Страница 12 из 108
— Ты бы колбасу оставил, она не моя! А пиво бери! — неожиданно разговорился Владияр Гладких. — Колбасу соседка принесла на время, у неё холодильник сломался. Нельзя её брать!
— Убью!
Это было слишком, но это сработало. Вован быстро замолчал и не проронил больше ни слова до моего ухода. А именно это мне и было нужно.
Едва я вышел из квартиры и захлопнул за собой дверь, возникла очередная надпись:
ВНИМАНИЕ! ВЫ СОВЕРШИЛИ ПРОТИВОПРАВНОЕ ДЕЙСТВИЕ — ОГРАБЛЕНИЕ! ВАША СКЛОННОСТЬ К ПРОТИВОПРАВНЫМ ДЕЙСТВИЯМ УВЕЛИЧИВАЕТСЯ НА 2 ПУНКТА ЗА ОГРАБЛЕНИЕ И НА 1 ПУНКТ ЗА РЕЦИДИВ В ТЕЧЕНИЕ ДНЯ. ТЕКУЩИЙ УРОВЕНЬ +14/50
«Давайте, маме моей ещё позвоните, пожалуйтесь! — я привычно отмахнулся, спускаясь по лестнице. — А то я уже переживать начал, думал, забыли про меня».
Следующая надпись тоже не заставила себя долго ждать:
КВЕСТ «УСПОКОИТЬ ВЛАДИЯРА ГЛАДКИХ» НЕ ПРОЙДЕН! ЖЕЛАЕТЕ ПРОЙТИ ЗАНОВО?
«Ага, сейчас всё брошу и пойду Вована успокаивать!» — предчувствие скорого перекуса настроило меня на дурашливый лад.
Вышел из парадной, открыл пиво о металлическую решётку ворот, перекрывающих въезд во двор, сделал пару жадных глотков. Мне уже давно хотелось пить, и холодное пиво отлично утолило жажду. Закусил колбасой и понял, насколько сильно проголодался. Ещё хлебнул пива, и опять закусил. Испытал истинное блаженство, первые маленькие человеческие радости за почти сутки, невольная улыбка расползлась по лицу.
Проходящие мимо люди меня сторонились, а некоторые просто шарахались от меня. И их можно было понять: посередине Лиговского проспекта, возле арки одного из дворов стоял побитый парнишка в одежде не по размеру, пил из горлышка дешёвое пиво и жадно вгрызался в дорогую салями.
— Ладно, хватит людей пугать и лишнее внимание привлекать, — скомандовал я сам себе. — Уходить надо отсюда и желательно подальше.
И будто в подтверждение моих слов об опасности, едва я подошёл к проезжей части, у меня перед носом резко затормозил чёрный блестящий микроавтобус без номеров и окон, практически наехав на мои трофейные кроссовки. Он остановился прямо возле меня, а я не нашёл ничего лучшего, чем с ещё большей скоростью продолжить есть колбасу. В принципе, организм интуитивно сделал правильный логичный выбор: бежать бесполезно, так хоть подкрепиться про запас. Потому что, когда теперь покормят, и покормят ли вообще, было неизвестно.
Двери микроавтобуса резко распахнулись и выпустили наружу пятерых бойцов в камуфляже без опознавательных знаков, которые побежали во двор Вовановского дома, едва не сбив меня с ног.
Ребята, по всей видимости, настолько были озабочены выполнением задания по моей ликвидации, что сорвались к Вовану, даже не посмотрев на бомжеватого прохожего на улице, которого чуть не сбили своим микроавтобусом.
Я удивился и, чего уж скрывать, невероятно обрадовался. Может, и не стоило пока забывать про везение. Впрочем, и про то, что меня хотят поймать и убить, тоже надо было помнить! Ведь если бы хоть один из них глянул на мои «циферки»…
«Или не все могут их видеть? — неожиданная мысль заставила посмотреть на себя другим взглядом. — А, может, я избранный? Это меняет дело! А что, если я будущий организатор и руководитель какого-нибудь восстания против сбрендивших машин или тоталитарного мирового правительства, и меня должны обезвредить любой ценой и любым способом? Возможно, я надежда человечества!»
Потешив чувство собственного величия, я быстро успокоился.
«Ничего так меня понесло. Салями у Вована, что ли, с начинкой из смешных грибов? То-то он её отдавать не хотел», — с этой мыслью я откусил от колбасы ещё, но уже с опаской.
Хотя, почему было и не помечтать? Никому же не мешал. А настроение немного поднял тем, что сам себя повеселил. Откусил от колбасы ещё, медленно, с достоинством и полным осознанием своей значительности прожевал, глотнул пива и опять вспомнил, что меня хотят убить. После чего медленно, словно прогуливаясь, перешёл на другую сторону Лиговского проспекта, немного смешался с толпой и рванул быстрым темпом как можно дальше от опасного места, по пути продолжая поедать колбасу.
Прошагав пять кварталов, напугав ещё нескольких прохожих, решил передохнуть и присел на лавочку, чтобы в спокойной обстановке доесть-таки салями. Старался ни о чём плохом не думать. Я буквально позавчера видел по телевизору передачу, в которой рассказывали, что во время еды о плохом думать вредно, и пищу принимать надо в радости или хотя бы в спокойствии.
Но, несмотря на посильную блокировку от плохих эмоций, одна неприятная мыслишка всё же пробилась в мою черепную коробку. И снова мелкая дрожь прошла по всему телу, и ноги стали ватными. Не сидел бы, а стоял, точно б упал.
«Идиот! Четыре часа ему до дома идти лень было! А то, что дома тебя давно ждут, ты не подумал? — понимание этой простой и очевидной вещи было сродни удару полицейского электрошокера. — Это же надо быть таким тупым? Хорошо, что Ваван оказался ближе, чем дом. Это друзей и знакомых просто предупредили, а дома-то явно засада».
Во рту пересохло, а в горле запершило от ужаса и окончательного осознания того, в какой ужасной я находился ситуации. Но нельзя было не признать, мне опять повезло, что я не сунулся домой.
— Везунчик, блин! — прошептал я и интуитивно попытался сглотнуть слюну, но пересохший язык лишь щёлкнул по сухому нёбу.
Влил в себя остатки пива. Некоторое время посидел ошарашенный на лавочке и всухомятку, не отдавая себе отчёта в происходящем, доел салями.
Покончив с колбасой, немного пришёл в себя и задал резонный вопрос: «А чего я тут сижу?»
Мужики в камуфляже явно уже отрапортовали, что у Владияра Гладких меня нет, и район, скорее всего, уже прочёсывали. Вскочил как ужаленный и быстро пошёл подальше от дома друга. В метро соваться было нельзя, как минимум на ближайших станциях. Денег на такси хватало на одну поездку. Поэтому стоило точно определить, куда отправляться. Домой или к кому-то из друзей ехать смысла не было. Пусть не все такие трусы как Вован, но я уже достаточно познакомился с этими ребятами из КСК, чтобы понять: убедить кого-либо в необходимости сотрудничества проблемой для них не являлось.