Страница 44 из 103
— Отведи его, пожалуйста, в сторонку пока. В багажник назад не пихай!
Дождавшись, пока Карпов отойдёт я обратился к Гарику:
— У этого упыря такие связи и возможности, что пока он у нас, за Генриха можем не переживать. А нам надо срочно собрать людей. И оружие.
— Люди наготове. Многие, кто не успел к ресторану до сих пор на низком старте. С оружием немного сложнее. Холодное почти у всех есть, а с огнестрелом труднее.
— Я думаю, огнестрел нам не пригодится. Система обычно ограничивает его использование на больших драках. Нам бы арбалеты достать. А в идеале огнемёт.
— Достать не проблема. Деньги нужны. Сейчас кину кличь на сбор денег.
— Не надо! Вот с деньгами как раз проблем нет. Надо только до банковской ячейки доехать. Поэтому времени терять не будем. Срываемся в Питер. Я за деньгами, а ты пока собирай народ и договаривайся насчёт оружия. Неважно, сколько стоит, лишь бы хорошее. И всё что угодно, кроме огнестрела. Хотя… — я ненадолго призадумался. — Пару гранатомётов и пяток калашей с боеприпасами не помешают. Мало ли что Системе в этот раз взбредёт в её электронную голову.
Мы осторожно перенесли Катю на заднее сиденье нашей машины. Туда же сели и Колян с Бобом. Последний занял место водителя, так как друг мой Коля ещё не отошёл от действия синдрома, и его возможный обморок посредине дороги нам был не нужен.
Остальные сели в Гариковский внедорожник, туда же пришлось взять и Карпова, так как ему могли позвонить в любое время насчёт Генриха, и я должен был в этот момент быть рядом.
По дороге, пока было время, я проверил список квестов. Взамен выполненного задания на принятие в клан Коляна, взял следующее — «Спасти Хенрика „Генриха“ Мовсисяна и не менее 50 его союзников». Потом всё могло закрутиться так, что я бы об этом не вспомнил. А двадцать очков развития терять не хотелось, теперь уж я по-настоящему осознал их ценность.
Проверил характеристики. Чем хороши были уровни, заработанные на дуэли, это тем, что Система, накинув их, не обнуляла статистику, и до двадцатого уровня мне оставалось то же количество очков развития, что было необходимо до восемнадцатого. С учётом бонусов, полученных за спасение Коляна, до следующего апгрейда оставалось пятьдесят очков.
На подъезде к Петербургу мне позвонил Вадим из отеля и, едва я принял звонок, сразу же выпалил в трубку взволнованным голосом:
— Макс! Плохие дела!
— Не волнуйся! — я сразу понял, что там произошло, и попытался успокоить начальника службы безопасности. — Это должно было случиться.
— Ты просил не звонить, пока он не начнёт выбрасывать девок в окно, но тут такая ситуация… он сейчас там лежит, девочки испугались, хотят свалить. Я их без твоего разрешения не выпускаю. По правилам я вообще должен был вызвать скорую. Но не стал. Вот звоню тебе.
— Правильно сделал, что не стал звонить в скорую. Они бы ему ничем не помогли. Это должно было случиться. И он был готов. Девочек отпусти. Только припугни немного, чтобы не трепались. И никому в номер не давай входить. Я чуть позже заскочу. Завезу деньги на все предстоящие расходы. Там и решим, что с ним делать, — я отключил звонок и чуть не взвыл от злости и отчаяния.
Я знал, что это произойдёт, но оказалось, к таким вещам нельзя подготовиться. Друзья и соратники уходили. Сначала Антон, теперь Соломоныч. И Катя могла уйти в любой момент. И Генрих, а вместе с ним все, кто помогал мне на Точке. К такому нельзя было подготовиться. И не стоило. Этому надо было изо всех сил противостоять.
До банка мы добрались к часу дня. Повезло проскочить мимо пробок. К концу поездки Коляна окончательно отпустило, он был весел, бодр и рвался в бой. Состояние Кати не изменилось. В ситуации, когда надо было лишь выиграть время, меня это устраивало. Впрочем, свои выводы о её состоянии я мог делать исключительно на основе визуального наблюдения. Какие процессы происходили в её организме, я не знал, и знать не мог. Но очень надеялся, что без сознания она хотя бы не испытывали боль.
В банке всё прошло на редкость быстро. Сотрудники хранилища проверили мои биометрические показатели и допустили меня к ячейке Соломоныча. Хотя после его ухода из жизни, и исходя из его устного завещания, я смело мог уже называть эту ячейку своей, вместе со всем её содержимым.
Я быстро просмотрел всё, что находилось внутри металлического бокса: какие-то документы и бумаги, скорее всего, ценные, и несколько пачек наличных денег. В основном были евро, но попадались доллары и швейцарские франки. И почему-то одна пачка казахстанских тенге номиналом в двадцать тысяч.
Я не стал разглядывать, что это были за документы. Быстро взял четыре банковские упаковки евро, по десять пачек с пятисотенными купюрами в каждой, и пошёл на выход. Большую сумму носить с собой было опасно, а два миллиона евро на несколько дней должно было хватить.
Распрощавшись с сотрудниками банка, вернулся в машину и первым делом заставил Карпова опять позвонить неизвестному майору. Набрав несколько раз нужный номер, констатировали факт, что говорить с нами никто не хочет. Правда, сильно этому расстроиться не получилось. Почти сразу же нам перезвонили. В этот раз я поступил умнее: поставил телефон на громкую связь и многозначительно указал связанному Карпову на лежащий на сидении автомат. После чего поднёс телефон к его лицу.
— Говорит полковник Блохин! — послышался из трубки суровый прокуренный голос.
— Карпов на связи. Генерал Карпов, КСК. — подал голос наш пленник.
— Здравия желаю, товарищ генерал! Разрешите поинтересоваться?
— Не хрен тебе интересоваться, Ваня, — обрезал Карпов, и все поняли, что они с этим неизвестным Блохиным знакомы. — Там у тебя возле Точки, снаружи бедолаги парятся. Так, ты их пока не трогай.
— Как это понимать?
— Не трогай, говорю! Как это можно понять неправильно? — Карпов злился. — Не вздумай в расход пустить!
— Товарищ генерал, — оправдывался Блохин. — Вы же понимаете, что такие решения не я принимаю.
— А кто?
— Генерал-майор Прокопенко! Вы же знаете.
— Ну тогда передай это Прокопенко!
— Я передам, но не могу гарантировать, что генерал Прокопенко придаст моим словам большое значение.
— Ваня, — было видно, Карпов борется, чтобы не взорваться. — Твои слова — ничто! Они пустой звук! Ты ему мои слова передай! Понимаешь? Мои!