Страница 27 из 108
«Я тебя запомню, урод, и обязательно найду!» — я с ненавистью смотрел то на Буковского, то на Ольгу, истекающую кровью, то на дуло направленного на меня автомата.
СИСТЕМА СГЕНЕРИРОВАЛА ДЛЯ ВАС КВЕСТ «УБИТЬ ГЕРМАНА БУКОВСКОГО». ЖЕЛАЕТЕ ПРИНЯТЬ?
Появившаяся надпись ввела меня в ступор как своей неожиданностью, так и вываленной информацией.
— Желаю, — негромко прошипел я сквозь зубы.
Люди в камуфляже не обратили внимания на моё бормотание, а надпись исчезла.
«Интересные квесты эта Система раздаёт, с каждым разом всё веселее и веселее. Это точно не компьютерная игра? Или, скажем так, я точно не сошёл с ума?» — подумал я, но из размышлений меня вывел удар прикладом по голове.
Я упал на землю, а Зуб и его подельники побежали к стоявшей неподалёку машине.
ВНИМАНИЕ! ВЫ ПОЛУЧИЛИ НЕЗНАЧИТЕЛЬНОЕ ПОВРЕЖДЕНИЕ! ВАШ УРОВЕНЬ ЗДОРОВЬЯ ПОНИЗИЛСЯ НА 1 ПУНКТ. ТЕКУЩИЙ УРОВЕНЬ ЗДОРОВЬЯ 57/100.
«Да в курсе я, что мне прикладом по голове припечатали, могли бы и не писать», — с этими мыслями я вскочил и бросился к Ольге.
— Оля! Ольга! Ты слышишь меня?
Я осторожно приподнял её голову и попытался нащупать пульс на шее. Пульс пробивался. Ольга открыла глаза.
— Прости… — прошептала она. — Они мне сказали, что ты нужен Конторе, что тебя ждёт контракт. И что выбор небольшой: или ты работаешь с нами, или на Точку Ч. Я им поверила. Они обещали, что дадут мне с тобой поговорить и самой всё объяснить. Они обманули.
— Да хрен с ними! Забудь! — я погладил Ольгу по лицу и по волосам. — Ты, главное, держись!
— Прости меня. Они обещали, что с тобой не случится ничего плохого, если ты согласишься сотрудничать. А иначе было нельзя. Иначе тебя всё равно бы поймали, а там Точка Ч. А после Машки я не могла допустить, чтобы кто-то ещё туда попал. Я дура. Я им поверила. А сегодня узнала, что тебя всё равно распределили на Точку. Сначала Машка, потом ты, я должна была что-то делать.
— Уходить отсюда надо! — перебивая Ольгу, крикнула Катя. — С минуты на минуту шакалы приедут. Вот тогда реально все на Точку попадём!
— Оля! — я посмотрел девушке в глаза и медленно проговорил. — Сейчас мы отвезём тебя в больницу и оставим там! Тебя спасут! Никто не знает, что ты тут была, и как-то к этому причастна!
Ольга грустно улыбнулась, что-то хотела сказать, но прикрыла глаза.
— Ага, никто не знает, как же, — совершенно спокойно сказала Катя, словно у её ног не умирал человек. — Система уже явно отчёт об этом происшествии составила и разослала куда надо. Нельзя её в больницу!
— А куда её тогда? — разозлился я. — Здесь бросить в благодарность за спасение?
— Да куда хочешь! Ладно, я пошла. Пока! Приятно было пообщаться!
— Это куда ты пошла? Стоять! — я просто взорвался. — Охренела, что ли? Человек жизнью рисковал, тебя спасал, а ты пошла?
— Она тебя спасала! — резонно возразила Катя.
— Катя! — я постарался говорить максимально убедительно. — Всего один вопрос! Скажи, ты реально такая сука?
— Нет, — Катя вздохнула. — Просто вас мне ещё только не хватало. Ладно, давай посмотрим, что с ней.
Девушка подошла и стала расстёгивать камуфляж на груди у Ольги, склонившись над ней.
— Что за цирк? — Катя возмущённо махнула рукой, приглашая меня собственными глазами взглянуть на место ранения. — Она в бронике!
— А кровь откуда? — я заглянул через Катино плечо.
— Одна пуля в руку попала, судя по всему, сквозь ткани прошла, кость не задела. Возможно, пара рёбер сломано, гематомы большие. Но угрозы для жизни я тут не вижу.
Я помог Кате снять с Ольги бронежилет. Вся грудь нашей спасительницы была в синяках, но огнестрельных ранений мы не увидели. Кроме одного в руку, которое и дало ту лужицу крови.
— Что ж ты нас так пугаешь, а? Умирать здесь собралась, а сама в бронежилете, оказывается, — я снова погладил Ольгу по лицу и вытер слезинку, скатившуюся у неё из уголка глаза.
— Я думала, он не выдержал. Больно очень.
— Радуйся, что он с макарыча стрелял! — деловито заметила Катя. — С калаша бы тебя прошил, так и попрощаться б не успели! А раз, кроме руки, серьёзных ран нет, то уходим быстрее отсюда! Сейчас перетяну рану, а обработаем в берлоге.
— Где? — спросил я. — В какой ещё берлоге?
Но Катя отмахнулась от меня, она оторвала рукав от Ольгиной куртки, разорвала его на узкие полоски и туго перевязала ими руку пострадавшей выше раны. Я помог Ольге подняться, и мы медленно побрели подальше от дороги вглубь леса.
Дошли до небольшой полянки, Ольге стало совсем плохо. Видимо, даже такой незначительной потери крови ей оказалось достаточно, чтобы обессилеть. Уложили её в небольшом овражке и сели думать, что делать дальше.
— Так она никуда не дойдёт, — озвучила очевидное Катя. — А учитывая, что Система уже подняла всех на уши, то единственный возможный вариант — кому-то отправиться на поиски машины. Интересно, здесь есть поблизости хоть какой-то посёлок или ферма? Где мы, вообще?
— Мне кажется, проще на трассе попытаться остановить попутку, — сказал я, вариант идти до ближайшей фермы показался мне не самым лучшим.
— Перевозку шакалью ты на трассе остановишь! Наши лица сейчас во всех ориентировках! — Катя раздражалась с каждой фразой всё сильнее и сильнее.
— Не факт, — еле слышно произнесла Ольга.
— Вроде в башку тебе не попали, а такой бред несёшь, — огрызнулась наша террористка.
— Я знаю, что говорю. Наш отдел как раз этой проблемой и занимался, — Ольге было трудно говорить, но она продолжила. — В последнее время Система перестала передавать в WMAP16 информацию о некоторых людях, даже если они и нарушали закон. Они вроде и в Системе, но и как бы вне её. Например, Макса смогли выследить лишь через банальный просмотр оперативным сотрудником записей наружного наблюдения. Камеры на парковке возле «Люксора», подключены помимо Системы, к местной базе по правонарушениям. Вот эта база и сопоставила запись с камеры и фото Макса с ориентировки.
— Есть ещё какая-то база вне Системы? — удивилась Катя.
— Конечно! — ответила Ольга. — А как, по-твоему, средний и низший полицейский состав должен преступников искать? Им про Систему никто ничего не говорил, они по старинке работают. Вот так и вычислили Макса.