Перебежчик (1986-2)

Картина мира. Стальная саранча. Кампания 1986 года.

В музее Естественных наук города Хьюстон штат Техас посетителей встречал скелет слона. Натуральный белый скелет натурального африканского слона. Со всеми костями, включая бивни.

Под экспонатом стояла большая цветная фотография. Девять колоритных латиноамериканцев, увешанных оружием, на фоне колонны «скелетов автомобилей». Слона городу подарило подшефное подразделение.

Во многих музеях и даже в школах США появились африканские чучела и скелеты экзотических животных. Побочный эффект правительственной программы «амигомобиль».

— Если вы думаете, что ваши машины со свалки это и так дерьмо, то подумайте, что вы посылаете их людям, которые разбираются в сортах дерьма, — говорил генерал Норман Блэкхед, — Я не закладываю в требования гарантийного срока эксплуатации, гарантийного пробега, бесплатной замены чего бы то ни было. Мне нужна простая конструкция, сделанная на совесть. Но на приборной панели каждой машины должна быть стальная табличка, на которое написано ваше полное имя и адрес мастерской. Запомните, эти машины нужны не армии Океании. На них будут ездить амигос. И если вы перестараетесь с удешевлением производства тачек из хлама, то отбиваться от претензий вы будете не в суде. Вы на патроны потратите больше денег, чем сэкономили, если к вам заявится мексиканская или, не дай Бог, сальвадорская защита прав потребителей.

Начиная с 1986 года военный бюджет Океании поддержал мелкого производителя. Каждая гаражная мастерская могла собрать из бесплатно взятых на свалке деталей амигомобиль для Африки. Рама, подвеска, движок и трансмиссия. Вместо корпусных панелей — защита от солнца и песка, скроенная из старых тентов от фур. Плевать на патенты. Несовместимо? Режь и вари. Плевать на пассивную безопасность. И на активную тоже плевать. Таранный бампер из арматуры, трубы, листа, в конце концов из подходящей загогулины со свалки. Плевать на дизайн. Плевать на грунтовку и краску.

На что не плевать? Оно должно ездить и не разваливаться. Ездить там, где нет дорог. Выруливать под обстрелами. Жрать дрянной бензин местной перегонки. Если сломается — на месте починят. Смуглые механики еще на родине привыкли чинить все, что теоретически подлежит восстановлению, даже то, что янки бы выбросили еще в позапрошлый раз.

Уже с февраля невидимая рука рынка начала выпускать журналы по амигомобилестроению. С марта автопроизводители открыли торговлю почтой залежавшимися на складах запчастями для снятой с производства техники. С апреля пошла обратная связь из пустыни, саванны и джунглей. В конечном итоге, за все платил дядя Сэм.

История не сохранила имя латиноафриканца, который первым додумался послать подарок по адресу, указанному на табличке в машине. Может быть, он отправил шкурку леопарда или рога буйвола. Может быть, европейскую военную символику. Может быть, статуэтку из черного дерева или даже вываренный человеческий череп.

История не сохранила имя американца, который отправил ответный подарок по указанному на посылке адресу. Может быть, он отправил старую, но еще годную дрель. Может быть, комплект тормозных колодок. Может быть, запасные рессоры или пружины подвески из звенящей детройтской стали.

Так или иначе, стихийно начавшийся обмен подарками очень радовал простых людей по обе сторону Атлантики. Амигос получали запчасти и инструменты, которые в Африке невозможно достать даже за деньги. В ответ за океан шли военные сувениры, изделия из ценных пород дерева, шкурки, скелеты и чучела местной фауны. Хьюстон получил слона, а этнографический музей Детройта собрал коллекцию из двадцати трех чучел африканских негров разных племен. Автомеханики носили на ковбойских шляпах ленточки с клыками диковинных зверей, а коллекционеры обменивались европейскими погонами и эмблемами.

История сохранила имя того, кто запустил все эти процессы. Генерал Норман Блэкхед окончил Вест-Пойнт. Успел послужить на Ближнем Востоке. Отметился в Юго-Восточной Азии. Пару лет преподавал в родном Вест-Пойнте, пару лет занимался подготовкой личного состава для службы в Африке. Начиная с 1983 года гасил антиамериканские и антипроамериканские восстания на островах Карибского моря.

В отличие от многих коллег, Блэкхед внимательно следил за военными новостями по всему миру. И делал выводы. Успешная импровизация в Банги навела его на мысль о стальной саранче.

Саранча это в небоевом состоянии насекомое наподобие кузнечика. Всеядный представитель местной фауны. Все привыкли, что она там живет, что она ест белки и углеводы, что у нее есть крылья и зазубренные лапки. Но однажды саранчи в поле становится слишком много, она отращивает крылья помощнее, снимается с места огромной стаей и летит обжирать соседей.

Африканские амигос как раз сойдут за такого кузнечика. Просто надо накопить их побольше и дать им максимальную мобильность. Для того, чтобы забрать у европейцев Африку, Океании не хватает чего? Личного состава и бюджета. Что если мы возьмем бесплатный личный состав и обеспечим ему снабжение на порядок дешевле, чем необходимо избалованным янки?

Несколько лет назад была попытка привлечь на африканский ТВД кадровые латиноамериканские армии и спецподразделения, но она провалилась. Устроившись на госслужбу, любой нормальный латиноамериканец считает, что он залез почти на вершину мира, и теперь его жизненная цель работать поменьше, грести под себя побольше и ни при каких обстоятельствах не рисковать жизнью.

Блэкхед поговорил с карибскими бандитами. Съездил в Африку по линии Вест-Пойнта. Поговорил с местными латиносами и местными коллегами-генералами. Могло получиться.

— У меня есть идея, против которой будет бессильно русское ядерное оружие и русская космическая группировка, — сказал он в Пентагоне.

Это был отличный заход. Сместить фокус внимания европейцев из космоса в пустыню. Заставить их запросить мира. Поставить условия сокращения космических вооружений. Гордо показать какие-то значимые военные результаты, а то раздутая история с оставшимся у французов Банги начинает забываться.