Страница 45 из 81
Но Катя не ответила, потому что вернулся Лазарев.
Очень хмурый и недовольный.
— Охрана говорит, что начальник службы безопасности велел никого не выпускать.
— Почему?
— Глупый вопрос. У вас телефоны работают?
Руслан вытащил свой: нет сети.
— Нет, не работает.
— И мой сеть не ловит, — отозвалась Катя. — Ух, как интересно!
Лазарев стал совсем мрачным.
— Надо пойти проверить, что там в актовом зале, — сказал Руслан.
— Ничего хорошего, — покачал головой Лазарев. — Но пойти придётся, да. Ваши способности могут пригодиться.
Они пошли, и мужчина продолжал пояснять на ходу:
— Видите ли, университеты наряду с некоторыми другими зданиями находятся под надзором спецотдела. И если сотрудник спецотдела, отвечающий за нашу alma mater, решил заблокировать здание с людьми, то всё очень плохо. Либо сюда пробралось нечто невообразимо мощное и опасное, либо он сошёл с ума.
— А у вас тут защита какого типа? — спросила Катя.
Лазарев ответил, и они завели разговор, из которого Руслан, как и тогда, в «офисе», мало что понял.
— Шустрик с тобой? — поинтересовался Руслан, дождавшись паузы в разговоре.
— Конечно. Всегда, — она провела рукой по талии. Видимо, Шустрик снова обвился вокруг её ремня и прятался под длинным, объёмным свитером.
— Если ты пронесла монстра через защиту, то и кто-то другой мог.
— Само собой! Но для маскировки Шустрика много не надо, а вот чтобы падь провести или кого побольше, совсем другие мощности требуются. На саму по себе такую антизащиту система должна сработать. Если не повреждена.
Катя вопросительно посмотрела на Лазарева.
— На входе всё цело, — сказал он. — У нас на кафедре тоже. Сейчас посмотрим в ректорате печать. Потом в актовый зал. И быстро!
Видящие помчались по коридору.
Печать в ректорате тоже была цела.
— Я в актовый зал, — решил Лазарев. — А вы найдите окно на первом этаже. Если открытых нет, ломайте стекло — выберетесь наружу, а там вызывайте спецотдел. Не знаю, что тут происходит, но ничего хорошего.
— Но тут может быть нужна наша помощь! — возразил Руслан.
— Идите!
— Не кричите на меня. Я сам решаю, что мне делать!
— Эй, отважные воины, а спецотделу не поступит сигнал о том, что тут что-то творится?
Лазарев встряхнулся и сказал:
— Нет, печати-то целы.
— Значит, надо их повредить! Тогда спецы сами сюда примчатся! — радостно заявила Катя. — А вы, как героические герои, можете идти спасать бедных человеков. О, там что-то начинается!
Руслан и сам ощутил, как что-то изменилось. Не запах, не звук, не дуновение, не колебание температуры… Словно всё вместе и ничто из этого.
— А давайте я испорчу знак! — хлопнула в ладоши Катя. — Под вашу ответственность, разумеется.
— Нет, там предохранители — шарахнет, мало не покажется! — поморщился Лазарев. — Лучше я сам. А вы идите. Я вас догоню минут через пять.
Гомон голосов из актового зала слышался на расстоянии. Неудивительно: всё-таки многие сразу пошли сюда, услышав объявление, другие пришли позже, поняв, что выйти из универа всё равно нельзя. Так что народу в актовом зале собралось много.
Двери были закрыты, но стоило Руслану и Кате подойти к ним, как створка приоткрылась. Они переглянулись и по очереди протиснулись в щель. Глаз мучительно заныл, стоило оказаться внутри.
На сцене стоял бледный ректор с напряжённым лицом. Рядом с ним были двое. Первым был незнакомый растрёпанный мужчина в мятой и, кажется, испачканной чем-то рубашке под несвежим пиджаком. Мужчина странным безжизненным голосом монотонно говорил:
—…очередной учебный год. Новые встречи и знакомства, новые впечатления…
Руслан не стал вслушиваться. Рядом с незнакомцем стоял тот слишком взрослый гопник, который недавно разговаривал с охранником в холле. Руслан вспомнил наконец, где его видел. На экране планшета, в репортаже про аварию за Новой Петровкой.
— Ух ты, — шёпотом обрадовалась Катя, — ты смотри: у него вся рубашка кровью пропиталась, а он ещё разговаривает! Ставлю на то, что с него сняли кожу и плохо перевязали. Как у вас интересно!
Руслан присмотрелся, с трудом оторвав взгляд от гопника: да, тёмные пятна на рубашке незнакомца, продолжающего разглагольствовать о светлом будущем и перспективах молодёжи, — это кровь.
Гопник вдруг резко хлопнул в ладоши — и говоривший повалился на сцену. Из его спины вырвалось нечто, похожее на кожистое крыло огромной летучей мыши.
На сцену поднялся солидный мужчина в тёмном костюме и сказал:
— Немедленно прекратите! Это государственный вуз…
Гопник шагнул к нему и коротко, без замаха ударил под дых. Мужчина рухнул навзничь.
Кто-то в зрительном зале пронзительно закричал.
— Помогите!
— Вызывайте полицию!
Кто-то вопил без слов. Несколько человек вскочили с мест и помчались к дверям. Кто-то рядом с Русланом бормотал: «Монстры… настоящие… монстры…»
Затем сорвались с мест и остальные. Мгновение — и зал наполнился бестолково мечущимися людьми. Они толкались, кричали, врезались в кресла и друг в друга. Кто-то упал.
— Тут закрыто! К запасным! Там спасение!
Люди ринулись к запасным выходам.
Руслан заметил троих людей, не поддавшихся панике. Они пристально всматривались в происходящее на сцене. Незнакомая преподавательница с ручкой, зажатой в руке, и два старшекурсника — у одного небольшой нож, у другого — ножницы. Обученные видящие.
— Круто! — восхищённо выдохнула Катя, глядя на выбирающегося из спины человека монстра.
Уродливая голова, длинное гибкое тело — полузмея, получеловек, огромные крылья.
Из зала полетели сияющие знаки, но между тварью и знаками встал гопник.
Монстр потянулся, раскинув жуткие руки с когтистыми пальцами — по шесть-семь на каждой. А затем зарычал, запрокинув голову.
Глаз Руслана вспыхнул огнём. От боли он ослеп и оглох. Схватился за голову, зажимая глаз, и навалился на ближайшее кресло.
— Соберись, Руслан! — откуда-то издалека слышался девичий голос. — Соберись! Ты мне нужен!
Монстр снова зарычал, на этот раз на несколько голосов. Голоса стонали и плакали, визжали и хохотали.
— Сейчас они сольются — и всем конец!
Руслан зажмурил левый глаз и заставил себя встать. В руке оказался нож — и когда успел достать?
— Смотрите, он некоторых законтролил! — крикнул парень с ножницами.