Страница 20 из 108
Глава 7
Я стоял раздираемый паникой и страхом. Паника подбивала меня делать хоть что-то, лишь бы делать. Страх приковал меня к тому месту, где я стоял, и не давал сделать и шагу.
— Беги, пацан! — Железняк сказал это, как ни в чём не бывало, словно за пивом меня отправлял в ларёк.
— Ага! А ты меня в спину как при попытке к бегству, да? — я уже начал нервно повышать голос.
— Не ори! Беги!
— Не побегу!
— Ну тогда придётся в упор стрелять, в грудь и оформлять как нападение. Просто при побеге было бы логичнее.
Железняк так спокойно рассуждал, словно меня не было рядом, или речь шла не обо мне. Страх же настолько сильно сковал меня, что очередная надпись не заставила себя долго ждать:
ВНИМАНИЕ! ОПАСНОСТЬ! ВЫ НАХОДИТЕСЬ В СОСТОЯНИИ СТРЕССА! ЧАСТОТА СЕРДЕЧНЫХ СОКРАЩЕНИЙ УВЕЛИЧИЛАСЬ НА 81%, АРТЕРИАЛЬНОЕ ДАВЛЕНИЕ ПОДНЯЛОСЬ НА 72%, ВЫБРОС В КРОВЬ КОРТИЗОЛА И АДРЕНАЛИНА НЕ КОНТРОЛИРУЕТСЯ И ПРЕВЫШАЕТ НОРМУ В 5 РАЗ
Железняк вытянул руку с пистолетом и сделал шаг по направлению ко мне.
— Может, побежишь всё же? Трудно тебе, что ли? Всё равно же убью!
И новая надпись перекрыла обзор:
ВНИМАНИЕ! ОПАСНОСТЬ! ВАМ УГРОЖАЮТ ОГНЕСТРЕЛЬНЫМ ОРУЖИЕМ! ЖЕЛАЕТЕ ПРИОБРЕСТИ И АКТИВИРОВАТЬ СИСТЕМНУЮ ОПЦИЮ «НЕУБИВАЕМЫЙ»?
— Да-а-а! — закричал я изо всех сил, надеясь, что эта загадочная опция будет, таким образом, активирована, так как других вариантов сообщить, что я очень желаю её получить, я не видел.
— Чего орать-то так? — искренне удивился Железняк. — Если да, то беги давай! Чего стоишь?
Но я уже не слушал майора, а читал очередную надпись:
ВНИМАНИЕ! СИСТЕМНУЮ ОПЦИЮ «НЕУБИВАЕМЫЙ» НЕВОЗМОЖНО ПРИОБРЕСТИ И АКТИВИРОВАТЬ ИЗ-ЗА ОТСУТСТВИЯ СРЕДСТВ НА СЧЕТУ. ЖЕЛАЕТЕ ПОЛУЧИТЬ И АКТИВИРОВАТЬ БЕСПЛАТНУЮ РЕКЛАМНУЮ ВЕРСИЮ ОПЦИИ «НЕУБИВАЕМЫЙ» НА 3 ЧАСА?
— Да! Да! Да! — заорал я ещё громче.
— Идиот какой-то, — пробубнил себе под нос Железняк и прикрикнул на меня. — Если да, то стой не дёргайся!
Он прицелился мне в грудь, я зажмурился и мысленно попрощался со всем белым светом. Но сквозь прищуренные глаза увидел, как Железняк уронил пистолет и двумя руками схватился за голову. Майор прислонился к стене и сполз по ней на ступени. Я ещё даже не успел понять, что же произошло, а новая надпись уже висела перед глазами:
АТАКА С ИСПОЛЬЗОВАНИЕМ ОГНЕСТРЕЛЬНОГО ОРУЖИЯ УСПЕШНО БЛОКИРОВАНА СИСТЕМОЙ. ДО КОНЦА ДЕЙСТВИЯ БЕСПЛАТНОЙ РЕКЛАМНОЙ ВЕРСИИ ОПЦИИ «НЕУБИВАЕМЫЙ» ОСТАЛОСЬ 2 ЧАСА 59 МИНУТ. ПО ОКОНЧАНИИ ЭТОГО СРОКА ВЫ МОЖЕТЕ ПРИОБРЕСТИ ПОЛНУЮ ВЕРСИЮ СО СКИДКОЙ 20%.
Пока я, ошарашенный произошедшим, сначала смотрел на Железняка, а затем читал надписи, вернулись спецназовцы. Один из них сразу бросился к майору, а второй ткнул мне в бок ствол своего автомата. Я на всякий случай поднял руки.
— Что случилось? — спецназовец помог встать Железняку.
— Да как-то внезапно голова заболела, я думал инсульт, но вроде пронесло.
Опираясь на руку спецназовца, Железняк с трудом встал, вид у него был такой, будто он действительно только что перенёс инсульт. Он посмотрел на меня с отвращением и, как мне показалось, с некоторым испугом.
— Что это было? — прошипел он на меня.
— Не знаю, — честно ответил я и пожал плечами.
Подошла Ольга и с некоторой тревогой оглядела всех нас. В какой-то момент мы встретились взглядами, и она отвела глаза.
«Ой, какие мы впечатлительные!» — я одарил бывшую одноклассницу презрительным взглядом и отвернулся.
— Ведите его в машину! — рявкнул майор спецназовцам.
— Может, Вас по дороге в госпиталь завезти? — участливо предложил один из бойцов.
— В машину! — заорал Железняк так, что реально чуть не получил инсульт.
Он опять схватился за голову и ещё сильнее побледнел, а меня повели к машине. Это оказался такой же микроавтобус, как приезжал к Вовану. Меня быстро погрузили, и мы тронулись в путь.
Куда меня привезли, я не понял, ехали где-то около часа, возможно, за город. Когда открыли дверь микроавтобуса, прямо передо мной на расстоянии метра оказалась серая стена с небольшой дверью. Я выбрался из автомобиля и сразу же вошёл в здание. Разумеется, ничего по сторонам разглядеть я не успел, хотя хотелось.
Привели к какому-то начальнику. В его большом кабинете без окон было неуютно. Наверное, в таких кабинетах «оборотни в погонах» и прочие суровые ребята из разных спецслужб и пытают своих жертв. Помимо меня, в кабинете находились Железняк, некий капитан КСК Зайцев, два спецназовца, что меня привезли, два местных конвоира и тот самый начальник, полковник КСК Ткаченко. Прочитав над их головами все фамилии и звания, я лишний раз отметил, что свои плюсы умение видеть «циферки» тоже имело. Было непривычно, но удобно.
Полковник расположился в большом уютном кресле за столом. Меня посадили на стул практически посреди комнаты. Остальные все стояли. Разве что Железняк изредка тоже присаживался, видимо, его не до конца ещё отпустило, и постоянно оставаться на ногах ему было тяжело.
Я так и не понял, куда меня привели: то ли на допрос, то ли на вербовку. Мы говорили около двух часов. Я строил из себя дурачка, уверял всех, что ничего не понимаю и просил отпустить меня домой. Было понятно, мне тут не очень-то верят, но я твёрдо решил никому не рассказывать ни про странные надписи и квесты, ни даже про то, что я вижу все их характеристики. А учитывая, что даже у Ткаченко уровень был ниже, чем у меня, то никакого желания раскрываться не возникло. Не хотелось, чтобы ребята комплексовали.
На протяжении всего разговора меня то пугали, то объясняли, как хорошо дружить с такой могущественной организацией как КСК. По прошествии часа и после заданного в сотый раз и оставшегося без ответа вопроса, полковник сказал:
— Ладно, устал я. Вижу, ты нас боишься. И ничего не хочешь говорить.
«А ты догадливый! — где-то там, в глубине своей души, я искренне расхохотался. — Вы тут меня второй день пытаетесь убить, и вот ты сейчас догадался, что я вас боюсь. Ещё какие откровения будут?»
Но откровений от полковника больше не было, он посмотрел на Железняка, в этот момент сидевшего на стуле в дальнем углу кабинета, и махнул ему рукой.
— Антон, иди-ка сюда, поближе! Давай, подробно расскажи нам, что с тобой произошло?
— При нём? — майор кивнул на меня.
— А смысл от него что-то скрывать? В завершении нашей беседы он либо будет с нами, либо… — полковник подбирал слова. — Либо его вообще не будет.