Страница 7 из 92
Балрик пометил письма большими цифрами, чтобы я знала: первая стопка – это самая ближайшая улица, вторая – за ней и так далее. Итак, первую стопочку нужно было разнести по улице Роз.
С этим я справилась быстро. На всех домах имелась нумерация, а на некоторых воротах даже висели таблички с фамилиями хозяев. Возле них стояли почтовые ящики, выкрашенные в красный цвет и украшенные разнообразными завитушками.
Чего я только ни увидела, бодро шагая по еще пустынным улицам. Магазины одежды, обуви, ателье, мясные лавки. Мастерские часовщиков, ювелиров и парфюмеров, аптеки и траурные салоны. Последние просто поражали своими витринами! В них стояли надгробия, обелиски, обломки колонн, погасшие факелы и задрапированные урны! Но реклама была еще «интереснее». Например, мне попалась на глаза такая: «Отправляйтесь в последний путь в одежде от «Черного Пита»! Позаботьтесь о своей кончине заранее!».
Не знаю, как действовал этот призыв на жителей города, но, судя по витрине, салон процветал.
Город потихоньку просыпался, открывались магазины, на улицах появлялись прохожие. Некоторые здоровались со мной, и я вежливо отвечала, отмечая, что у большинства людей вполне добродушные и приветливые лица.
Когда в сумке осталась последние два письма, которые нужно было доставить в Шелковый тупик, мне уже было не так хорошо, как вначале. Разболелась голова, немного подташнивало, а в ногах чувствовалась слабость. Слишком долгий путь для человека, получившего несколько дней назад сотрясение мозга. Пусть порошки доктора Либермена и творили чудеса, но полностью избавить меня от недомоганий они тоже не могли.
Я засунула письмо в ящик и на минуту оперлась о стену, выложенную из красного кирпича, которой заканчивался тупик. Нет, нужно немножко сократить свой путь в следующий раз. Пусть Балрик возьмет на себя дальние улицы. Но сдаваться совсем я не собиралась, так как не хотела потерять почту. Это место приняло меня, и я сберегу его, чего бы мне это ни стоило.
Оттолкнувшись от стены, я собралась было уйти, но вдруг мое внимание привлек странный блеск. Что-то лежало между камнями в небольшой лужице. Достав из сумки карандаш, я подцепила вещицу, и удивленно ахнула. Это был мужской перстень удивительной красоты. Рубин казался фиолетовым и завораживал своим тусклым сиянием… Но когда на камень попал луч солнца, в нем вспыхнуло настоящее пламя. Такая вещь стоила бешеных денег. Интересно, кто потерял его?
Я положила его в сумку и поднялась. Нужно будет посоветоваться с Тилли и Балриком, как вернуть перстень владельцу.
Глава 7
Но ни Тилли, ни мой почтальон ничего не знали об этом украшении. Женщина даже побоялась взять его в руки.
- Странный он какой-то! У меня от этого перстня мурашки по всему телу! Выбросьте его подальше, леди Рене!
- Ты в своем уме, Тилли?! – Балрик вытаращил на нее глаза. – Ты представляешь, сколько он стоит?! Это ведь целое состояние!
- Нехорошая вещица, и все тут! – гнула свое Тилли, возвращаясь на кухню. – Может, он вообще проклят! Я уверена, что так и есть!
- Не слушайте ее, леди Рене! Я попробую узнать хоть что-нибудь об этой вещи, а вы пока спрячьте украшение, - сказал почтальон, отмахиваясь от женщины. – Тилли ужасная трусиха!
- Спасибо, - я посмотрела на рубин, и мне показалось, что он подмигнул мне красноватым отблеском из своих темных глубин. – Но не говори, что я нашла его. Пусть это пока будет нашей тайной.
- Само собой разумеется! – Балрик заговорщицки улыбнулся мне и пошел записывать в расчетную книгу, сколько сегодня почта заработала на доставке телеграмм.
Я же направилась на кухню, чтобы попросить Тилли приготовить мне чай. Возможно, он успокоит мой взбунтовавшийся желудок. Да и пришло время принять лекарство.
- А я вам говорила! Никто меня не слушает! – Тилли засуетилась у очага, ворча себе под нос. – Рано еще бродить по городу! Хотите упасть в обморок прямо на улице?!
Я присела на стул и, откинувшись на спинку, прикрыла глаза. На кухне пахло ванилью, корицей и гвоздикой, напоминая мне ароматы кондитерской в центре Москвы. Но в душе ничего не шевельнулось. Я не хотела домой. Меня там никто не ждал.
- Тилли, нагрей мне сегодня побольше воды. Я хочу искупаться, - сказала я, вспомнив, что с утра решила заняться этим вопросом. В конце коридора я обнаружила комнату для мытья, в которой стояла сидячая ванна, а на полочках лежали брусочки мыла. Мытье в тазу, да еще холодной водой, точно не добавляло энтузиазма.
- Что? – я услышала, как у нее что-то со звоном выпало из рук, и открыла глаза. – Леди, вы сказали нагреть вам воды для мытья?
- Именно это я и сказала, - я поднялась, чтобы помочь Тилли убрать осколки разбитого блюдца. – А что такое?
- Дамы не моются в теплой воде! Вы ведь прекрасно это знаете, леди Рене! – женщина испуганно смотрела на меня, пока я собирала веником осколки. – Что это вам в голову взбрело?
- Ничего особенного. Я просто хочу мыться в теплой воде, - ответила я, выпрямляясь. – С этого дня в этом доме все будут мыться в теплой воде. И ты в том числе.
- О… о… - женщина рухнула на стул, и я даже подумала, что ей стало плохо.
- Тилли, что с тобой?!
- Леди Рене… Вы даже не представляете, что сделали для меня! – она схватила меня за руки. – Сил нет уже никаких! Я ведь признаюсь вам, грешила! Грела себе водичку.… Но как только вы приехали, боялась, что вы разозлитесь…
- Вот и отлично! Это будет нашей тайной, - я облегченно выдохнула. Слава Богу, с этим проблем не будет.
Зазвенел дверной колокольчик, и я услышала женский голос с немного визгливыми нотками:
- Балрик, где леди Рене? Она нужна нам! Срочно!
- Сестры Кристал… - недовольно прошептала Тилли, поднимаясь со стула. Ее глаза забегали, а руки принялись теребить фартук. – Сейчас опять начнут выказывать свое недовольство!
Я выглянула из кухни и увидела трех молодых женщин, стоящих у почтового прилавка. Интересно, кто это?
- А вот и вы! Добрый день! – одна из них помахала мне рукой. – Леди Рене, мы снова по поводу посылки с нашими специями!
- А что с ней? – я подошла к прилавку и с любопытством посмотрела на них.
Это были женщины лет тридцати или чуть старше, удивительно похожие между собой. Даже их одежда выглядела одинаково. Платья-«зефирки» с розовыми воланами, шляпки с перьями и искусственными фруктами и блестящие ридикюли. Внешность этой троицы тоже казалась чересчур сладкой. Белобрысые кудряшки, голубые глаза, губки бантиком и розовые щечки-яблочки. Женщины явно не брезговали пользоваться косметикой.
- Ее до сих пор нет! – воскликнула та, что стояла посередине. – Это уже выходит за все рамки! Леди Рене, при всем уважении к вам и к вашему покойному батюшке, но мы вынуждены написать жалобу на работу почты!
Я слушала ее, а сама размышляла. Если посылки не было на почте, значит это не наша вина. Тогда какие могут быть ко мне претензии?
- Вы уверены, что посылка уже отправлена? – вежливо поинтересовалась я. – На ваше имя ничего не приходило. Ее нет здесь.
- Прошло слишком много времени после нашего заказа, посылка должна была уже прийти! – гневно произнесла женщина, но ее остановила сестра:
- Милли, успокойся. Ты слишком возбуждена.
- Рокли, но я хочу свои специи! – не унималась та, постукивая пальцами по прилавку. Она взглянула на меня и сказала: - Леди Рене, может, вы посмотрите получше?
- Вся корреспонденция перед вами, - к нам подошел Балрик и указал на стеллаж. – Сегодня уже все посылки доставлены по адресам. Здесь только газеты и журналы, за которыми приходят лично.
- А может, вы потеряли ее? – Милли пристально посмотрела на меня. – И не хотите возмещать нам убытки?
- Я еще раз повторяю, ее здесь нет, - терпеливо ответила я. – Как только посылка придет, мы сразу же доставим ее вам.
- Почему ты молчишь, Салли? – она повернулась к третьей женщине. – Что за отношение к клиентам?!