Страница 35 из 35
Объятье вышло неловким, но это оказалось тем, в чём нуждался юноша. Потом он рассказал ей всё, поведал о той ночи, когда что-то овладело учителем и Оби чуть не погиб; как с небес явился ангел, оградивший от опасности. Как юноша получил
— Крылатый человек пришёл с неба и сказал тебе, что ты особенный?
— Ангелы — не люди. Я видел существо в длинных одеждах и сияющей броне, белый капюшон скрывал его лицо, но над головой пылали нимбы, а за плечами было шесть крыл, сотканных из чистейшего света… он назвался Ундари
— Крылатый человек пришёл с неба и сказал тебе, что ты особенный, — повторила Улва, не понимая, где ошиблась.
Он улыбнулся, совсем чуть-чуть, но от этого на душе у неё полегчало.
«Дурак», — думала орийка, — «думаешь, что удержишь щит надо всем миром, а на самом деле слабый, мягкий».
— Значит, магом ты не станешь. А кем тогда?
— Кем пожелает меня видеть Он.
— Опять! — От её крика в гроте родилось эхо. — О бестолковый олений пердёж! Сначала твоей жизнью командовал мой дурной старый отец, а теперь ты решил вручить её в руки… кого? Невидимого бога, посылающего крылатых людей⁈ Ты сам-то не хочешь решать⁈
— Все мы во власти Его, даже если не осознаём…
— Сколько рёбер тебе не жалко? Могу сломать все, ты же исцелишься? — Когда у неё заканчивались слова, Улва всегда переходила на язык кулаков. А обычных слов у неё никогда не было много.
На это Оби лишь шмыгнул носом.
— Как только смогу, продолжу путь, мне нужно в Алиостр, — там начнётся
Она собралась с силами.
— Тогда я с тобой. Сюда дошла и дальше пойду.
— Тебе нельзя.
— Крылатый люди запретили?
— Нет, но это совсем другой мир. Женщина-воин, язычница…
— И мальчишка со слезливыми глазками. Ты мне указывать не будешь, сама решу.
— Улва, — он посмотрел очень пристально, — я всё отдал бы, чтобы остаться дома. Хоть ты воплоти мою мечту, лети назад, живи и будь счастлива.
Она больно щёлкнула его по носу.
— Я с тобой.
— Но почему? Это только моя миссия…
— Потому что ты мягкий и слабый, а я сильная и упорная. Смирись, ведь этому учит твой никчёмный бог, верно? Смирению, — усмехнулась орийка.
А ещё она верила, что была лучше своего отца и не могла бросить любимого человека, но этого из Улвы не вытянули бы даже раскалённые клещи.
— Вытри сопли, доходимец, и давай уже накорми чем-нибудь, я отощала, пока гонялась за тобой.
Буря лютовала весь день и часть ночи, только под утро следующего дня пастухи туч разогнали свои отары. Обадайя вышел из грота очень рано, оглядел пляж, заполненный водорослями и плавником, обернулся и обомлел.
— Улва, погляди на это!
— Солнце? Да, яркое, — она вышла наружу, щурясь, — наконец-то! Думала, не увижу больше никогда…
Она проследила его взгляд и задрала голову, присела от удивления.
На высоких чёрных скалах, давших им приют, зиждились огромные чёрные же стены; полуразрушенные башни, барбаканы и парапеты с тысячами зубцов.
— Посмотрим сверху, — решил Обадайя.
Вместе они поднялись в небо на торгастах, так высокого, что смогли увидеть очертания небольшого острова целиком. Стало ясно, что не на скалах стояла крепость, а на горе, которую кто-то когда-то стесал, чтобы построить стены. Крепость была старой и явно заброшенной, с высоты открывалось множество следов разрухи, но большинство построек ещё держались. В самой середине каменного плато виднелось нечто странное. Кто-то вырубил там совершенно огромный карьер, круглую ступенчатую чашу; в её теле на разных уровнях зияли провалы пещер, уводивших во тьму.
Обадайя жестом показал, что надо спускаться и направил торгаста первый. Лишь оказавшись на самом дне карьера люди поняли, настолько же огромным тот был. Счёт пещерам шёл на десятки.
— Я знаю, где мы, — сказал юноша вдруг, — это Гнездовье.
— И? — нахмурилась Улва.
— Прости, — он улыбнулся виновато, — в этой крепости династия Гроганов держала своих драконов.
— Гроганы, — северянка напрягла память, — драконьи всадники? Те, что ещё присылали к нашим берегам свои чёрные корабли?
— Именно. Сарос Гроган завоевал целый мир благодаря драконам. Спустя поколения сила его потомков стала иссякать, они теряли власть над королями неба, пока один, Рискан Отец Драконов, не породил бастардов…
— Это слово я знаю! «Уб-люд-ки»!
— Э… да. Рискан породил множество бастардов, и все они обладали толикой власти над драконами. Он создал армию из незаконнорождённых, посадил их на драконов и ещё многие поколения эта армия держала Валемар в повиновении. И в ужасе, разумеется, тоже. Здесь, в Гнездовье был их дом, здесь бастарды становились воинами. А эти пещеры, — входы в глубокие катакомбы. Внутри очень много отдельных залов, — логовищ, где спали драконы между походами. Эта крепость… она помнит
Улва огляделась, сплюнула.
— И что, теперь такая громадина просто никому не нужна?
— Нет. Остров маленький, ни пищи, ни воды здесь не раздобыть, а из-за подводных скал невозможно построить порт. Никому не нужный кусок истории.
Границы карьера и чёрные стены, возвышавшиеся над ними, давили своей старой тяжеловесностью.
— Давай осмотримся, — предложила она. — Может, сокровища какие найдём.
— Слишком много времени прошло. Но посмотреть стоит.
Опускаться в подземелья драконьих логовищ не стали, наверняка коррозия поспособствовала затоплению. Вместо этого они ступили под своды пустой крепости и впервые за, быть может, века, она услышала человеческие голоса. Мотыльки разгоняли тьму, проявляли запустение и грязь; голые каменные стены были влажными, местами виднелись остатки фресок и красивых мозаик, уничтоженных морской сыростью. Распались ржой петли и решётки, превратились в пыль двери, обрушились многие лестницы и в полах зияли дыры. От крыш мало что осталось, но стены всё ещё держали удар времени.
— Когда её строили, империя всё ещё преследовала магов.
Конец ознакомительного фрагмента.