отныне никаких болезней.
Чёрт! Она готова расцеловать того парня, что внушил ей отправиться сюда.
Лори проснулась в чудесном настроении. И почему-то опять рано. Без нескольких минут семь…
Нелли опять не оказалось рядом, как и Пушистика. А ведь этот ребёнок, подстроившись под режим мамочки, мог проспать до девяти и только потом начать ёрзать…
Воспользовавшись одиночеством, итальянка принялась размышлять над услышанным вчера. Размышлялось не очень хорошо. Нужен был кофе. Хороший, итальянский.
Лори приняла душ, оделась и уже почти традиционно отправилась на кухню, где собрались все, кроме неё.
- Привет, - весело встретила её Аиша.
Показалось, что сегодня акцент у аравийки был не таким ужасным.
Нелли сидела на высоком стуле и довольно аккуратно ела, подцепляя вилкой кусочки яичницы. Фатьма приветливо пробормотала что-то на арабском. Лори кивнула в ответ:
- Доброе утро, Фатьма.
- Будешь омлет с сыром? – спросила Аиша, жестом приглашая присоединиться к завтраку.
Насыщенный густой аромат наполнял комнату. Принюхавшись, Лори, разочарованно вздохнув, села. Кофе тут был, но марокканский, с солью и перцем.
Аиша вопросительно изогнула бровь:
- Может ты хочешь чего-нибудь другого? Можем заказать.
Женщина покачала головой:
- Кофе хочу, капуччино. Есть поблизости место, где такой готовят? – чуть иронично спросила она.
- Никаких проблем, - легко ответила Аиша.
Она подошла к кухонной стенке и открыла дверцу, за которой оказалась тёмная стеклянная панель.
Панель недолго оставалась тёмной. Сразу же включившись, она застыла в режиме ожидания.
- Капуччино? – спросила Аиша, оглянувшись. – И всё?
- Тирамису, - сказала заинтригованная Лори, - было бы неплохо.
Молодая аравийка поколдовала над домашним терминалом. А через секунд пятнадцать…